Сцена 3. Опушка леса.

СКАЗОЧНИЦА. Мальчик вырос, ему стало целых семь лет. Лесник назвал его Май – по месяцу, в котором он родился. Ну и ещё потому, что это имя хорошо подходит, чтобы дразнить.

ГОЛОС ЛЕСНИКА. Ма-ай. Май-пяткой-крыш-не-задевай. Куда он подевался, чтоб его черти взяли?

СКАЗОЧНИЦА (Сказочнику). Ну ты чего? Чего не отзываешься? Тебя ж лесник зовёт. Смотри — попадёт.

СКАЗОЧНИК. Так это я? То есть мне, что ли, за него играть?

СКАЗОЧНИЦА. Ну, конечно, ты. Конечно, тебе. Ты видишь здесь других кандидатов?

СКАЗОЧНИК (МАЙ). Ну... ну ладно... (Кричит.) Что, лесник? То есть... как я к нему обращаюсь? Что, дядюшка лесник?

ГОЛОС ЛЕСНИКА. Когда будешь возвращаться домой, Май-испеки-мне-каравай, наломай дров.

МАЙ. Хорошо.

СКАЗОЧНИЦА. Вот видишь: получается.

Начинают петь птицы, всё отчётливей слышны лесные звуки.

СКАЗОЧНИЦА. Жил он, откровенно сказать, не особенно весело, потому что у него был только один друг, с которым можно было играть. Друг по имени Вилли.

МАЙ. Да? А где же он?

СКАЗОЧНИЦА. А он играет с тобой в прятки. Надо искать. Поищешь?

МАЙ. Ещё бы! Я же всегда хотел найти друга. Раз, два, три, мой друг внутри очень тёмного дупла, мне искать его пора… Хотя в дупло он вряд ли поместится… Где же искать этого друга? Ой. Тсс-с! Я что-то слышу.

Из-за одного из кустов звучит отчётливое чавканье. Куст шевелится.

МАЙ. Ага! Сейчас я до кого-то доберусь! Сейчас я кого-то найду. (Подкрадывается к кусту.) Попался! Вылезай. Вилли, вылезай, я тебя нашёл. (Теряя терпение, вытаскивает из укрытия флегматичного, постоянно жующего барана.) Ой. (Сказочнице.) Мой друг — баран?

СКАЗОЧНИЦА. Тебя что-то не устраивает?

МАЙ. Нет, ну отчего же. Он очень... приятный. Не обижайся, пожалуйста, дорогой баран... ой, то есть Вилли. (Без большой уверенности.) Как же здорово, что я тебя нашёл!

Баран чавкает.

СКАЗОЧНИЦА. Ну вот и славно! В роль ты вжился, а мне как раз пора.

МАЙ. Пора? Ты чего? Ты куда?

СКАЗОЧНИЦА. Да что-то засиделась я с вами — вы теперь и без меня справитесь. (Чуть гипнотически.) Итак, ты Май, тебе семь лет, ты знаешь, что тебя выгнали из родного города, ты живёшь на опушке у лесника, который и рад бы от тебя отделаться, да ленится, и ты тоскуешь от одиночества. Ну, привет! До скорого!

Сказочница исчезает, Май не успевает опомниться, как сцену накрывает огромная тень птицы.

МАЙ. Что это? Туча? Ой, не туча! Это большущая хищная птица. Какая огромная. Прячься! (Заталкивает барана обратно в укрытие.) Вот так. Здесь ты будешь в безопасности. А я… куда же мне? А я вон туда. Ой!

На сцену вбегает некто беззащитный и бесформенный.

НЕКТО. Спасите-спрячьте-помогите!

МАЙ. Прячьтесь, прячьтесь скорей! Ой, вы же не знаете куда. Не бойтесь, я покажу. Сюда, сюда! (Уступает ему своё укрытие.) Она всё ниже! Не бойтесь, я останусь здесь и буду её отгонять. (Преодолевая страх, геройски.) Слышишь, ты, хищная птица? Можешь не трудиться – я всё равно отсюда никуда не уйду и буду защищать моего гостя. Хоть сто лет летай. Хоть вообще сто тысяч миллионов. Тебе до него не добраться, ясно? Так что лучше подобру-поздорову улетай. Улетай, ладно? Пожалуйста…

Птица недовольно кричит, но скоро улетает.

МАЙ. Всё! Это, как там? «Опасность миновала!». До сих пор коленки трясутся. Дорогой гость, можете вылетать. (Заглядывает в укрытие.) Ой!

Вместо бесформенного существа оттуда вылезает старичок-Эльф (довольно ворчливый).

ЭЛЬФ. Так, ну и теснотища тут у тебя! Шучу. На самом деле, спасибо.

Май не может вымолвить ни слова.

ЭЛЬФ. Ну ладно, если хочешь со всеми церемониями, изволь: «Спасибо, что спас мне жизнь!». Так. Этот противный ястреб застал меня врасплох – как раз в процессе превращения из ежа. Чего так смотришь? Ну не успел я вовремя превратиться...

Май по-прежнему ошарашено молчит.

ЭЛЬФ. Ну прямо принц какой-то. Так, ладно уж, разомну старые кости, поклонюсь. Та-ак… (Преувеличенно кряхтя, кланяется.)

