Часть 3. Холодная война

США должен был расцениваться как «смертельный вызов». Что-бы иметь представление о масштабе такого вызова, достаточно было сопоставить те части национального дохода, которые каж-дая из сверхдержав предназначала на военные расходы: около 19% - СССР и 6 или 7% - США. Экономика Соединенных Штатов, гораздо более мощная, чем советская, могла выделить на перевооружение до 20% бюджетных расходов, и именно такое на-правление рекомендовала резолюция СНБ-68.

Вплоть до 1949 г. превалировало мнение, что СССР представ­ляет не прямую военную угрозу, а лишь косвенную опасность. Сигнал опасности, посланный экспертами Совета Национальной Безопасности, лишь дополнил в военно-политическом плане по-литику сдерживания. На усиление военной угрозы следовало от-ветить большими усилиями.

Это заключение, которое администрация Трумэна использо­вала в собственных интересах, почти не встречая возражений (за исключением, например, несогласия Кеннана), привело к различ-ным последствиям. Внутри Соединенных Штатов оно вынуждало сделать весьма трудный выбор, который должен был одобрить конгресс. За рубежом оно выдвигало политические проблемы, ме-нявшие некоторые предпосылки американских международных обязательств. Корейская война способствовала тому, что конгресс убедился в обоснованности только что сформулированного диаг-ноза. Бюджетные военные расходы выросли в 1951 г. до 22,3 млрд долларов, в 1952 г. - до 44 млрд, в 1953 г. - до 50,4 млрд. Это были средства, предназначенные для финансирования военных усилий в Корее, но прежде всего для восстановления вооружен-ных сил, которые американцы поспешили свернуть после окон-чания Второй мировой войны.

9.3.2. ИНТЕГРАЦИЯ ФЕДЕРАТИВНОЙ ГЕРМАНИИ В ЗАПАДНУЮ СИСТЕМУ

В политико-дипломатическом отношении резолюция СНБ-68 вновь приводила в движение процесс, начатый в Европе в 1947 г. и протекавший в двух направлениях: европеистское и преобразо-вание Атлантического пакта посредством перевооружения Герма-нии. Очень часто эти два процесса рассматриваются как разные, а иногда даже и совершенно не совпадающие аспекты мировой политики. В переплетениях европеизма и политики атлантичес-кой солидарности склонны видеть нечто случайное или же — в слегка отличающейся трактовке — политические инициативы разного порядка, исходившие из различных замыслов, но порой совпадавшие благодаря обстоятельствам.

Глава 9. Образование блоков и эволюция их взаимоотношений 761

Однако это концептуальное различие кажется надуманным, и эти два аспекта политической активности в Европе с середины 1950 г. представляют две стороны одной медали, как уже говори-лось о доктрине Трумэна и о плане Маршалла. Основной замысел предусматривал формирование европейской институциональной системы, которая обеспечивала бы все более тесную интеграцию стран, считавших себя объектом советской угрозы и в то же вре-мя полагавших необходимым, чтобы в такой интеграции участво-вала страна в наибольшей степени подвергающаяся опасности -Федеративная Республика Германии. При этом следовало, одна-ко, избегать того, чтобы в процессе интеграции оставались неуре-гулированные разногласия. Данное условие, которое не всегда выполнялось, объясняет, почему только одна из сторон медали была отчеканена полностью, в то время как другая осталась лишь приблизительно намечена; иными словами, объясняет, почему атлантическое объединение было эффективным в течение дли-тельного времени, в то время как европейская интеграция встре-тила на этом этапе непреодолимые препятствия.

Инициатива европеизма развивалась почти одновременно, если иметь в виду создание Европейского объединения угля и стали (ЕОУС), а в военном отношении - перевооружение Герма-нии как предпосылку для создания постоянной европейской ар-мии мирного времени, которая выполняла бы роль военного ком-понента Атлантического союза. Создание ЕОУС было результатом совпадения конъюнктурной ситуации и проблем, требующих анали-за в контексте более долговременных процессов. Конъюнктурный кризис был обусловлен напряженностью, получившей развитие с осени 1949 г. в отношениях между Францией и Федеративной Германией по вопросу о Сааре, а также в результате начавшегося мощного подъема производства в Рурском угольно-металлурги-ческом бассейне, как того желали американцы, и предвещавшего возможное перевооружение Германии, как опасались в Париже. Предложение, высказанное французским министром иностранных дел Робером Шуманом 9 мая 1950 г., о создании авторитетной организации в области производства угля и стали (которая согла-совала бы франко-германские потребности и, больше того, спо-собствовала бы более полному примирению двух стран в качестве предпосылки для дальнейшего объединения Европы) вписыва-лось, однако, в более общую перспективу, а не только было свя­зано с этой конъюнктурной ситуацией.

Со времен войны Жан Монне, разработчик плана модерниза-ции и оснащения промышленности, по которому должно было проводиться восстановление французской экономики, считал

762