Часть 5. От «большой разрядки» к советскому кризШу

торый предварял на несколько лет завершение этих событий и крас­норечиво свидетельствовал о биполярном характере происходившего диалога и о реальном значении решений, принятых в декабре 1979 г. Накануне начала переговоров СНВ Рейган, желая продемонстри­ровать готовность американцев к компромиссу, представил свой ва­риант решения вопроса о «евроракетах» — так называемый «нулевой вариант», т.е. отказ американцев от развертывания «евроракет» в об­мен на демонтаж всех ракет СС-20, а не только СС-4 и СС-5, ранее развернутых Советским Союзом.

Этим предложением, внешне четким и сбалансированным, Рейган, в сущности, разрушал то, что создал Картер в 1979 г., и отказывался от обязательства США учитывать точку зрения евро­пейцев. Вместо американских гарантий в связи с развертыванием «евроракет» провозглашался возврат к status quo ante, к прежнему состоянию, т.е. была предложена возможность гибкого ответа, который сопровождался обманчивыми заявлениями о разоруже­нии, а на самом деле означал отказ от бремени, которое Картер безрассудно возложил на Соединенные Штаты и от которого Рейган, президент, придерживавшийся изоляционистских взгля­дов, желал освободиться.

Между тем от идеи встречи Рейгана и Брежнева пришлось от­казаться, когда стало ясно, что советский лидер тяжело болен и практически не способен руководить страной и что его замена откладывалась только потому, что не удавалось преодолеть поли­тические противоречия внутри Политбюро. Когда в ноябре 1982 г. умер Брежнев, а Юрий Андропов был избран его преемником, наступил короткий период разрядки, прерванный болезнью самого Андропова и обострением столкновения по вопросу о практичес­ком применении «двойного решения» НАТО от декабря 1979 г. Это привело к прекращению в ноябре 1983 г. Женевских перего­воров (в ходе которых между Нитце и Квицинским наметился компромисс на основе значительного сокращения числа разме­щаемых ракет) и проходивших параллельно переговоров СНВ. Только когда кризис с «евроракетами» миновал свой апогей, стало возможно возобновление диалога. Однако американцам было извест­но о серьезной болезни Андропова, и у них сложилось убеждение, что у нового лидера было недостаточно времени для укрепления сво­его авторитета.

Андропов умер в феврале 1984 г., и ему на смену пришел другой старец - Константин Черненко, выбор которого продемонстриро­вал, как трудно было советским руководителям решить вопрос о преемниках для деятелей брежневского поколения. Именно этот длительный период инерции советского руководства, которую не

ШШа 13. От кризиса разрядки к советскому кризи-

су...

могло компенсировать присутствие авторитетного министра иност-ранных дел Громыко, помешал восстановлению диалога в течение всего первого мандата американского президента.

Возможно, эта аргументация придает чрезмерное значение чисто внешним обстоятельствам, но факт остается фактом, что отсутствие прогресса в межгосударственных дипломатических от-ношениях позволило антикоммунистическому крылу, наиболее близкому к американской «новой правой», спланировать и час­тично реализовать ряд инициатив, которые оказали серьезное де-стабилизирующее воздействие на баланс в области вооружений между СССР и США. К тому же они поставили советское прави-тельство перед очень трудным выбором: отреагировать на анти-коммунистический вызов США или постараться уклониться от него, поскольку ситуация внутри советского блока быстро ухуд-шалась и невозможно было добиться ее улучшения, если не при-нять радикальные решения о приоритетах в использовании эко-номических ресурсов.

В сложившейся ситуации смогла утвердиться новая Америка, сформировавшаяся в результате реформ, проведенных в предыду-щие годы, в которой необузданный рейганизм возродил предпри-нимательский порыв. В области внешней политики, наряду с тра-диционной дипломатией, произошел огромный рост военных расходов, были приняты некоторые важные военно-стратегичес-кие решения. Как и Картер, Рейган выделял значительные сред-ства на развитие обычных вооружений. Соединенные Штаты дол-жны были поддерживать свое присутствие во всем мире и, в част-ности, в молодых независимых государствах. Была создана новая командная структура для координации американского вмеша-тельства в 19 стран Западной Азии и Ближнего Востока. Флот стал центральным элементом в системе перевооружения. Число его единиц возросло с 455 до 600, включая два ядерных авианосца и 58 боевых кораблей.

В ядерной области министр обороны Уайнбергер вновь обра-тился к планам, которые не были завершены в эпоху Картера. Были продолжены исследования в области нейтронной бомбы, раз-работки производства бомбардировщиков В-1, межконтинентальных ракет MX, подводных лодок Трайдент (более современных, чем По-ларис), с атомными двигателями и вооруженных ракетами с разделяю-щимися боеголовками, было решено увеличить число боеголовок аме-риканского ядерного арсенала на 70%. И последнее в перечислении, но не по значению - было положено начало так называемой Стра­тегической оборонной инициативе (СОИ), т.е. проекту создания сис-темы противоракетной обороны, способной защитить всю амери-