Часть 3. Холодная война

если не исключительное, объяснение решений, принятых в Ва-шингтоне. В других исследованиях не учитывается специфика американского процесса принятия решений (достаточно вспом­нить сложное прохождение закона о ленд-лизе в конгрессе), под-черкивается приблизительный или слишком общий характер предложений государственного секретаря, чтобы сделать вывод, что настоящего плана и не существовало. Прийти к правильному заключению совсем непросто, потому что в июне 1947 г. план еще не мог быть подготовлен полностью, поскольку для его фор-мирования необходимо было участие тех европейских держав, ко-торые были приглашены разрабатывать его вместе с Соединенны-ми Штатами. Все это необходимо учитывать, чтобы помнить, что ради упрощения не следует забывать о сложности ситуации. План Маршалла был результатом сложной ситуации, и, как таковой может быть понят, только если одновременно учитываются все генерирующие его элементы, даже если для анализа требуется их расчленить.

Четыре великие державы, которые разработали мирные дого-воры с малыми странами «Оси», впервые ответственно подошли к вопросу о будущем Германии только после подписания этих договоров. 10 марта 1947 г. в Москве началась сессия Совета ми-нистров иностранных дел - органа, который эффективно рабо-тал до декабря 1946 г. (сессия в Нью-Йорке) над решением ма-лых проблем, чтобы обсудить очень сложный вопрос о судьбе Германии и Австрии. Сессия была очень долгой, она растянулась больше чем на месяц - до 26 апреля 1947 г., но выявила глубокое и полное различие во мнениях сторон и невозможность добиться в то время не только компромисса, но даже создать предпосылки для совместной работы. Каждый аспект будущего Германии ста-новился доказательством подобных разногласий. По вопросу о том, как должно было бы создаваться Германское государство, англо-американцы, с одной стороны, выдвигали концепцию созда-ния единого государства, но разделенного на земли, обладавшие значительной автономией (такой, чтобы расколоть потенциаль-ную опасность и не дать, в случае возрождения экстремистских тенденций в одной из областей, им возможности распространиться на всю страну), хотя и находящиеся под координацией централь-ного правительства с очень ограниченными полномочиями. Со-веты предлагали схему централизованного государства, управляе-мого на основе «демократических выборов». Французы, которые тогда больше других европейских стран ощущали опасность воз­рождения слишком сильной Германии, были против советской

Глава 8. Единая политика реконструкцией или несколько политик? 675

формулы, но и англо-американское предложение оценивали как заходящее слишком далеко, потому что считали, что центральное правительство в условиях федеративной структуры должно было располагать очень ограниченными полномочиями.

Дискуссии о характере государственного устройства были на­прямую связаны с вопросом о репарациях и политическом контро­ле над страной. Советы требовали установления централизован­ного германского правительства, поскольку полагали, что такое правительство лучше сумеет выплатить репарации, о своем праве на получение которых они неоднократно заявляли, опираясь на Ялтинские и Потсдамские соглашения. Американцы и англичане обвиняли Советы в вывозе германского имущества сверх всякой меры; французы управляли своей зоной оккупации таким образом, что рост производства способствовал не повышению уровня жизни населения, а обеспечивал возможность выплачивать репарации.

Это переплетение институциональных и экономических про­блем обусловило всю сложность ситуации. Наиболее развитые в промышленном отношении западные области Германии были ущемлены наложенными оккупационными властями ограничени­ями на уровень производства, который не должен был превышать потенциала предприятий, сохранившихся после войны в рабочем состоянии. Этим областям предстояло решить проблему размеще­ния свыше 8 миллионов переселенцев из Силезии и Померании, вынужденных бежать в Западную Германию. При отсутствии нала­женной административно-политической жизни на оккупационные власти ложилась обязанность следить за развитием общественного мнения, которое отражало разброд в умонастроениях: от реван­шистских тенденций до коммунистических и социалистических надежд. В обстановке глубоких политических перемен возрожда­лись умеренно-центристские силы под руководством Конрада Аденауэра, будущего канцлера Федеративной Республики Герма­нии, лидера Христианско-демократического союза (ХДС).

В ситуации тупика, созданной противоречивыми предложения­ми, Маршалл вернулся к идее договора о четырехсторонних га­рантиях, предложенной Бирнсом год назад без особого успеха. Как Советы, так и французы обусловили свое присоединение к положениям договора решением проблемы репараций и требова­ниями, выдвинутыми обеими странами по экономическому и территориальному вопросам, чтобы воспрепятствовать серьезному возобновлению переговоров. Англичане и американцы решили занять независимую позицию и, опасаясь ухудшения политичес­кой ситуации в управляемой совместно Бизоний, предложили су-

676