13.9. Восточная Азия и индийский субконтинент

13.9.1. Япония в семидесятые и восьмидесятые годы

При общем широком изложении невозможно подробно рассмот­реть интенсивные перемены восьмидесятых годов в странах Восточ­ной Азии и субконтинента Индостан. Их объединяет возрастание стратегического значения и экономического веса в глобальной сис­теме международных отношений. Даже не прибегая к обобщениям, очевидно, что ареал Тихого и Индийского океанов перестал быть огромной зоной отсталости, непредсказуемой периферией индустри­ально развитой системы и становился — или вновь становился — регионом, вокруг которого концентрировались растущие политико-экономические интересы множества стран. Здесь пересекались мощ­ные потоки различных интересов, что превращало внутреннюю жизнь и международные отношения каждой страны этого региона в один из важнейших аспектов современного мира.

В центре этого подъема - рост политического веса Японии; на периферии располагаются страны АСЕАН или связанные с ними, так называемые новые индустриальные страны, в то время как в Индии ситуация полна противоречий. В годы войны во Вьетнаме для Соединенных Штатов возросло значение союза с Японией. Об­щая политика диалога с Китаем и одновременно «сдерживания» Со­ветского Союза была направлена на достижение единой внешнепо­литической цели. Соединенные Штаты оказывали давление, чтобы единство цели касалось и военной области, так как Япония придер-

Часть 5. От «большой разрядки» к советскому кризШ63

живалась иных взглядов в вопросах перевооружения. История сыг-рала интересную шутку с Вашингтоном, так как именно США, кото-рые в 1945 г. настаивали на том, чтобы Япония включила в консти-туцию статьи, направленные против перевооружения, теперь хоте-ли, чтобы правительство Токио избрало другой путь.

Причина стремления к общей позиции в этом вопросе была ясна: как же такой экономический «гигант», не обремененный военными расходами, в то же время оставался «политическим кар-ликом», каковым была Япония, и направлял все свои ресурсы в экономику и торговлю, не инвестируя сектор вооружений. В этой ситуации Соединенные Штаты могли использовать два варианта вмешательства: оказать давление на своих сторонников в полити-ческом истеблишменте Японии, чтобы добиться пересмотра по-литики неучастия в гонке вооружений, или создать препятствия для японской торговой экспансии с помощью политики протек-ционизма, а также заставить правительство Токио вынудить япон-ских предпринимателей ограничить свою активность на амери-канском рынке и конкуренцию с американской продукцией.

Первый из этих методов был применен в начале семидесятых годов при активной роли влиятельного японского политика Ясу-хиро Накасонэ, руководителя Агентства национальной обороны, который представил предложение по вооружениям, отвергнутое японским парламентом. Этот шаг привел к непрерывному обмену взаимными жалобами и протекционистскими ограничениями двух ведущих тихоокеанских держав, а также двух крупнейших мировых экономических центров, и к безвыходной ситуации противостоя-ния. Более того, обе державы включились в борьбу за преоблада-ние в Восточной Азии и на других мировых рынках. Одновременно с нефтяным кризисом 1973 г. проявились последствия ухудшения двусторонних японо-американских отношений, поскольку прави-тельство Кокуэя Танаки стало проводить независимую политику в отношении арабских стран, от нефтяных поставок которых оно зависело, и заняло позиции, близкие к ЕЭС, дистанцировавшись от Соединенных Штатов.

Противоречия по проблемам торговли и обороны не смягчились даже с приходом к власти правительства Накасонэ и сохранялись в течение достаточно длительного времени, т.е. с 1982 г. по 1987 г. (что почти совпало с президентством Рейгана). Планы перевооруже-ния, намеченные Накасонэ, по-прежнему вызывали противодей-ствие оппозиционных партий и промышленных кругов. Не только экономические, но и политические причины определяли эту оппози-цию: появление новой военной угрозы со стороны Токио изменило бы торговые отношения Японии со странами всего Тихоокеанского бассейна, в то время как скрытая экспансия неоколониалистского

1ЪШа 13. От кризиса разрядки к советскому кризи-

су...

толка предоставляла более существенные политико-экономические преимущества. Отстаивание этих последовательных торгово-эконо­ мических планов сталкивалось с американским стремлением изменить торговые отношения на основе

ревальвации японской иены и либерализации сельскохозяйствен­ного рынка, находившегося под охраной японского протекциониз­ма, который в Соединенных Штатах расценивался как противоре­чивший японской торгово-экономической политике в целом.

С началом Уругвайского раунда в сентябре 1986 г., т.е. пере­говоров, направленных на общий пересмотр системы ГАТТ (они завершились только в апреле 1994 г. после преодоления разногла­сий по проблеме протекционизма и ограничений в области сель­ского хозяйства), противоречие, присущее позиции Японии, пре­вратилось из двусторонней в многостороннюю международную проблему. В 1987 г., во время совещания G-7 в Венеции, Накасонэ объявил о начале нового этапа в японской внешней политике, поскольку японское правительство намеревалось проводить но­вый курс и внести свой вклад в программы развития третьего мира и одновременно взять на себя обязательства (и расходы) по поддержанию мира. Нобору Такэсита, преемник Накасонэ, также обязался следовать этому курсу, что вызвало сопротивление ис­тэблишмента внутри страны при пересмотре экономической по­литики правительства и настороженность западных держав в от­ношении возрастания роли Японии в мире.

В 1989 г. произошли важные изменения на политической сце­не Японии. Со смертью императора Хирохито перестал существо­вать последний исторический деятель, связанный с периодом Второй мировой войны и атомных бомбардировок. Эпоха Хиро­хито по японской символической терминологии получила назва­ние Showa, т.е. «светящаяся гармония»; с вступлением на трон нового императора Акихито началась эра Heisei, «построение мира», название, которое отражало решимость японцев взять на себя долю бремени, связанного с поддержанием международного мира, чего уже много лет добивались от них Соединенные Штаты.

Подлинный поворот в японской политике начался с перемен во внутренней политике. Наступил этап кризиса длительного господ­ства Либерально-демократической партии, представлявшей собой коалицию группировок, руководимых не всегда авторитетными деяте­лями, но которые обеспечивали власть правящей коалиции, что тре­бовало от партии соблюдения ротации и сохранения окостеневших методов управления. Разразившиеся финансовые скандалы вынуди­ли партию именно в этом году назначить премьер-министром ново­го деятеля, менее заметного на политической арене, но морально не-