Глава VI

же самое делали в Средние века и еврейские общины, как сви­детельствует их собственная традиция «памятных книг» (Ме-morbucher)⁶. Кроме того, рассмотрению с точки зрения исто­рии возникновения и развития формы подвергаются не только «конечные ступени» мемориальной традиции, но и их предше­ствующие стадии, а именно отдельные списки имен, ставшие основой и предпосылкой для больших собраний и перечней⁷.

Средневековая мемориальная традиция — memoria — была формой выражения литургического поминовения живых и умерших и одновременно его «письменным субстратом». В том, что касается libri memoriales и некрологов, то нам известны прежде всего обстоятельства их возникновения и применения: это евхаристическая литургия и богослужения суточного цик­ла каноников и монахов.

Libri memoriales с их длинными рядами имен живых и умер­ших возникли из более древних диптихов. Подобно им, они выполняли свою литургическую функцию в рамках евхарис­тической литургии, во время которой лежали на алтаре. Сот-memoratio — вспоминание живых членов Церкви и поминовение усопших связывается с молитвой, с просьбой о заступничестве и посредничестве и с древнейших времен является составной частью литургии⁸. В христианстве обоснование практике сот-memoratio дали тексты Нового Завета, а дальнейшее развитие она получила под влиянием древнееврейской практики испро-шения⁹. В христианской литургии испрошение встречается в литургии слова, в так называемой «Молитве верных» (Oratio

⁶ Salefeld S. Das Martyrologium des Nurnberger Memorbuches (Quellen zur Geschichte der Juden in Deutschlands). Berlin, 1898; об этом же его теоретическая статья: «Memorbuch» / Encyclopaedia Judaica. 1971. Bd. 11. Sp. 1299-1301. Сама проблема сопоставления тетопа в иудаизме и в христианстве остается пока мало изученной.

⁷ Подробнее см.: SchmidK., WollaschJ. Societas et Fraternitas. S. 32 ff.

⁸ Относительно терминологии см.: Klauser Th., Michel O. Art «Gebet II (Furbit- te)» // Reallexikom fur Antike und Christentum. Lief. 65.1973. Sp. 1-36. (Sp. If). Диптихи (от греч. diptichon — сложенный вдвое) — таблички с перечнем поми­ наемых имен, на одной стороне — живых, на другой — мертвых. Commemoratio в структуре современной мессы находит выражение в дневной молитве, в молит­ ве о даре и в заключительной молитве. В раннее Средневековье было правило читать только одну, соответствующую дню, молитву (примеч. пер.).

⁹ Об этом подробнее см.: Klauser Th., Michel О. Art «Gebet II (Furbitte)». Sp. 5 ff., 13 ff. Тексты изданы: A. Hanggi, I. Fahl (Hg.). Prex eucharistica. (Spicile- gium Friburgense 12). Fribourg (Suisse). 1968. S. 5 ff.

MEMORIA И МЕМОРИАЛЬНАЯ ТРАДИЦИЯ . 235

fidelium), и прежде всего в собственно евхаристической литур­гии, в виде молитв за живых и за мертвых (Memento, Domine и Memento etiam, Domine)¹⁰. В то время как произнесение oratio fidelium обычно не предусматривало никаких имен¹¹, обе молит­вы Memento в евхаристической литургии, напротив, очень рано стали сопровождаться перечислением имен поминаемых¹². Из этих имен составляли списки и записывали их на диптихах¹³. В списки входили как умершие всех категорий (миряне, епис­копы), так и ныне здравствующие. Прежде всего упоминались имена Папы, местного епископа и императора и, конечно же, имена offerentes, т.е. тех персон, которые дарами, пожертвова­ниями внесли свой вклад в данную евхаристическую литургию. Связь между отдельными списками и литургией многократно подтверждается на примере списков епископов в Средние ве-

¹⁰ Целостный взгляд на данную проблему содержится в упомянутой энци­ клопедической статье: Klauser Th., Michel О. Art «Gebet II (Furbitte)». Sp. 22 ff. О молении за мертвых в римской богослужебной практике ок. 500 г. {Deprecatio Gelasii) см.: Capelk В. Le Kyrie de la messe et le pape Gelase// Idem. Travaux liturgi- ques. Lou vain, 1962. Vol. 2. P. 116—134 (P. 128); Ср. также: Idem. L'intercession dans la messe romaine // Ebd. P. 248-257 (P. 256). Об oratio fidelium см.: Klauser Th. Kleine Abendlandische Liturgiegeschichte. Bonn, 1965. S. 53 ff.; Gamber K. Missa Romensis (Studia patristica et liturgica 3). Regensburg, 1970. S. 46 ff. Поминовение живых (memona vtvorum) и умерших (memoria mortuorum) как бы обрамляет таин­ ство евхаристии. Соответственно существуют две молитъы-memento, и зачитыва­ ются имена сначала из одной части диптиха, затем из другой (примеч. пер.).

¹¹ Об этом подробнее: Klauser Th., Michel О. Art «Gebet II (Furbitte)». Sp. 27.

¹² Это показано, в частности, на примере поминовения мертвых в Euchobgum епископа Серапиона (сер. IV в.): Klauser Th., Michel О. Art «Gebet II (Furbitte)». Sp. 29f.; подобное встречаем в более древней александрийской евхаристической молитве: Gamber К Sacrificium Laudis. (Studia patristica et liturgica 5). Regensburg, 1973. S. 64. Ср. также: CabrolF. «Diptyques (Liturgie)» // Dictionnaire d'Archeo- logie Chretienne et de Liturgie. 1920. Vol. 4. Col. 1045-1094.

¹³ Об этом подробнее см.: EbnerA. Die klosterlichen Gebetsverbruderungen bis zum Ausgange des karolingischen Zeitalters. Regensburg; New York; Cincinnati, 1890. S. 97 ff; MolinterA. Les obituaires frangais au moyen age. Paris, 1890. P. 4 ss.; Bishop B. Appendix. Observations on the Liturgy of Narsai / R. H. Connolly (Ed.). The Liturgical Homilies of Narsai [Texts and Studies. Contributions to Biblical and Patristic Literature 8/1]. Cambridge, 1909. P. 97ff; CabrolF. «Diptyques (Liturgie)» // Dictionnaire d'Archeologie Chretienne et de Liturgie. Vol. 4. Col. 1083 ss.; Stegmuller O. Art. «Diptychon» // Reallexikon fur Antike und Christentum . 1957. Bd. 3. Sp. 1138-1149; KoUwitzJ. Art. «Elfenbein» // Ebd. Bd. 4.1959. Sp. 1106-1141 (Sp. 1109-1113 ff); Thomas H. Die Namenliste des Diptychon Barberini und der Sturz des Hausmeiers Grimoald // Deutsches Archiv. 1969. Bd. 25. S. 17-63.

236