МАЙ. Ой, что вы, ой не надо, не надо. Я просто растерялся. Я просто… живу тут на опушке и, если сказать по правде, я никогда не говорил ни с кем, кроме дядюшки лесника (а он не особенно разговорчивый) и своего друга Вилли. (Доверительно.) Он баран.

ЭЛЬФ. О, ну это-то, наверно, болтун!

МАЙ. Ну, не то что бы…

ЭЛЬФ. Так что же, больше за всю жизнь ни с кем словом не перемолвился? Ты меня разыгрываешь!

МАЙ. Нет. Я, в общем-то, разыгрывать и не умею.

ЭЛЬФ. Значит так: так не годится! Надо взяться за твоё воспитание. Сейчас я тороплюсь – вообще-то я Эльф-следопыт, и мне не медленно, а быстро нужно распутать один след. Но этого я так просто не оставлю. Подставляй голову.

МАЙ. Что?

ЭЛЬФ. Так, а ну-ка попослушней. Вот тебе моя волшебная шапка!

МАЙ. Где?

ЭЛЬФ. Говорю же: «Вот». Так, всему тебя учить. Она невидимка. В смысле невидимая.

МАЙ. А…

ЭЛЬФ. То-то. Так слушай: как только тебе станет грустно, поверни её обратной стороной и я – если только не буду страшно занят с очередным следом – тут же появлюсь. И отведу тебя в одно волшебное место. Уяснил?

МАЙ. Уяснил.

ЭЛЬФ. Ну то-то. Всё, адью, так, я помчался. Превращусь в кого-нибудь уже по дороге.

Эльф скрывается в чаще.

МАЙ. Дядюшка! Дядюшка-лесник…

ГОЛОС ЛЕСНИКА. Май-по-пустякам-не-отвлекай, иди ты гуляй своими маленькими ногами.

МАЙ. Ой. Извините... Вилли… Вилли, ты не представляешь, что произошло. Я познакомился с новым другом. Ну, вылезай же! (Вытаскивает из куста барашка.) Скоро я опять приглашу его в гости и вас представлю.

Вилли тыкается в лицо Мая.

МАЙ. Ну что ты? Ты за меня рад? Ты хочешь мне сказать, что за меня рад? О, Вилли!

Май, замечтавшись, садится. Воспользовавшись моментом, Вилли начинает жевать невидимую шапку.

МАЙ. Он выглядел таким дружелюбным, хотя и таким занятым… Но он обещал… Интересно, есть ли у него время иногда играть? Вилли, милый Вилли, нам втроём будет так весело! Вилли? Что ты делаешь? Это же! (Хватается за голову.) Ты что съел мою невидимую шапку! Как ты мог? Как я его теперь позову? Он подумает, что я неблагодарный, что я не хочу с ним дружить. И всё из-за тебя. Ты это специально? (Испытующе смотрит на Вилли, Вилли жуёт.) Да ты, ты… я понял: ты мне вообще не друг – да? Это я придумал, что ты друг, а, на самом деле, тебе дела до меня нет. Совсем никакой не друг, а просто… просто бара...шек!

Вилли довольно безразлично жуёт окрестные кусты, Май плачет.

МАЙ (сквозь слёзы). А это даже хорошо. Это даже хорошо: Эльф, он ведь просто не разглядел моих маленьких ног, а когда бы разглядел, то не стал бы дружить. (Пытается успокоиться.) Если бы кто-то посмотрел, например, как неуклюже я своими маленькими ножками пинаю листья, меня бы или засмеяли, или начали бы жалеть. А ещё неизвестно, что хуже. А так мне даже весело. Нормально играю. Раз, два, три! (Прыгает в кучу листьев.) Интересно, а много ли нужно времени, чтоб распутать след? Наверно, несколько дней. Он будет распутывать, распутывать и думать, что я про него забыл... Ужасно! (неумело пытаясь приободрить себя.) Да нет, скорей всего, он не будет обо мне думать – кому я вообще такой нужен.

Май не выдерживает и снова начинает плакать. В него падает жёлудь. Потом ещё и ещё.

ЭЛЬФ. Эй! Э-эй. Так, что тут у нас за лужи-озёра? И кто поднял своими листьями такую пыль, что у меня запутался след?

МАЙ. Это… Это вы? Вы, вернулись? Вы даже не представляете себе, как я рад.

ЭЛЬФ (польщено). Ну это сразу видно: слёзы в три ручья – первый признак радости.

МАЙ. Я уже больше не плачу. Просто я думал, что никогда вас больше не увижу. И мы не поиграем. И вы никогда не отведёте меня в волшебное место… А оно что прямо там в лесу?

ЭЛЬФ. Так, ладно.

МАЙ. Ладно?

ЭЛЬФ. Ладно. Сейчас отведу.

МАЙ. Сей-час? Вот прямо возьмёте и отведёте, вот прямо так?...

ЭЛЬФ (польщённо и оттого ещё более ворчливо.) Ну хватит, хватит – столько восторгов. И как тебя только твой баран терпит? Догоняй же, Май!

МАЙ (суетясь). Ой, мне ж, наверно, надо отпроситься. Дядюшка, дядюшка лесник, я в лес!

ГОЛОС ЛЕСНИКА. Сочиняй больше, Май-ногами-букашек-пугай.

МАЙ. Вилли, я... Ой, забыл: тебе же всё равно. Извини.

ЭЛЬФ. Догоняй!

МАЙ (на ходу). Я, в любом случае, скоро вернусь... наверное...