Глава 8. Единая политика реконструкцией или несколько политик? 683

устранения этого дефицита - это импорт как можно большего количества товаров из-за рубежа. Никогда в мире ни для кого из нас не будет мира и безопасности, пока зарубежные страны не будут в состоянии оплачивать товарами и услугами то, что им нужно импортировать, а также осуществлять оплату своих по­требностей в промышленном оборудовании из более нормальных источников финансирования».

Описываемое положение обязывало Соединенные Штаты про­должать оказывать экстренную финансовую помощь, осуществляя при этом контроль за ее распределением. В заключение Ачесон сказал: «Поскольку мировой спрос превышает наши возможнос­ти, мы должны сконцентрировать нашу чрезвычайную помощь в тех зонах, где она может принести наибольший результат для ус­тановления политической и экономической стабильности в мире, для развития свободы личности и демократических институтов, а также содействовать политике свободы торговли и укреплению ав­торитета Организации Объединенных Наций».

Итак, в своем прагматическом заключении он свел общие рас­суждения к определенной проблематике; перешел от чисто эконо­мических к экономико-политическим вопросам; определил грани­цы американской активности. Это позволяло считать решенной проблему, ранее остававшуюся неясной: разрабатывавшиеся проек­ты были предназначены только для Западной Европы или для всей Европы. Выступление отражало точный замысел, который вдох­новлял американский выбор. В заключение утверждалось, что фи­нансовое и торговое оздоровление было не проявлением американ­ского великодушия, а потребностью экономической системы самих Соединенных Штатов, связанной не с кризисом перепроизводства, а с необходимостью финансового и торгового оздоровления.

«Только если европейская реконструкция будет завершена, -писал Кеннан - станет возможно развитие мировой торговли, и Европа и Соединенные Штаты смогут с удовлетворением поддер­живать нормальные взаимовыгодные экономические отношения. Опыт прошлых лет показал, что Соединенные Штаты не могут наслаждаться жизнью в обстановке очевидного процветания, если мир находится в состоянии депрессии».

Во всех разработках, подготовленных за короткое время адми­нистрацией Соединенных Штатов, присутствовала в основном аргументация чисто экономического характера. Между тем, свес­ти всю проблему лишь к технико-экономическому аспекту озна­чало искусственно изолировать ее от окружавшего политического контекста, т.е. пренебречь связями, которые Ачесон едва наметил, но которые составляли культурологическую основу всей схемы.

684

Часть 3. Холодная война

Характер политической обеспокоенности американцев был ярко описан самим Кеннаном, на которого в то время повлияло чтение широко известной работы Гиббона «История упадка и раз­рушения Римской империи»: «Дальнейшее ухудшение положения могло оказаться катастрофическим для Европы. Оно могло при­вести к таким лишениям, к таким потерям, к такой безнадежной борьбе за контроль над недостающими ресурсами, что породило бы отказ от принципов, которые составили основу современной европейской цивилизации и за которые, как отложилось в созна­нии многих, боролись во время двух мировых войн. Принципы права, справедливости, ограничения в исполнении политической власти, которыми уже пренебрегали, могли бы быть искажены -вместе с ними и жизненно важный принцип, что целостность об­щества... должна опираться на уважение и достоинство отдельного гражданина. Последствия этого кризиса перевесили бы общие опасения, связанные с угрозой «коммунистического контроля». Продолжение современной ситуации в Европе грозит, ни больше, ни меньше, возможностью, что европейцы откажутся от ценнос­тей индивидуальной ответственности и политического контроля, которые принадлежат традиции их континента. Это разрушило бы многовековое прогрессивное развитие и нанесло бы такой ущерб, что только последующие века могли бы возместить поне­сенные потери».

Признавая определенную высокопарность речи, необходимо отметить, что она отражала состояние духа одного из авторитет­нейших вдохновителей плана Маршалла. В речи были объединены направления, ранее остававшиеся разделенными: ограниченность и непоследовательность европейской реконструкции; необходи­мость добиться не травмирующего метода ведения переговоров по германскому вопросу; понимание трудностей в возрождении международной торговли. Все эти обстоятельства содействовали тому, что американская администрация сделала не случайный, а продуманный выбор. К этому выбору она призывала, казалось, всех европейцев, но, в действительности обращалась только к странам, совместимым с системой рыночной экономики, защита которой составляла несомненный интерес Соединенных Штатов.

Хотя основа выбора новой ориентации была экономической, но она отвечала более общим политическим требованиям, соот­носилась с новой внешней политикой, которую администрация Трумэна разработала за «пятнадцать недель» (определение, дан­ное этому интенсивному творческому периоду американской дипломатии одним из главных участников - Дж. Дж. Джонсом, входившим в число ведущих сотрудников Маршалла и Ачесона).