3.2 Проекция и проективная идентификация

В 1946 году Кляйн определила проективную идентификацию как прообраз агрессивных объектных отношений в виде анальной атаки на объект посредством насильственного внедрения в него частей Эго. Цель такого внедрения - овладение содержимым объекта или установление контроля над ним, что характерно для параноидно-шизоидной позиции с момента рождения. Эта "далекая от сознания фантазия" влечет за собой веру в то, что определенные аспекты самости располагаются вне ее; вслед за этим проявляется истощение и ослабление ощущения самости и идентичности, вплоть до деперсонализации, что может привести к глубокому чувству оставленности или заточения.

Возрастающее упорство попыток внедрения (при отсутствии сопутствующей интроекции объектом проецирования) приводит к чрезмерным формам проективной идентификации. Эти чрезмерные процессы ведут к серьезным искажениям идентичности и болезненным переживаниям шизофрении.

В 1957 году Кляйн предположила сильное действие зависти в проективной идентификации, и в этом случае зависть представляет собой насильственное проникновение в другого с целью разрушения его лучших качеств. Немногим позже Бион провел различие между нормальной и патологической формой проективной идентификации, а другие авторы детально разработали этот класс "множества различающихся, но все же связанных процессов". Углубленное понимание проективной идентификации стало основным полем деятельности в последующих разработках кляйнианцев.

Из-за длительного использования терминов "проекция" и "проективная идентификация" в психоанализе произошла путаница. Различие между этими терминами зачастую неясно, в особенности для тех, кто обращается данной теме впервые. Дело в том, что исторически оба термина перекрывали друг друга, поскольку использовались для обозначения не вполне отличаемых друг от друга явлений

Первоначально Фрейд применял термин "проекция" к "злоупотреблению механизмом проекции в целях защиты"; он описал, как идеи одного человека могут быть приписаны кому-то другому, что вызывает состояние паранойи. Очень похожая концепция обнаруживается у Розенфельда в описании проекции сексуальных импульсов пациентки:

"Вся ее тревога обратилась на то, может ли она контролировать его желания и доводы. Она повторяла некоторые его доводы, и мне стало ясно, что Денис представлял ее собственные жадные сексуальные желания, с которыми ей трудно было совладать и которые она поэтому проецировала на него".

Между тем появлялись и другие значения термина "проекция".

В 1924 году Абрахам сформулировал представление о маниакально-депрессивных состояниях на основе клинических данных о циклах, где за проекцией следует восстановительная интроекция объектов. Анальное устранение объектов (обычно фекалий и того, что они представляют) стало важным аспектом развивающегося представления об объектных отношениях. Это представление особенно продвинулось в Англии, поскольку многие аналитики из Лондона бывали в Берлине с целью личного анализа у Абрахама (Джеймс и Эдвард Гловеры, Аликс Стрэйчи, и сама Кляйн приехала в Лондон после смерти Абрахама). И поскольку в 1920-х и 1930-х годах развивалось всестороннее понимание объектных отношений, закрепилось абрахамовское представление о проекции: проецирование во внешний мир внутреннего объекта.

Проективные идентификации, будучи функцией фантазии, вовлеченной в конструирование идентичности самости и объектов, имеют важные последствия для переживаний индивида. Дезорганизация самости переживается в нескольких направлениях:

1. основополагающее расщепление приводит к чувству раздробленности на части;

2. переживание истощенного и ослабленного Эго ведет к жалобам на отсутствие чувств или влечений, к ощущению пустоты;

3. утрата, которую претерпевает Эго, может переживаться как чувство отсутствия личности вообще (деперсонализация);

4. идентификация с объектом ведет к путанице между собой и кем-то другим;

5. Эго может чувствовать, что его части насильственно удалены, заблокированы и контролируются (клаустрофобия);

6. идентификация может приводить к стойкому прилипанию к объекту, в котором расположены части самости;

7. возникают тревоги, связанные с повреждением объекта в результате вторжения и контроля;

8. могут появиться сильные тревоги, связанные с возмездием со стороны объекта за насильственное вторжение;

9. судьба объекта в патологической проективной идентификации - это судьба утраченной самости, которая может ощущаться как чужеродная и преследующая.

В итоге невозможно установить ясное различие между проекцией и проективной идентификацией:

"Я не считаю важным проводить различия между проекцией и проективной идентификацией. Кляйн, на мой взгляд, добавила глубину и содержательность к фрейдовской концепции проекции, подчеркнув, что проецирование импульсов невозможно без проецирования части Эго. Это предполагает расщепление, и далее эти импульсы не исчезают после проецирования; они проникают в объект и искажают восприятие объекта".

Тем не менее, Фрейд иногда обращался к этому более глубокому аспекту проецирования. В работе о детской игре, в замечании, которое, несомненно, повлияло на Кляйн в начале ее работы, он описал, как дети пытаются проработать травматические переживания: "Когда ребенок переходит от пассивности переживания к активности игры, он передает неприятное переживание одному из своих товарищей по игре и таким образом мстит за себя заместителю". Фрейд демонстрирует, как переживание субъекта переносится, с тем чтобы стать переживанием объекта (в замещении).

Понимание проективной идентификации привело к гораздо лучшему пониманию психотических феноменов. Розенфельд подробно описал сеансы с больным шизофренией и множество упоминаний о фантазии пациента на тему вторжения в аналитика. Эти же идеи были подхвачены в детском анализе. Однако с середины 1950-х годов проективная идентификация вызвала обширное и радикальное развитие кляйнианской психоаналитической теории.

Масштаб этих открытий отодвинул в тень и даже затмил другие исследования. Весьма заметно относительное пренебрежение некоторыми интроективными проблемами (насильственной интроекцией, например). Перечислим главные пункты данного развития теории:

1. психоз;

2. связь;

3. мышление;

4. образование символов;

5. контейнеры и изменение;

6. контрперенос;

7. адгезивная идентификация;

8. структура;

9. социальный контейнер.

В целом, весьма различные взгляды на происхождение психоза приводят к весьма различным оценкам смысла и ценности термина - и того, как с ним следует обращаться. По-видимому, вне рамок кляйнианской теории невозможно достичь согласия относительно ценности термина "проективная идентификация". ¹¹