Глава 15

15, 4. Терпели — речь, царедворца Санджаи витиевата и построена на недомолвках. Как бы защищая Дурйодхану, Санджая говорит, что, переживая несчастье, не следует винить за него другого, когда сам на себя накликал беду своими злыми поступками: бесхарактерный Дхритараштра должен видеть и свою вину перед Пандавами, ведь они, обманутые в бесчестной игре, оскорблённые, из почтения к нему долго и терпеливо переносили трудности лесной жизни в изгнании.

15, 5. Воспринятых — в тексте стоит pratiksham... drishtam и drishtam yogabalena. Нилакантха эту шлоку не комментирует. Фош и даже Рой не учитывают смысла повторения слова drishtam. Фош переводит нарушая грамматический строй санскритской фразы: «...чему я был очным свидетелем, силой йоги» (VI, 592). Почти так же переводит и Рой: «...что было видено силой йоги». Думается, что не следует пренебрегать весьма чётким построением санскритской фразы и повторением слова «дриштам». Текст явно различает два психических акта: зрение глазами и зрение мысленное, или созерцание воочию, или созерцание силой йоги. О возможности видения мысленного наука стала говорить серьёзно лишь в последнее время.

15, 6. В сердце — в подлиннике «манас».

15, 9. Необычайных людей — в тексте стоит слово vyutthita, которое Рой считает «весьма сомнительным» и переводит, ссылаясь на Нилакантху: «лица, превосходящие обыкновенных». БПС для stha + vyud даёт глоссы: «подниматься с разных сторон», part. vyutthito — «расходящийся во времени», «оставивший свой долг», «возбуждённый», делая ссылки на XIII и XIV книги «Махабхараты», но не на VI книгу.

15, 18. Собака — в подлиннике «шакал» — jambuka, имеет то же бранное значение, что и русское слово «собака».

Глава 16

16, 7. Сполохам — вся сила тропа этой шлоки построена на непередаваемом приёме «дхвани» (намёка). В тексте для обозначения слона употреблён один из синонимов: nāga. Нага значит «змей» и «слон» (хобот слона извивается как змей) и, наконец, «облако», «туча»; а с кратким «а» naga — «гора», «дерево». Отсюда образ — тучные слоны и среди них колесницы, блистающие своими золотыми украшениями, как молнии среди туч.

16, 10. Тенётчики — vāgurākārah, букв. «делающий сеть, тенёта». Тенёта употреблялись не только на охоте, но и на войне, как особый вид вооружения. БПС не даёт полностью перевода этого сложного слова, а лишь первую часть его, рассматривая kara как необязательную. Всё слово нужно переводить: «делающий тенёта». Слово стоит во множественном числе, входя в ряд перечисляемых подлежащих. Думается, что Рой без достаточных оснований выделяет разбираемое слово из этого ряда и переводит: «...слоны, пехотинцы, колесничие, всадники стояли подобно сетям (чтобы запутать противника)». Таким образом, Рой произвольно вводит не существующий в тексте троп, а потом и целое предложение, для оправдания внесённого. Фош не даёт тропа, но в данном случае он ближе к подлиннику: «...всадники, носящие своеобразные сети (des epéces de filets), сотнями и тысячами». Думается, что предлагаемый перевод не насилует текста, на основании которого позволительно предположить, что в вооружении древнеиндийских войск употреблялись и сети, которыми опутывался противник. В описании явления богов Арджуне, в перечне подаренного ему оружия сказано, что Варуна подарил сети (Кайрата, гл. 41, шл. 27 и сл., стр. 73, III вып. этой серии).

16, 12. Водителей слонов — таково единственное значение слова gajāroha. Ясно, что слово стоит «не у места». Рой просто решает трудность: опуская это слово. Фош, стараясь как-то пристроить это слово к месту, переводит: Les drapeaux... faisaient luire... leurs hampes d’or... Получается очень большая натяжка — gajāroha принимает значение не «погонщик слонов», а «стрекало», а отсюда уже — «древко знамени». Предлагаемый перевод вводит одно лишнее слово «возле» — в этом есть натяжка, но дозволительная, так как она сохраняет немаловажное слово текста и усиливает реальность описания. На слонах выезжали в битву начальники, командиры, а возле командиров находились и опознавательные их знаки, к которым стягивались воины командира.

16, 13. Кремля Махендры — Рой поясняет, что речь идёт об Амаравати, небесном мире Индры.

16, 14. Ремнём — в санскрите есть несколько синонимов для обозначения рукавиц лучников: ангули-тра есть повязка, защищающая пальцы лучников, по которому бьёт в момент отдачи тетива (ангули значит «палец»), палатра — повязка, защищающая ладонь (пала). У древних русских воинов кольчужная рукавица защищала тыл руки и пальцев и закреплялась на ладонях ремешками. Приходится выбирать: формально точный перевод возможен только описательный, а перевод, адекватный по смыслу, не вполне точен формально.

16, 17. Щедрые даятели — bhuridakshin. Слово это стало почти эпитетом раджей. «Дакшин» — «дающий», но с определённым оттенком, щедро оплачивающий браминам жертвенные ритуалы. Рой переводит: «творящие жертвоприношения со щедрыми дарами (браминам)».

16, 18. Мудрые правители — в тексте стоит nitimant. Рой переводит conversant with policy, то есть «опытный в политике». Фош переводит: «полные политических знаний».

