Глава 11. Язычество

ки (2,3X1,5 м), выложенной небольшими плоскими камнями, и круглого кострища, устроенного в углуб­лении около восточного края площадки. Среди остатков костра обнаружены обожженные кости жи­вотных и фрагменты глиняной посуды (Приход-нюк О.М., 1975, с. 98, 99).

К этому же типу святилищ принадлежит Киев­ское, открытое еще в 1908 г. раскопками В. В. Хвой­ки и повторно исследованное в 1937 г. (ХвойкоВ.В., 1913, с. 66; Каргер М. Я., 1958, с. 105- 112). Оно находилось в средней части довладимирова города, на Андреевской горе. Капище было сложено насухо из неотесанных камней и образовывало в плане не­правильный прямоугольник с округленными углами и с четырьмя выступами по сторонам света. Разме­ры его около 4,2X3,5 м, высота — 0,4 м (табл. LXXIII, 4). К югу от этого сооружения находился стой пережженной глины, который, по мнению В. В. Хвойки, был жертвенником. Около него обна­ружено много костей домашних животных.

Киевское святилище датируется VIII—X вв. Оно расположено в самой сердцевине княжеского двора, и, может быть, перед ним клялись и соверша-

ли жертвоприношения языческим богам киевские князья IX и X вв. Олег, Игорь и Святослав. Летопи­си сообщают, что в 980 г. Владимир Святославич со­орудил новое святилище на пределами территории, защищенной городским валом, в отдалении от древ­него: «И постави кумиры на холму вне двора те-ремнаго: Перуна древяна, а главу его сребрену, а усъ златъ, и Хърса, Дажьбога, и Стрибога, и Си-марьгла, и Мокошь» (ПВЛ, I, с. 56).

Языческие святилища у восточных славян были распространены широко. По устройству они не были одинаковыми.

Оригинальное святилище VIII — IX вв. исследо­вано в Шумске близ Житомира (Русанова И. Я., 19666, с. 233 — 237). Оно было устроено на отроге невысокого берега р. Гнилопять, занимая укромное место, и представляло собой врезанную в грунт не­глубокую плоскую яму размерами 14X11 м. В ней выявлены следы столбов и огня и обнаружены кам­ни. Конфигурация ямы сложная. Исследователь па­мятника называет святилище крестообразным. Б. А. Рыбаков увидел в нем антропоморфные очер­тания: «Обозначены голова, раскинутые в стороны женские груди, обрисованы бедра и внизу ступни ног. Самый массивный столб приходится на месте сердца этой гигантской женской фигуры, распро-

263

Часть III. Общие вопросы восточнославянской археологии

стертой по высокому берегу реки. В кострище най­дены кости птицы и быка. Возможно, что перед на­ми своеобразная форма жертвоприношения какому-то значительному женскому божеству: Макоши, Живе, а может быть, и богине смерти Бабе-Яге (ря­дом расположен могильник, а сама фигура помеще­на головой на север, к царству мрака и смерти). О женской сущности божества говорят и пряслица для веретен, найденные в этом своеобразном святили­ще» (Рыбаков В. А., 1974, с. 14, 15).

Деревянные культовые постройки того типа, что известны по описаниям Саксона Грамматика (XII в.) у балтийских славян, в регионе расселения восточнославянских племен не встречены. Раскопка­ми последних лет в Гросс Радене (Шверинский округ ГДР) выявлены и исследованы остатки одно­го из языческих храмов северо-западных славян. Это было прямоугольное в плане сооружение разме­рами 12,5X7 м. Стены святилища составляли верти­кально поставленные бревна, которые с наружной сто­роны были обшиты уплощенными брусьями. Сверху брусья были оформлены в виде схематически выре­занных изображений человеческих голов. Над входом в храм висел череп зубра — символ силы и благопо­лучия (Неггтапп Л, 1978, S. 19-27).

Оказалось, что этот храм и подобные ему, зафик­сированные раскопками в других местах расселения балтийских славян, имеют аналогии в культовом строительстве кельтов. Их происхождение, очевид­но, обусловлено давними контактами части славян­ских племен с кельтами где-то в верховьях Вислы или Одры.

Имеются данные о языческих молениях славян в овинах, т. е. хозяйственных постройках, связанных с земледелием. Трудно сказать, насколько широко был распространен этот обычай у восточных славян.

В источниках отмечено поклонение славян горам и источникам, рощам и отдельным растениям.

Священным деревом славян-язычников был дуб. Культ этого дерева тесно связан с культом Перуна. Константин Багрянородный (X в.) описывает жерт­воприношение купцов-русов у священного дуба на острове Хортице на Днепре. Упоминания о дубе как священном дереве имеются и в других письменных источниках, касающихся восточных и западных славян.

Дважды — со дна Днепра, а также в нижнем тече­нии Десны (между Черниговом и Остером) —были подняты стволы дубов, стоявших на берегах этих рек и подмытых еще в древности. Эти деревья, несом­ненно, были объектами культового почитания. В ство­лах дубов оказались вбиты соответственно девять и четыре кабаньих клыка (остриями наружу). Вероят­но, деревья с клыками играли ту же роль, что и дуб на острове Хортице.

