18. Статья н.А. Некрасова «Русские второстепенные поэты».

Ник. Алексеев. Некрасов (1821 – 1877) — русский поэт, писатель и публицист.

О ст. «Русские второстепенные поэты»:

Статья «Русские второстепенные поэты» вышла в первом номере «Современника» за 1850 год. Н. А. Некрасов, редактор журнала, планировал целый цикл публикаций с таким заглавием, которые должны были быть написаны критиками, сотрудничавшими с изданием. В его статье, первой из задуманной серии, были объединены и доработаны небольшие заметки, изначально написанные им для отдела «Смесь» того же «Современника». Второй стала статья В. Н. Боткина об Н. П. Огарёве, опубликованная в следующем номере журнала. Масштабный замысел Н. А. Некрасова так и остался незавершённым, однако, круг затронутых в его литературно-критическом выступлении проблем объективно способствовал возрождению читательского интереса к русской поэзии в «такое невыгодное для поэтов время».

Статья Некрасова была одной из первых попыток в журналистике конца 40-х годов повысить интерес к русской лирике, с которым был связан позднейший расцвет поэзии в 1853–1854 гг. «Дружное осуждение» поэзии журналами, о котором говорит Некрасов, в известной степени было следствием односторонне понятой борьбы Белинского против эпигонской поэзии 40-х годов. Между тем в своем обзоре «Взгляд на русскую литературу 1846 года» (1847) Белинский писал: «Стихотворцев, против прежнего, стало теперь несравненно меньше. Из этого многие заключили, будто век поэзии миновался для русской литературы, что поэзия скрылась от пас чуть ли не навсегда. Мы так, напротив, видим в этом скорее торжество, нежели упадок русской поэзии <...> Это значит, что вкус публики сделался разборчивее, требования строже:а это, конечно, успех, а не упадок вкуса».

Самостоятельность и верность критических суждений Некрасова отчетливо проявились в пропаганде поэзии Тютчева, незамеченного в 30-х годах и совсем забытого в 40-е.

Фрагменты из статьи «Русские второстепенные поэты»:

Стихов нет, так как наша литература находится на той ступени, когда прекрасно отточенная, изящная форма необходима как факт. На первый план выходит содержание. Так как проза не сковывает мысль формой, все уходят в прозу. Также нынешние художники, в отличие от художников предыдущей эпохи, часто корыстны и хотят извлекать выгоду (деньги) из своего таланта. Заниматься прозой в этом отношении куда выгодней.

«К числу причин малого количества стихов в настоящее время должно отнести и дружные осуждения журналистики, каким, часто без разбора, подвергались у нас стихи в последние годы. В применении к предшествовавшей стихотворной эпохе, когда люди без таланта и призвания угрожали наводнить всю литературу плохими стихами, это было хорошо, даже необходимо. Но нам кажется, что теперь, когда дело ужо сделано, нужно более снисхождения, более внимания к появляющимся поэтам».

Русская поэзия сейчас очень бедна. Отдельно стихов выходит очень мало; лучшие наши журналы не печатают стихов; стих-я, помещаемые в журналах второстепенных, обычно посредственные. Хотя в редакцию «Современника» присылаются стих-я; если авторы, не видя своих произведений напечатанными, думают, что «Совр.» считает их людьми без таланта, то нет: в некот. из стих-й заметны признаки таланта; не печат. же, п.ч. таких стих. мало и п.ч. хотя есть талант, почти ни одно из них не самобытно.

Приводит стихи, присылаемые в «Современник» (Сп., Сол-н, Лизандер, Н.Г. Огарёв), хвалит их, надеется на развитие таланта этих поэтов в будущем. В некоторых стихотворениях сильно влияние Пушкина, в других Лермонтова. Есть стихотворения, которые «грешат» книжными оборотами и тяжеловатостью слога.

«Любители стихов в отчаянии: читать нечего! Как нечего? Мы утверждаем, что думающие так ошибаются, и сейчас готовы назвать вам целый десяток поэтов, которых можно читать с наслаждением; надо только уметь взять у них то, что могут они вам дать; надо только подходить к ним осторожно, не сердиться и не отворачиваться сразу, наткнувшись на неудачную рифму, пошлую мысль или что-нибудь подобное».

«С третьего же тома в «Современнике» начали появляться стихотворения, в которых было столько оригинальности, мысли и прелести изложения, столько, одним словом, поэзии, что, казалось, только сам же издатель журнала мог быть автором их».

«Главное достоинство стихотворений г. Ф. Т. заключается в живом, грациозном, пластически-верном изображении природы. Он горячо любит ее, прекрасно понимает, ему доступны самые тонкие, неуловимые черты и оттенки ее, и всё это превосходно отражается в его стихотворениях». И приводит стих-ния Ф. Т. (Федора Тютчева): «Утро в горах», «Снежные горы», «Полдень», «Осенний вечер», «Что ты клонишь над волнами…», «Весенние воды», «Весна». Сравнивает с Лермонтовым (причем стихи Ф. Т. часто не уступают стихам Л.). Иногда к картинам природы добавляется посторонняя мысль, чувство, воспоминание: «Давно ль, давно ль, о юг блаженный…», «Как океан объемлет шар земной…», «Я помню время золотое…». Приводит знаменитое «Не то, что мните вы, природа…»

Отмечает стихи Ф. Т., в которых видна ирония: «С какою негою…», «Итальянская villa», «И гроб опущен уж в могилу…» И стихи, в которых преобладает мысль: «Silentium!», «Как птичка раннею зарей…» Стихотворение г. Ф. Т., вылившееся в минуту печального раздумья: «Как над горячею золой…»

Несколько стихотворений г. Ф. Т–ва смешанного содержания: «В душном воздухе молчанье…», «Через ливонские я проезжал поля…», «О чем ты воешь, ветр ночной?», «Душа хотела б быть звездой…» Во всех этих стихотворениях есть или удачная мысль, или чувство, или картина

«Несмотря на заглавие наших статей (Русские «второстепенные» поэты), мы решительно относим талант г. Ф. Т–ва к русским первостепенным поэтическим талантам и повторяем только здесь наше сожаление, что он написал слишком мало».