Часть 3. Холодная война

Параллельно в Берлине было создано правительство западной части города.

Блокада получила широкий мировой резонанс, хотя и не за-тормозила развитие внутренних процессов Германии. Через не-сколько недель после пражского переворота произошли берлин-ские события, уже назревал советско-югославский конфликт - все эти кризисные моменты создавали на Западе определенный образ советской власти, намеренной помешать реконструкции Европы, объединившейся под эгидой Соединенных Штатов. Средства, ис­пользованные в политической борьбе, которую многие выстраи-вали в единую последовательную линию, создавали впечатление жесткой агрессивности, разжигавшей антикоммунистические на-строения и страх перед агрессивными планами Советского Сою­за. Не случайно переговоры по заключению Североатлантического пакта состоялись после начала блокады Берлина и завершились 4 апреля 1949 г. Возможно, страх европейцев был не столь обосно-ван, как им казалось, но они считали необходимым, чтобы эко-номическая интеграция, осуществлявшаяся по плану Маршалла, получила бы столь же эффективную военно-политическую опору. Это не значит, что Атлантический пакт был создан вследствие блокады Берлина, но блокада в значительной мере обострила ощущение угрозы, которое привело к подписанию этого пакта.

8.4.5. ИСКЛЮЧЕНИЕ ЮГОСЛАВИИ ИЗ КОМИНФОРМА

Третьим важным эпизодом, который отразил ужесточение сталинских позиций в связи с изменениями в Западной Европе, стал, как это ни парадоксально, первый кризис внутри советского блока. Он привел к открытому разрыву между Советским Союзом и Югославией, закрепленному резолюцией Коминформа от 28 июня 1948 г. Этот кризис с самого начала был представлен как результат идеологических расхождений. Хотя этот элемент играл значитель-ную роль в происшедших событиях, тем не менее, он представля-ется второстепенным по сравнению с вопросами международного характера: эти вопросы впервые обнажили всегда присутствовав-шие в советской системе трудности сочетания интернационализма с национализмом.

Интернационализм в 1947-1948 гг. стал (или оставался) сино-нимом совершеннейшей преданности советской политике, и с это-го момента и в дальнейшем, означал формирование правительств, соответствующих сталинской модели и покорных воле Москвы. Интернационализм стал синонимом зависимости от СССР как во

Глава 8. Единая политика реконструкции или несколько политик? 713

внутренней, так и в международной политике. Таким образом, ста-линская система уже содержала элементы слабости, которые позже ее раскололи; они заключались в неспособности принять различ-ные политические формы, лишь бы они были совместимы со структурными требованиями системы. Результатом подобного уже-сточения стала политика насильственных чисток, проводившаяся внутри коммунистических партий Восточной Европы.

Она была менее заметна в Югославии, где присутствие Тито на посту главы коммунистической партии затрудняло как прове-дение чисток, нежелательных для самого лидера, так и навязыва-ние советских норм партийной жизни, которые не совсем разде-лялись в Белграде. Тито и в самом деле считал себя не только вождем югославского народа. Придя к власти на волне партизан­ского движения, которым он руководил во время войны вплоть до освобождения почти всей югославской территории еще до прибытия советских войск, Тито фактически хотел, чтобы его считали вторым лидером после самого Сталина. И в то время как Сталин, побуждаемый причинами более широкого характера, в 1941-1947 гг. проводил достаточно гибкую политику как внутри советской системы, так и в отношении Запада, Тито был гораздо более жестким в своем безусловном противостоянии Западу. Это же продемонстрировали его представители на конференции в Шклярска Поремба, сблизившись с радикальными взглядами Жданова в пропаганде теории противостояния двух лагерей, на которые была разделена мировая система. Уже это чрезмерное рве-ние посеяло семена недоверия между коммунистическими партия-ми. Не все были согласны с линей Коминформа, даже когда сле-довали ей.

Еще больше раздражала Сталина склонность Тито считать себя своего рода ведущим лидером коммунистических партий всей Ду-найско - Балканской Европы. Появилась даже идея, что он хотел бы возглавить социализм всего региона, повысив свой собствен-ный престиж. Он отказался от пассивного согласия с советскими проектами экономической реконструкции, которые предполагали зависимость от СССР и жестко определяли роль каждого госу-дарства-союзника, — югославский лидер выдвинул идею созда-ния федерации Балканских стран. Сталин все это воспринимал с некоторой озабоченностью, потому что усиленная активность могла бы привести Тито к непредусмотренным акциям, как, на-пример, аннексия Албании, которую Сталин в течение некоторого времени вроде бы одобрял. С 1945 г. в связи с кризисом, спрово-цированным захватом Югославией части Триеста, по 1948 г., ког-

714