В северо-западной части восточнославянской тер­ритории в раннем средневековье было распростра­нено культовое поклонение камням. Культ камня в различных видах относится здесь к давней эпохе и по своему происхождению не связан со славянским этносом. Славяне, по-видимому, унаследовали культ поклонения камням от аборигенного населения.

Памятниками этого культа являются крупные кам­ни с ямками, с выемками — отпечатками ног челове­ка или животного (так называемые камни-следо-

вики), известные в Новгородско-Псковской земле и на территории Белоруссии (Мялешко Л/., 1928, с. 155—182). В отдельных местностях этнографами зафиксировано реликтовое сохранение культового поклонения этим камням: дождевая вода из ямок и углублений на камнях представлялась «святой»; вплоть до начала XX в. на эти камни клали цветы или приносили пищу. В христианское время на культовых камнях стали высекать христианские эмблемы.

Идолы-кумиры были важнейшими атрибутами как племенных, так и поселенческих святилищ вос­точного славянства. Наиболее распространены дере­вянные статуи. Об этом свидетельствуют и матери­алы археологии, и письменные источники. «Не суть бози, но древо» (ПСРЛ, I, с. 82), —упрекали христи­ане язычников. Перун, поставленный Владимиром Святославичем в Киеве, был деревянным, из дерева был сделан и идол главного святилища новгород­ских словен в Перыни.

Деревянные идолы восточных славян, судя по описаниям, — столбы, наверху которых изобража­лась человеческая голова. До нас они не дошли, поэ­тому их облик в полной мере нельзя воссоздать. Мо­жет быть, некоторое представление о них дают дере­вянные скульптурные находки из новгородских рас­копок (Колчин Б. А., 1971, с. 41—44). Прежде всего это — палочки с навершиями, вырезанными в виде головы мужчины. Очевидно, они связаны с языче­скими верованиями, поскольку никакой утилитарной значимости не имели. По-видимому, это идолы — фи­гурки «домовых», покровителей семьи или защитни­ков от злых духов. Одна из них изображена в табл. LXXIII, 8. Перед нами фигурка старца, на не­сколько уплощенном лице которого переданы глаза, нос, борода. На голову надета шапка.

Миниатюрные деревянные культовые фигурки неоднократно находили на западнославянских зем­лях (Неггтапп /., 1971, S. 210, 211, Bild 58-60; Hensel W., 1978, s. 13—15). Среди них одна, проис­ходящая из Волина, имела четырехликое изображе­ние головы, остальные в общих чертах сходны с нов­городскими деревянными скульптурами.

В разных местах восточнославянской территории найдены каменные идолы, свидетельствующие о том, что в среде славяп-язычников широкое распро­странение получили и изображения божеств, выпол­ненные из камня. Так называемый новгородский идол, обнаруженный в 1893 г. при расчистке русла Шексны и Белозерского канала, высечен из гранита (табл. LXXV, 1). Высота его 0,75 м. Примитивным рельефом выполнены глаза, рот и подбородок. Го­лова увенчана шляпой (Порфиридов Н. Г., 1930, с. 31-33).

Себежский идол (табл. LXXV, 4) найден в болоте. Это гтнитная голова мужчины в шляпе с округлой тульей и прямыми полями. Лицо идола выделено из остальной массы камня — два глаза выбиты в виде щелок, двумя продольными линиями передан не­много 'выступающий нос, рот высечен в виде горизон­тальной черты. Высота идола 0,67 м (Гуревич Ф. Д., 1954, с. 176-179).

Идол, найденный в ручье близ р. Пскова, пред­ставляет собой довольно грубо высеченную точнитную фигуру человека высотой 0,7 м (табл. LXXV, 3).

264

ГЛАВА И. ЯЗЫЧЕСТВО

Рис. 19. Збручский идол

Акулининское изваяние (табл. LXXV, 5), обнару­женное в земле вятичей — близ деревень Акулинино и Долматово в Подольском р-не,—погрудная фигура без шапки. Здесь объемно выделены лицо и подборо­док. Глаза, нос и рот обозначены лишь врезанными линиями.

Слонимский идол, в отличие от Акулининского, имеет рельефно изображенное лицо, с хорошо выра­женными в профиль носом, губами и подбородком (табл. LXXV, 2). Высота изображения 46 см. Сделан он, как и Акулининский, из известнякового камня (Stabrowski /., 1939, s. 24-26).

Каменные идолы (табл. LXXIV, 2) найдены и в других местах восточнославянской территории (Шты-

хов Г« В., 1964, с. 66, 67; Никитина В. Б., 1971, с. 317,318).

В южнорусских землях, где славянская культура испытала воздействие давних цивилизаций, известны более сложные языческие идолы. Так, у с. Яровка Черновицкой обл., на древнерусском поселении об­наружен двуликий каменный идол (табл. LXXIV, 6). Это столб высотой 1,7 м. Посредством грубой об-бивки на нем схематично изображены два плоских лица, повернутых в противоположные стороны. Кон­туры лиц, глаза, нос и рот обозначены ямками. Одна, по-видимому мужская, голова изображена в остро­конечном головном уборе; лицо другой, очевидно, принадлежит женщине, на голове которой шапки нет (Тимощук Б. 0., 1976, с. 91, 92, рис. 45).

Наиболее примечательным памятником славян­ского язычества является Збручский идол, найден-

265