Часть 5. От «большой разрядки» к советскому кризШу

го увеличения национального богатства и более равномерного его распределения; неравенство в благосостоянии; неудача устремлений к справедливости и свободе. В Советском Союзе начала восьмиде­сятых годов не было ни свободы, ни благосостояния, ни справедли­вости.

Корни кризиса лежали в самой концепции Сталина, создав­шего централизованную экономику, основанную на обществен­ной собственности средств производства и на планировании по пятилеткам. Контроль над распределением капиталовложений при изобилии ресурсов, наличии дешевой рабочей силы и про­стейших технологиях был возможен до тех пор, пока существова­ла одна или несколько из этих составляющих. В 60-е годы стало ясно, что советская власть не может больше опираться на эти факторы, характерные для развивающейся страны, и должна ре­шать проблемы модернизации общества.

Реформы стали необходимы, и советские руководители в те­чение многих лет пытались устранить противоречия концепции производительной системы, ее слабые места, становившиеся все более очевидными. Проблемы обострялись в связи с тем, что лю­бая реформа нарушала соотношение между инвестициями в воен­но-промышленный комплекс и инвестициями в производство предметов потребления. Между тем потребители становились все более требовательными, вследствие изменения внутренних крите­риев и сравнения с качеством западных изделий, что было неиз­бежно благодаря средствам массовой информации.

Дряхлеющее руководство стояло перед альтернативой, требо­вавшей новой энергии и способности выработать новые подходы. Оно должно было решить проблему, которую не могла обойти даже плановая экономика, - необходимость выбора. Даже в ус­ловиях реального социализма был неизбежен экономический вы­бор, который означал определение приоритета между расходами на военные цели, на космические исследования, на развитие тяже­лой промышленности и расходами на другие нужды. Уклоняться от выбора означало скатываться к тяжелому кризису. Поэтому момент принятия решения приближался очень быстро. Советские руководители это хорошо осознавали, и Андропов, который долгое время возглавлял КГБ (т.е. советские секретные службы), знал ре­альное положение вещей и пытался сдвинуть дело с мертвой точки за то короткое время, когда он был генеральным секретарем ЦК КПСС.

Колебания, наконец, закончились. Признание неотложности сокращения капиталовложений в военные отрасли означало не­обходимость создания иного международного политического кли-

Шаша 13. От кризиса разрядки к советскому кризи-

су...

мата, обеспечивавшего уменьшение риска при реализации этого ре­шения для системы, которая всегда ставила безопасность во главу угла. Иначе говоря, еще более актуальным становилось переосмыс­ление отношений с Соединенными Штатами, чтобы обеспечить уста­новление длительного мира, а также постоянного и искреннего со­гласия, что позволило бы предотвратить военные инциденты, кото­рые могли помешать реконверсии, разработанной советскими плано­выми органами. Таким образом, связь между внешней и внутренней политикой проявлялась в полной мере, подтверждая постулат, что выбор внешнеполитического курса определяется внутренними факто­рами.

13.10.2. ПРИХОД ГОРБАЧЕВА К ВЛАСТИ. ПЕРВЫЕ СОГЛАШЕНИЯ С РЕЙГАНОМ

После смерти Черненко решать эту важную задачу предстояло Михаилу Горбачеву, родившемуся в 1931 г. и потому выражавше­му настроения нового поколения советских политиков, сформи­ровавшихся после революции. 11 марта 1985 г. генеральным сек­ретарем ЦК КПСС был избран новый политик для поиска новых решений. В годы пребывания у власти и, в еще большей степени, после того как в 1991 г. он вынужден был оставить свой пост, личность Горбачева вызывала многочисленные споры и различ­ные оценки. Постепенно сложился его образ как своего рода одинокого героя, бросившего вызов непобедимой системе, как личности, обладающей широким кругозором и удивительной ин­туицией, как эффективного пропагандиста, как деятеля, несущего миру мир и демократию Советскому Союзу, как человека разум­ного и осмотрительного, который хотел постепенно «вытащить» Советский Союз из болота трудностей на берег демократии и процветания. И наконец, в нем видели человека, которого в авгус­те 1991 г. предали самые близкие соратники, человека, обречен­ного на преждевременный, но не унизительный политический закат, потому что за ним сохранился престиж политика, поло­жившего конец холодной войне; он почти навязал ее завершение непримиримому Рейгану и закрепил его с Джорджем Бушем. С те­чением времени личность Горбачева предстала в новом свете. План организованного переходного периода, который он предла­гал, приобрел новое значение в сравнении с хаотичным переход­ным этапом, который переживает Россия.

Избрание Горбачева на пост руководителя Коммунистической партии Советского Союза произошло не в результате внезапного