1.2 Практические проблемы правового регулирования договорных отношений в сфере физической культуры и спорта

Обратимся к «конституции» хоккея - Регламенту проведения открытого чемпионата России по хоккею - чемпионата Континентальной хоккейной лиги сезона 2010 - 2011 гг. (далее - Регламент КХЛ). Глава 8 указанного Регламента КХЛ называется «Контракты хоккеистов». В соответствии с п. 1 ст. 34 Регламента КХЛ контракт является двусторонним соглашением об установлении отношений между клубом и хоккеистом, определяющим в соответствии с федеральным законом принадлежность спортсмена (хоккеиста) к физкультурно-спортивной организации (клубу). Исходя из содержания указанной нормы, возникает вопрос о том, как понимать то обстоятельство, что трудовой договор определяет «принадлежность спортсмена», в данном конкретном случае хоккеиста, к клубу (физкультурно-спортивной организации). Да еще эта «принадлежность спортсмена» определена федеральным законом.

В п. 2 указанной статьи Регламента КХЛ закреплено, что контракт должен заключаться только в соответствии с типовыми формами, утвержденными Лигой. Типовые формы Стандартных контрактов хоккеиста Лиги, включенные в Регламент, приобретают силу локальных нормативных актов Лиги. Контракты, отличные от типовой формы, к регистрации в Лиге не принимаются, и претензии по ним не рассматриваются.

Дальнейший анализ только данной статьи Регламента КХЛ вызывает множество вопросов, ответы на которые еще предстоит дать и юридической доктрине, и практике. Так, в п. п. 5 и 6 ст. 34 закреплено, что контракт является единственно возможной формой соглашения между клубом и хоккеистом, начиная с момента утверждения формы данного контракта в 2010 г. Лигой, и согласованным коллективным договором, соглашениями. Все другие формы и виды контрактов считаются недействительными. Контракт содержит исчерпывающие положения всех взаимных договоренностей между хоккеистом и клубом. Заключение конфиденциальных приложений к Стандартному контракту хоккеиста Лиги не допускается. Корректировка либо изменение каких-либо разделов, статей, положений контракта не разрешается.

Учитывая указанные положения, не совсем понятно наличие и содержание п. 4 ст. 34 Регламента КХЛ, в котором зафиксировано, что перед подписанием контракта хоккеист и клуб должны внимательно изучить его текст, с тем, чтобы быть уверенными, что все условия и обязательства, оговоренные ранее, включены в контракт и его содержание и трактовка понятны сторонам. Во-первых, все условия и обязательства сторон уже включены Лигой в контракт и предложены сторонам. Во-вторых, корректировка либо изменение каких-либо разделов, статей, положений такого контракта не допускается. В-третьих, иные формы и виды контрактов Лигой признаются недействительными. В-четвертых, заключение конфиденциальных приложений к такому контракту не допускается.

Кроме того, в силу 10 анализируемой статьи контракт, заключенный между хоккеистом и клубом, вступает в силу с момента его подписания сторонами, но только в части регулирования трудовых отношений. В части же регулирования иных отношений, вытекающих из локальных нормативных актов Лиги, контракт вступает в силу с момента его утверждения и регистрации в Лиге. При этом ни один хоккеист не имеет права принимать участие в соревнованиях, проводимых Лигой, без наличия контракта с клубом, утвержденного и зарегистрированного Лигой (п. 8 ст. 34).

Таким образом, заключение контракта между хоккеистом и клубом фактически не порождает никаких правовых последствий, поскольку, если такой контракт не пройдет процедуры утверждения и регистрации в Лиге, то спортсмен не сможет выполнять своей основной трудовой функции - участвовать в спортивных соревнованиях.

Из проведенного анализа только одной ст. 34 Регламента КХЛ можно заключить, что Стандартный контракт хоккеиста Лиги нельзя отнести ни к трудовому договору, ни к гражданско-правовому, ни к смешанному или непоименованному договору. Очевидно, подобный договор необходимо признать нетипичным договором, однако такой договор не должен нарушать основополагающих принципов и норм как гражданского, так и трудового права, а также субъективных прав его сторон.

Еще более интересными, с точки зрения права, являются положения об основаниях расторжения такого контракта. В частности, согласно ст. 48 гл. 8 Регламента КХЛ при досрочном расторжении контракта по инициативе хоккеиста (по собственному желанию) без уважительных причин, а также в случае его расторжения по инициативе клуба по основаниям, которые относятся к дисциплинарным взысканиям, хоккеист обязан произвести в пользу клуба денежную выплату в следующих порядке и размерах: 1) если хоккеист не достиг к моменту расторжения контракта возраста 28 лет, он выплачивает клубу 2/3 от общей суммы заработной платы по контракту; 2) если хоккеист достиг к моменту расторжения контракта возраста 28 лет, он выплачивает клубу 1/3 от общей суммы заработной платы по контракту. Интересно то обстоятельство, что основанием для произведения денежной выплаты является теперь в первую очередь Трудовой кодекс РФ (ст. 348.12 ТК РФ).

Кроме того, чтобы спортсмену было неповадно обращаться в судебные органы за защитой своих нарушенных субъективных прав, все споры, разногласия или требования, возникшие из контрактных отношений между клубами и хоккеистами, подлежат рассмотрению Дисциплинарным комитетом Лиги или же Спортивным арбитражным судом. Решения Дисциплинарного комитета и Спортивного арбитражного суда являются окончательными и в иные органы Лиги и судебные инстанции обжалованию не подлежат.

Далее в Регламенте КХЛ закреплены нормы о статусе спортсменов, переходах, перемещениях и компенсациях (гл. 9) и т.д. При их только беглом прочтении хочется задать единственный вопрос: КХЛ собирается жить по закону или по «понятиям»?

Подводя итог поставленной проблематике, представляется обоснованным сделать следующие выводы:

1. Говоря о договорном регулировании профессиональной спортивной деятельности на современном этапе ее развития, мы должны в первую очередь вести речь о саморегулировании участников экономических отношений как наиболее эффективном способе организации хозяйственной деятельности, в том числе и профессиональной спортивной деятельности. Совершенно очевидно, что участие в профессиональной спортивной деятельности по своей правовой природе означает осуществление прав и исполнение обязанностей, вытекающих из договоров, заключаемых между спортсменами и их контрагентами. Как справедливо отмечает Е.А. Суханов, гражданско-правовой договор дает возможность участникам свободно согласовать свои интересы и цели, определить необходимые действия по их достижению и придает результатам такого согласования обязательную для сторон юридическую силу, обеспечивающую его принудительную реализацию при необходимости [11. C.172].

Если учесть, что на законодательном уровне отношения в области профессионального спорта по поводу участия спортсменов в профессиональной спортивной деятельности урегулированы слабо, то договорное регулирование (саморегулирование) участников профессиональных спортивных отношений на современном этапе развития профессионального спорта должно занимать, на наш взгляд, главенствующее место.

Последние изменения действующего законодательства в области профессионального спорта, в том числе и изменения, внесенные в ТК РФ, в основном касаются клубных видов профессионального спорта (хоккей, футбол, баскетбол, волейбол и т.д.). К сожалению, эти изменения практически не затронули индивидуальные виды профессионального спорта. Это еще раз подтверждает точку зрения о том, что уже давно назрела необходимость принятия комплексного акта в исследуемой сфере - Закона о профессиональном спорте в Российской Федерации.

2. Проведенный анализ норм Регламента КХЛ показывает, что большинство этих норм неизбежно ведут к нарушению субъективных прав спортсменов. Более того, как ни парадоксально это выглядит, но такие нарушения санкционированы законодателем.