Примеры интерпретации отдельных профилей

Интерпретация показателей по основным шкалам СМИЛ, в том числе и в сочетании с другими шкалами, подробно приведена выше. В этом разделе приводится несколько типичных профилей и их интерпретация. Рассматривая эти профили и их толкование, внимательный специалист увидит, что сама по себе высота профиля не столько дифференцирует норму от патологии, сколько отражает остроту эмоционального состояния. Повторяясь, автор руководства еще раз хочет привлечь внимание читателей к некоторым важным моментам: только в лонгитюдном (динамическом) исследовании можно выявить тенденцию к нормализации, то есть позитивную динамику профиля, которая характерна Для сохранной личности и может быть связана с изменением ситуации в лучшую сторону или с изменением отношения обследуемого лица к имеющимся проблемам. Устойчивые признаки отклоняющихся от нормы реакций при повторных исследованиях говорят об устоявшейся личностной дисгармонии, которая может свидетельствовать как о патологическом развитии личности под влиянием неблагоприятных социально-психологических условий, так и о разрушении личности в результате иных патогенных факторов.

159

Звучащие временами противоречия являются лишь признаком многогранности личностных ресурсов. Это значит, что отдельные избыточно выраженные характеристики в связи с действием защитных механизмов в той или иной степени компенсируются прямо противоположными тенденциями.

Длительный опыт применения психодиагностических методик на разных контингентах отечественной популяции показал, что реакции личности не специфичны и зависят в большей степени от базисных свойств, преобладающих индивидуально-личностных черт, то есть ведущих тенденций, чем от патогенного фактора. Это подтверждают и данные многочисленных обследований разных репрезентативных групп тестом СМИЛ. Кроме того, всегда следует помнить, что особенности профиля во многом зависят от внутренней установки испытуемого на процедуру тестирования. Так, заниженные, «утопленные» профили в большинстве случаев означают тенденцию к декларации собственной «сверхнормативности». Особенно это проявляется в тех случаях, когда речь идет о кадровом отборе или иной экспертной ситуации. Повышенные профили у лиц психической нормы чаще всего связаны с желанием подчеркнуть имеющиеся проблемы, вызвать сочувствие. Такая реакция свидетельствует у одних — о стремлении найти поддержку и сочувствие (гипостенический тип реагирования), а у других (стеничный или гиперстенический тип) — об уверенном самоутверждении. С другой стороны, у лиц с явными отклонениями от нормы могут встречаться как избыточно высокие профили при достоверности по шкалам LFK, так и умеренно повышенные профили при недостоверных показателях какой-либо из шкал достоверности (особенно это касается шкалы F).

Однако сам паттерн переживаний в большинстве случаев (кроме явно симулятивных тенденций) соответствует реальной действительности. В то же время оценка клинических критериев нелепости или неадекватности остается прерогативой психиатрической компетенции. В известной степени здесь могут оказаться полезными данные патопсихологического исследования с применением экспериментально-психологических методик, выявляющих расстройства мышления.

Во главе угла интерпретационного подхода автор книги ставит задачу повернуть социальные и психологические службы лицом к человеческой индивидуальности и создать каждому обследуемому лицу оптимальные условия для самовыражения. Давно известно из общих наблюдений, а также подтверждено опытом многолетних психодиагностических исследований, что даже патологически стигматизированные личности могут оставаться социально адаптированными в том случае, когда для них находится так называемая благоприятная социальная ниша. Следовало бы создать такие условия, когда не случайное везение, а умелая работа соответствующих служб была бы направлена на поиски оптимальной социальной ниши для нуждающихся в психологической помощи лиц. В работе практического психолога максимум внимания следует уделять человеческой индивидуальности. Его работа с людьми не должна сводиться только к отбору «лучших» в том или ином контексте: она должна способствовать оптимальной самореализации разных типов личности с разной степенью нормативности. Психолог не имеет права на сортировку людей на «годных» и «негодных», он должен помочь каждому определиться в этой

160

жизни, найти то место, где его индивидуальность и его способности будут оптимально реализованы. От этого выиграют и сами люди, и социальные институты. Мудрые государственные структуры не должны проявлять себя как эксплуататоры «человеческого фактора»: их обязанность — заботиться не только о полезности людей для государства, но и о полезности самого государства для людей.

Профессиональные рекомендации, которые даны в контексте интерпретации приведенных ниже профилей, в основном базируются на тех эмпирических данных, которые были получены в процессе многолетних психодиагностических исследований. Если профиль соответствует типичному портрету, полученному на базе усредненных результатов, имеющихся для той или иной профессиональной группы, то это всего лишь констатация того факта, что в отечественной популяции данный тип личности достоверно чаще встречается в сфере данной профессиональной активности. Однако это не всегда идеально соответствует характеру требований данного вида деятельности. Так, если среди водителей скоростных видов транспорта (автомобиль, самолет и др.) мы нередко обнаруживаем преобладание гиперстенических профилей, то это лишь жизненный факт, в то время как с точки зрения психолога людям этого типа часто недостает осторожности и опоры на накопленный опыт. У идеального водителя, помимо характеристик сильной, активной личности, которой свойственны быстрота реакций на меняющуюся ситуацию и выносливость к стрессу, необходимо также тренировать и усиливать пусть хоть минимально выраженные, но имеющиеся у него черты, которые служили бы противовесом преобладающим свойствам. Полное отсутствие признаков мотивации, направленной на избегание неуспеха, и тенденции к опоре на опыт должно служить основанием для рекомендации других функциональных обязанностей в рамках той же сферы деятельности (механик, техник, заведующий гаражом, сотрудник наземной службы аэропорта и т. д.). В ряде случаев типичный портрет личности, преуспевающей в той или иной сфере профессиональной деятельности, представляет собой некий артефакт, связанный с теми штампами, которые выработались в контексте определенных социальных условий. Так, автором предлагаемой миографии были обнаружены черты избыточной дидактичности, догматизма, ригидности и склонности к эмоциональному самовзвинчиванию у наиболее распространенного типа педагога, сформировавшегося в рамках устоявшихся за 70-80 лет определенных социальных требований и соответствующей идеологии, не позволявшей ни малейших отклонений от раз и навсегда предписанной методологии, не допускающей никакой творческой инициативы и индивидуального подхода, который бы противоречил жестким и универсальным для всех инструкциям. Это вовсе не значит, что такой тип должен приветствоваться в современной педагогике. Напротив, чем разнообразнее педагогический состав и чем больше индивидуальной оригинальности видят перед собой ученики, тем богаче их жизненный опыт и тем менее однообразно и скучно протекает процесс обучения. Важно, чтобы наряду с добротой и терпением учителя обладали еще и такими качествами, как артистичность, склонность к новаторству, эмпатия.

Приведенные примеры предлагают общий паттерн подхода к интерпретации. Однако каждый профиль является конкретным случаем и может служить

161

лишь образцом, но никоим образом не догмой. Каждый отдельный случай требует индивидуального подхода и должен трактоваться в контексте целостного исследования.