Часть 5. От «большой разрядки» к советскому кризШ05

В 1965 г. Че Гевара пересек Африку южнее Сахары и встретился в Дар-эс-Саламе (тогда в составе Танзании) с представителями афри-канских освободительных движений. Затем была предоставлена поддержка Конго со столицей в Браззавиле, которое боялось напа-дения со стороны наемников бывшего Бельгийского Конго; были отправлены добровольцы в Центрально-Африканскую Республику; была оказана помощь СВАПО и Африканскому национальном-конгрессу, боровшемуся против режима сегрегации в Южно-Афри канском Союзе; получили помощь и партизаны в Гвинее-Бисау, ко-торые с 1966 по 1974 г. боролись против португальского колониаль-ного режима.

Итак, во вмешательстве в Анголу и Эфиопию не было ничего неожиданного. Руководители МПЛА стали устанавливать связи с кубинцами и с Советами еще с 1965 г., и с получением независи-мости появилась возможность проверить их на прочность. В во­енном плане произошли важные события. В сентябре 1975 г. в условиях разрастания гражданской войны в Анголе, а также вме-шательства южноафриканцев и американцев (которое в июле приняло форму внушительной акции секретных служб США в поддержку УНИТА) советское правительство сначала с опасением отнеслось к действиям Кастро, поскольку они могли повредить разрядке в отношениях между СССР и Соединенными Штатами. Затем Москва пересмотрела свою оценку ситуации и приступила к отправке помощи и военных советников, число которых воз­росло до нескольких сот.

С оказанием помощи другим африканским странам: Алжиру, Гвинее, Танзании, Мали - численность кубинских солдат и тех-ников увеличилась до 23 000 человек. Благодаря их присутствию режим Нето, а затем и душ Сантоса смог удержать контроль над столицей Луандой и частью ангольской территории. Кубинское присутствие предваряло советское участие. В октябре 1976 г. был подписан договор о дружбе и сотрудничестве между правитель-ствами Анголы и Советского Союза, который служил правитель-ству Анголы опорой в борьбе против военного давления со сторо-ны УНИТА Савимби до 1988 г.; тогда и Ангола почувствовала воздействие советского кризиса. Доказательством угрозы дестаби-лизации в связи с присутствием кубинцев послужила попытка, предпринятая ангольскими и кубинскими силами в марте–июне 1977 г., осуществить вторжение в заирскую провинцию Шаба (в прошлом Катанга). Это была прямая угроза интересам Запада в горнодобывающей отрасли.

Приблизительно в том же ключе развивались события в Мозам-бике, правительство которого стремилось укрепить свои позиции в связи с давлением со стороны Южной Африки и близости Родезии,

ГШва 13. От кризиса разрядки к советскому кризи-

су...

где сохранялось правление белых. Оно подписало договор о дружбе и сотрудничестве с Советским Союзом. Однако наиболее резкие из-менения произошли в отношениях между Сомали и Эфиопией. Вскоре после смещения Менгисту и до вторжения Сомали в Огаден Советы пытались примирить обе противоборствующие стороны, не разрывая отношений ни с одной из них и сохраняя как союз с Со-мали, так и свое дружественное отношение к новой власти в Эфио-пии, но затем решительно изменили свою политику.

После секретного визита Менгисту в Гавану и Москву в августе 1977 г. было принято решение об отправке в Эфиопию несколь-ких тысяч советских и кубинских военнослужащих. Под их руко-водством и при их содействии нападавшие сомалийцы были от-брошены, и Сиад Барре заявил о расторжении договора 1974 г. с СССР. Наиболее важным в этом случае представляется масштаб прямого участия СССР ввиду сравнительно незначительной угро-зы со стороны Сомали. Участие Москвы выражало желание не столько предоставить помощь, сколько продемонстрировать на-мерение превратить Эфиопию в своего сателлита. Так и происхо-дило до тех пор, пока в феврале 1991 г. полковник Менгисту не вынужден был уступить власть в связи с победным наступлением Эритреи. Именно этот политический курс оказал заметное влия-ние на отношения между сверхдержавами, поскольку непосред-ственно затрагивал их интересы. Советник президента Картера по вопросам национальной безопасности Бжезинский весьма образ-но написал: «Соглашение ОСВ-2 (которое еще предстояло под-писать) было погребено в песках Огадена».

13.3. Президентство Джимми Картера: пересмотр политики

13.3.1. Картер и «права человека»

С вступлением в должность президента США Джимми Картера, неисправимого идеалиста, не склонного к компромиссным реше-ниям по принципиальным вопросам (потому-то ему не суждено было в течение длительного времени управлять такой сложной страной, как Америка: в 1980 г. он потерпел решительное пора-жение от Рональда Рейгана), отношения между сверхдержавами не претерпели немедленного ухудшения, однако они оказались открытыми для реализации новых сценариев. Некоторые инициати-вы Картера не могли понравиться русским. Упорство, с которым он настаивал на необходимости действительной реализации третьей «корзины» Хельсинкских соглашений, и его полемический вызов