16, 20. Брамы — для кшатрия мирная смерть у домашнего очага считалась по меньшей мере нежелательной, если не совсем позорной. Кшатрий должен желать смерти на поле битвы и радостно к ней подготовляться. Текст говорит о том, что убитый в бою кшатрий восходит прямо в мир Брамы. Такое утверждение не совсем обычно, и его можно принять как неточность, свидетельствующую о более позднем происхождении стиха. Попавшие в мир Брамы рождаются браминами, а это не так уж просто. Обычно кшатрии попадают в «мир Индры» (ср., например, «Наль», гл. 2, 17, I вып. этой серии). Индра спрашивает Нараду о причине, задерживающей кшатриев, его милых гостей. В первой половине первого тысячелетия нашей эры образ Индры прогрессивно тускнеет. Начало процесса разложения образа воинственного бога Индры можно заметить в более поздних ведических гимнах, даже в Ригведе, как то убедительно показал Дейссен (ср. его Allgemeine Geschichte der Philosophie, Bd. 1, abt. 1—3).

В древней германской мифологии Один остаётся крепко на своём месте и правит не силой разума, подобно греческому Зевсу, а только силой оружия. Он знает о предначертанной ему гибели (как знает о своей гибели Зевс), но до конца остаётся суровым воином. Его дети, викинги, только тогда угодны ему, когда они умирают на поле битвы. За такими воинами прилетают дочери Одина валькирии. Райское времяпрепровождение кшатриев — гаремная нега среди апсар. Райское времяпрепровождение викингов — битвы и кровь — так они заслуживают благосклонность валькирий. Викинги сражаются, ранят друг друга, проливают кровь, (вечерней зари?) и оживают, чтобы снова драться...

16, 20. Разделам — Рой разъясняет, что по древнеиндийской разработанной стратегии в «полное войско» akshauhini входило 10 «анкини» — воинских частей, каждая состояла из 10935 пехотинцев, 6561 всадника, 2187 слонов и столько же колесниц. В тексте употреблено слово «вахини» — согласно БПС, эта воинская часть состояла из 81 слона, 81 колесницы, 245 конных и 405 пехотинцев.

16, 22. Вечный — здесь употребляется для обозначения княжеского титула. «Ачьюта» (вечный), букв. «негибнущий» — эпитет богов, в частности Кришны; эпитет этот применяется также к раджам.

16, 22. На белом коне — в подлиннике стоит слово çvetahaya. Значение этого сложного слова не вызывает сомнений, оно значит «белый конь». В таком именно смысле оно употреблено, например, в Гите, 1, 21. В разбираемом тексте оно явно не на месте. Рой просто опускает слово haya (конь), а слово varmān переводит не как «кольчуга», а как «зонт», что допустимо вообще, но в данном случае создаёт трудности: «белый зонт» по своей символике равносилен короне европейских монархов (ср., например, Мокшадхарма, гл. 322, шл. 19, стр. 654, V вып. этой серии, ч. 1‑я), где описывается, как, вступая в философскую дискуссию, Джанака отстраняет символы своего княжеского достоинства: «зонт и прочие царские знаки». Когда Кришна разворачивает перед Юдхиштхирой заманчивую картину обряда возведения на престол, он говорит о белом зонте, который будет держать над раджей его брат Бхима. Бхишма был военначальником и не мог присваивать себе символа царской власти. Из затруднения более нейтрально выходит Фош: он говорит о белом оружии. Мне кажется, что настаивать на буквализме нет надобности. Слово çvetahaya встречается не раз в той же «Махабхарате», и значение его не вызывает сомнений (например, Бхагавадгита, I, 14). Слово çvetoshnisam, начинающее шлоку, является сложным словом, оно состоит из çveta «белый», «светлый», а ushnisa значит чалма, головная повязка, опознавательный знак на голове, но не «зонт». Такого значения не даёт ни БПС, ни МПС. Поражает художественный образ данных шлок. Хотя весь образ дан в белом на чёрном фоне воинов, одетых в шкуры чёрных ланей (невольно перед глазами встаёт картина Верещагина «Всадник в Джайпуре»), однако из символики белого взята лишь идея нравственной чистоты и силы. Ведущим образом является луна, месяц. В тексте из синонимов, означающих «месяц», дано слово «чандра» — то, что сияет ласковым, успокаивающим светом, говорится о пращуре кауравов, о великом Бхишме, на образ которого как на образец хранения обетов, духовной чистоты, мужества благоговейно взирают и современные индийцы. Пращур вышел, как месяц, чтобы повести свой род дорогой предков — лунной дорогой в обитель предков — на луну.

16, 23. Колесницы — букв. «на кузове колесницы».

16, 26. Великого Человека — не ясно, кого имеет в виду текст под Mahāpurusha. Рой переводит это слово через foremost of man и не поясняет своего перевода. Нилакантха также не комментирует этого стиха. В «Бхагавадгите», I, 3 говорится, что войско пандавов строил «сын Друпады». Если стих понимать буквально (чего не делают лучшие комментаторы), то приходится понимать под «сыном Друпады» Дхриштадьюмну, о котором говорит предыдущая (25) шлока нашего текста. Но в «Бхагавадгите», I, 10, совершенно ясно предводителем войска назван Бхима. Традиция в этом смысле, как видно, неустойчива. Против признания Дхриштадьюмны предводителем войска, верховным воеводой пандавов говорит участие в битве Друпады, который оказался бы под начальством своего сына, что противоречило бы патриархальным нравам. Проще всего было бы предположить, что речь идёт о Кришне, но это противоречило бs договору Кришны и Арджуны. Кришна обещал Арджуне, что он будет лишь возничим Арджуны, чтобы не отнять чести победы от Арджуны и его братьев. Быть может, здесь следует перевести «хранимых (водимых) Великим Духом». Такой перевод, вполне возможный лингвистически, снял бы противоречие, возникающее при «реалистическом» переводе: «Водимых великим Человеком».