Часть 3. Холодная война

британской позиции относительно создания Сообщества. Только после возвращения к власти Черчилля в октябре этого года и окон-чательного прояснения ситуации относительно европеизма лидера консерваторов, предназначенного для континентальной Европы, но не означавшего непосредственную вовлеченность Великобри-тании в реализацию проекта, сопротивление малых стран прекра-тилось. В то же время усилилось противодействие французских противников договора, которые начали обсуждение одной из до-минирующих тем следующего политического этапа, т.е. необхо-димости участия Британии в европейской системе в качестве противовеса той роли, которую Германия могла бы приобрести по отношению к Франции, ослабленной в военном плане своими колониальными обязательствами.

Начиная с конца 1951 г. и до мая 1952 г. все технические трудности и все политические препятствия были преодолены. Во время заседания Атлантического Совета в Лиссабоне в феврале 1952 г., в ходе которого были также удовлетворены просьбы Гре-ции и Турции о вхождении в альянс, были заложены политичес­кие основы компромисса. Германия должна была войти в НАТО, но только после подписания соглашений, касающихся ее между-народного статуса, и через ее участие в Европейском оборони-тельном сообществе. Англичане и американцы согласились под-писать декларацию о внешней гарантии Сообществу, которая связывала атлантическую систему с европейской. Злободневный вопрос о Сааре стал предметом еще одного компромисса, факти-чески отодвигавшего решение вопроса о будущем региона, кото­рый немцы уже не намеривались оставлять под исключительной властью французов и относительно которого они выдвигали идею интернационализации в рамках плана создания «малой Европы». Вся эта работа закончилась 26-27 мая 1952 г., когда в Бонне были подписаны «договорные соглашения» между Федеративной Германией и оккупирующими ее державами (26-го) и в Париже (27-го) - учредительный договор Европейского оборонительного сообщества.

На бумаге проблема перевооружения Германии решалась по-средством формулы, делавшей очевидной логическую связь с моти-вами создания ЕОУС. Спустя всего лишь семь лет после окончания Второй мировой войны европейское обрамление способствовало, по крайней мере, смягчению последствий ремилитаризации Гер-мании. Сходство с ЕОУС было заявлено в утверждении принципа, согласно которому ЕОС являлось «наднациональным органом вла-сти, включающим общие институты и общий бюджет»; сходство продолжалось в конституировании аналогичных органов: Комис-сариата (Высший орган), Ассамблеи, Совета министров и Суда.

Глава 9. Образование блоков и эволюция их взаимоотношений 775

Отличие заключалось в распределении властных полномочий внутри ЕОС. В то время как в учредительном акте ЕОУС торже-ственно провозглашалось обязательство членов Высшего органа не подчиняться инструкциям соответствующих национальных правительств, и компетенция Совета министров ограничивалась простой координационной или инициирующей ролью, в договоре о ЕОС Совет министров становился политически доминирующим органом. Комиссариат обладал детально прописанными прерога-тивами, но Совет министров был лишен компетенции направлять текущую деятельность Комиссариата и руководить ею. Утвержда-емый на словах принцип наднациональности опровергался в ходе конкретного распределения функций. В самом деле, Комиссариат был органом, зависимым от воли отдельных правительств, пропу-щенной через фильтр Совета министров. Что касается существа дела, то набор компромиссов глубоко изменил план Плевена. Бо-евое национальное подразделение, которое французы мыслили как очень небольшое (полки), было составлено из «групп» (прак-тически армейских корпусов, сформированных из двух дивизий различной национальной принадлежности, хотя и объединенных международными интендантскими службами). Германия не могла располагать другими вооруженными силами, кроме объединен­ных, в то время как это позволялось другим пяти странам, под-писавшим договор.

Сложный характер переговоров, завершившихся подписанием Боннского и Парижского договоров, указывал на трудности, ко-торые встретит процесс их ратификации со стороны националь-ных парламентов. Именно тогда начался один из наиболее мучи-тельных периодов европейской жизни, пока не были найдены способы дать окончательный ответ на вопросы, которые только казались решенными. Эти дискуссии вовсе не были ограничены теми шестью странами, которые подписали договор о ЕОС. На-против, в них ощущалось противодействующее давление Совет-ского Союза, влияние других атлантических союзников, а также неожиданный поворот, который начал проявляться в общей кар-тине международных отношений с 1953 г., с выходом на поверх-ность старых проблем, неожиданно ставших актуальными, и с появлением новых ситуаций, требовавших изменения позиций.

Попытки внешнего давления осуществлялись Советским Со-юзом еще до подписания договора. Советы предприняли силь-ный дипломатический ход. Возвращаясь к аргументации, появив­шейся еще в начале дискуссии о перевооружении Германии, со-ветское правительство 10 марта 1952 г. распространило ноту, в которой снова развивало тему воссоединения Германии, подписа-

776