Торги на Тортуге

Осенний день 1669 года флибустьеры Тортуги запомнили на всю жизнь. Еще бы, ведь всего за несколько часов для многих из них решился вопрос о семейном статусе.

Губернатор Бертран д'Ожерон со дня назначения на этот пост неустанно, как отец родной хлопотал о своих воинственных «питомцах». Несколько месяцев он провел во Франции, в заботах об их будущем. И вот наконец его планы воплотились в действительность. В гавань Бас-Терра пришло судно из Франции, и с его появлением жизнь обитателей Черепашьего острова преобразилась. С утра в городе царил невиданный переполох: взбудораженные разбойники и колонисты толпились у берега, оживленно переговаривались, жестикулировали, показывая на корабль; кое-кто прыгнул в шлюпки и поплыл к судну — пираты облепили его, как рой москитов, и зачарованные взирали на открывшееся им зрелище — палуба пришедшего судна была заполнена женщинами.

С момента назначения на пост губернатора, д'Ожерона не покидала мысль упорядочить флибустьерскую жизнь. И он придумал, как это сделать. Вступив в переписку с французскими властями и правлением Вест-Индской компании, он договорился об организации женского рейса на Тортугу. Агенты компании приступили к вербовке кандидаток. В тюрьмах, исправительных домах, трактирах, на улицах и базарах было набрано требуемое число женщин. В большинстве своем это были воровки и проститутки. «Невест», большая часть которых, были, по свидетельствам современников, «развращенными молодыми девицами», публично высекли и отправили на Тортугу. Им посулили настоящий рай — бесплатный переезд через Атлантику, прекрасный климат и предоставление жилья. Каждая из «невест» могла рискнуть и, порвав с прежней жизнью, уехать в неизвестные дальние края, где никто не будет интересоваться ее прошлым.

Флибустьеры, обступившие корабль, не успели «пойти на абордаж», — подошли баркасы с солдатами гарнизона, оттеснили суденышки разбойников и, сопроводив корабль, военные обеспечили порядок при высадке на берег. Несколько десятков прибывших дам провели сквозь толпу на окраину города и отвели им на ночлег несколько жалких лачуг. Губернатор произнес перед ними речь. Задуманное им должно было состояться утром. На следующий день все население Бас-Терры собралось на центральной площади. Здесь и состоялся… аукцион жен. Каждую из прибывших выводили на общее обозрение, из толпы выкрикивались ставки, победитель тут же выплачивал деньги на месте и в мир выходила очередная супружеская пара. В регистрационную книгу вносились имена новобрачных, и они отправлялись обустраивать свою новую жизнь. Говорят, что в большинстве случаев браки были счастливыми. Остался доволен и д'Ожерон — женатые флибустьеры вели себя более покладисто, а деньги, оставшиеся после аукциона, позволили ему не только расплатиться за переезд, но и отложить в свою пользу.

Для Вест-Индской компании рейс невест также оказался прибыльным, и в течение короткого времени такие плавания стали регулярными.

Шарп и сокровища испанского корабля

Пиратский капитан Бартоломью Шарп был человеком необыкновенной судьбы. Жизнь затягивала его в невероятные переделки, но ему всегда удавалось с успехом выкручиваться из самых невообразимых ситуаций. Сколько раз его предприятия заканчивались провалом, один раз разбойники даже разжаловали своего капитана и заперли в трюм — но в конечном счете Шарп всегда выходил чистым из воды. Самоуверенный наглый фанфарон, легкомысленный кутила и ловелас, «пенитель морей и художник океанов», как он гордо именовал себя, Шарп не был чужд деловой сметке, отличался практичностью и понимал толк в морском деле. И в самом деле, если пиратский вожак, столько раз скомпрометированный, как Шарп, оставался капитаном, то, значит, это был человек неординарный. Казалось бы, после истории с испанским судном «Сан-Розарио» надеяться пирату на фортуну бессмысленно — но нет, он и здесь оказался в выигрыше.

Летом 1681 года корабль Шарпа «Тринити» настиг у чилийского побережья испанское судно «Сан-Розарио». Взяв испанца на абордаж, пираты обнаружили в трюмах бочки с вином и бруски какого-то светлого металла. На олово или свинец они наткнулись, было неясно — в любом случае такой груз можно было выгодно продать в испанских портах. Шарп уже собирался подать команду о перегрузке металла на свой корабль, как вдруг позабыл обо всем. На палубе стояла молодая испанка неописуемой красоты, «наипрекраснейшее создание, которое когда-либо представало пред моими очами». Палуба закачалась под ногами ошеломленного капитана. Как настоящий английский джентльмен, он был галантен, великодушен и мягок. «Прекрасную даму пугают эти омерзительные дикари, которые бродят по палубе и грабят пассажиров? Она может быть спокойна — с ней не сделают ничего плохого, рядом с ним, капитаном Шарпом, она в безопасности». Пират из кожи лез, чтобы очаровательная девушка забыла, что перед ней стоит страшный разбойник. Красавица таяла на глазах, ее настороженный взгляд смягчился, она осмелилась попросить пирата об одной услуге — не оставит ли он в покое корабль, не отпустит ли он «Сан-Розарио»? Когда прекрасные очи с надеждой смотрят в твои глаза, то сердце самого черствого мужчины смягчается, а Шарп не был равнодушен к женской красоте.

«Прекратить погрузку, — скомандовал он, — уходим». Обрадованные испанцы передали пиратам все вино с корабля и облегченно вздохнули, когда «Тринити» начал удаляться.

Прошло несколько месяцев. Шарп обогнул мыс Горн и пришел на Антигуа. Здесь и произошла развязка истории. Один подвыпивший разбойник из команды «Тринити», уходя с «Сан-Розарио», прихватил слиток металла, решив отлить из него пули. Теперь, осев в кабаке, он растратил всю наличность и продал слиток за выпивку. Уже на следующий день выяснилось, что слиток серебряный. В руках у пиратов находилась крупная партия серебра — бруски неизвестного металла, оставшиеся в трюме «Сан-Розарио», могли сделать богачами всех разбойников «Тринити». Если бы не прекрасная испанка и сраженный его с первого взгляда незадачливый Шарп. Впрочем, оговоримся — пират потерпел фиаско в любви, но не остался в проигрыше. Спустя некоторое время его привлекли в Лондоне к судебной ответственности за пиратство. Шарпу грозила виселица, и он использовал последний козырь — оказалось, что он заметил в капитанской каюте на «Сан-Розарио» навигационные карты и прихватил их с собой. Так у него в руках оказалось ценнейшее сокровище — строго засекреченные испанцами карты Тихого океана и южных морей. Шарп передал их властям; дело получило известность и дошло до короля Карла II. Разбойник был помилован и принят на службу в королевский флот. О прекрасной испанке известно лишь то, что владельцы серебра назначили ей богатую пенсию за спасение драгоценного груза.