Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Асины ответы.doc
Скачиваний:
0
Добавлен:
01.07.2025
Размер:
551.42 Кб
Скачать

16) Внутренний монолог и несобственно-прямая речь

В сфере диалога, отчасти следуя методике Бахтина, вероятно, следует рассмотреть и все те случаи раздвоения художественного сознания, которые формально не диалоги, но по сути "диалогичны", в бахтинском смысле. Это знаменитые для XX века формы внутреннего монолога, несобственно прямой речи, сказа, а также диалога с самим собой, диалога в диалоге и пр.

Внутренний монолог, как водится, возник не сейчас, а давно: в XX веке он не родился, а был лишь развит, специализирован. У Толстого он представлен в своем рационалистически-частном виде: ему отведено четкое место в общей системе изображения, и у читателя не возникает чувства ухода от целого или, скажем так, чувства ухода всего целого в этот "прием", в этот монолог. Вот, например, знаменитое на поле Аустерлица: "Как же я не видал прежде этого высокого неба?.. Ничего, ничего нет, кроме его. Но и того даже нет, ничего нет, кроме тишины, успокоения..." Мы знаем, кто "думает"; автор контролирует ситуацию: см., как говорится, выше - о Джойсе, Толстом, об авторе и герое... Джойс - иное: у него это сам способ видения. Но мы именно уже говорили об этом. Раздвоение на автора и героя у Толстого композиционно и четко, у Джойса - "субъективированно", проведено на уровне эманации (напоминаем, новый перевод "Улисса" Джойса - "Иностранная литература", 1989, ?? 1-12).

Однако в любом случае внутренний монолог противостоит так называемой несобственно прямой речи (и ее разновидностям: несобственно авторской и т.д.). Хотя на практике их часто путают, но в принципе, в их отношении к "Автору", это в своем роде и верно полюсы. В двух словах разница такова: внутренний монолог - это речь изнутрисубъекта, неважно автора ли, героя (Толстой) или просто неизвестно кого из них (Джойс). Важно, что субъект. Несобственно прямая речь есть попытка обострить ситуацию, "диалогизировать" ее еще резче. Но не внешне, а изнутри текста, на уровне внутренней формы. Несобственно прямая речь - это речь между автором и героем: автором как скрытым субъектом и героем как субъектом-объектом речи. На этой резкой диалектике рождается извечный художественный эффект "взаимодействия", столкновения сил, дающих некое целое. ("Мир цветущий из равновесья диких сил"). Словом, речь идет от обоих одновременно: "...кто-то постучал в окно беспрекословной рукой" (А.Платонов). Кто это говорит? Автор? Но мы ощущаем "снятие" и "пародию". Герой? Но повествование идет как бы от автора. Особое тут - форма с к а з а, но мы о ней поговорим позже.

В общем, несобственно прямая - это резкое раздвоение изнутри текста, это шаг "личностного" начала изнутри себя в сторону "объективного". Тени Гоголя и Лескова, а затем Андрея Белого и иных тут несомненно могут быть потревожены, но, повторим, об этом позже - в связи со сказом. Надо ли говорить, что за всем этим в конечном итоге стоят проблемы раскола личности в наше новейшее время. Потребность в изображении этого и рождает напряженные формы, адекватные ситуации кризиса духа.

Что до упомянутых диалогов в диалоге, диалогов с самим собой и т.д., то с теоретической и практической точек зрения все это не являет особых трудностей, если известно исходное, т.е. вышеперечисленные проблемы самого диалога; а что до примеров, то стоит открыть "Братьев Карамазовых" (например, сцену отца Карамазова и старца) и много иное у Достоевского, чтоб увидеть подробности.