Часть 5. От «большой разрядки» к советскому кризШ85

Конгресса Альенде мог управлять только при поддержке военных. Он безуспешно пытался достигнуть с ними компромисса, особен-но с главнокомандующим сухопутными войсками генералом Аугусто Пиночетом Угарте. Именно благодаря вооруженным си-лам вспыхнул антиправительственный путч: 11 сентября 1973 г. сплоченные действия военных стали неожиданностью для немно-гих преданных Альенде соратников. Президент попытался оказать сопротивление в своем президентском дворце, но, когда понял безнадежность ситуации и возможность попасть в руки своих противников, покончил с собой.

Генерал Пиночет, которого убедили присоединиться к акции главнокомандующие военно-воздушными и военно-морскими силами, согласился возглавить военную хунту. Под руководством Пиночета правление военных в Чили продолжалось до марта 1990 г., когда ему пришлось передать власть Патрисио Эйлвину, представителю христианско-демократической партии, который наряду с представителями других политических сил стал одним из главных участников конституционного компромисса, позво­лившего Пиночету сохранить пост главнокомандующего воору-женными силами даже после восстановления демократии.

Такое завершение чилийской диктатуры позволяет вернуться к вопросу о роли военных в политической жизни южноамерикан-ских стран. Репрессии против представителей Народного един-ства в сентябре 1973 г. были очень жестокими и вызвали в мире волну резкой критики и острой полемики, направленную против Соединенных Штатов, которых не без основания считали вдохно-вителями путча. Преследования политических деятелей режима, существовавшего до путча, и представителей левых проводилось та-кими методами, что было очевидно нарушение прав человека, в за-щиту которых во всем мире выступали Соединенные Штаты и За-пад. Чили отражала наиболее явную аномалию в соблюдении этих принципов.

С другой стороны, чилийский опыт не может рассматриваться только с этой точки зрения. Роль военных в жизни страны всегда была центральной, и путч 1973 г. лишь восстановил эту ситуа-цию. Саму фигуру Пиночета следует очистить от банальностей политической хроники. Он возглавлял правительство военных, но осуществлял функции медиатора в различных аспектах. Что каса-ется военной касты, то в Чили она держалась в стороне от полити-ческой борьбы в стране, считая себя хранительницей нацио­нальных традиций и этических ценностей, характерных для армей-ского мира: уважение власти, эффективность, быстрота принятия решений, презрение к политике и политикам. Хотя обычно вое-

ТШва 12. «Большая разрядка» и ее пределы

хваляют чилийскую демократическую традицию, необходимо напом­нить, как пишет Мария Розария Стабили в недавнем исследовании, посвященном Чили, «с тридцатых годов все гражданские правитель­ства, чтобы сохранить полномочия, должны были заручиться под­держкой военных, и все политические реформы должны были по­лучить их одобрение». Отстраненное отношение к приоритету поли­тики было постоянной составляющей ценностей чилийских воен­ных, поэтому проблема возвращения к нормальной жизни после пут­ча 1973 г. стала темой развернувшейся дискуссии.

С первых шагов правительство военных, используя репрессив­ные методы и жесткую монетаристскую политику, поставило зада­чу восстановления порядка и чилийской экономики в условиях своего рода «ограниченной демократии». Это позволило Чили из­бежать тех трудностей, с которыми другие страны Латинской Америки столкнулись на пути модернизации и создания социаль­но-экономической системы, отвечавшей потребностям развития. Конечно, остается открытым вопрос о средствах и цене, уплаченной ради достижения этих целей. Использованные средства и методы вызвали однозначную негативную оценку мирового общественного мнения начиная с Соединенных Штатов периода президентства Картера.

С устранением в 1973 г. чилийской аномалии латиноамери­канская система, с точки зрения Соединенных Штатов, вновь стала полностью однородной. Преодолев кризис, правительство Никсона с легкостью приняло концепцию, согласно которой дип­ломатические и экономические отношения с режимами военной диктатуры считались нормой. Соединенные Штаты продолжали отдавать предпочтение демократическим правительствам, но (так ду­мали тогда в Вашингтоне) правительства военных также могли со­действовать осуществлению реформ и прогрессу.

После вьетнамского кризиса и падения Никсона в результате Уотергейтского скандала стали меняться установки американской администрации. Радикальный пересмотр американской внешней политики затронул все направления, включая Латинскую Амери­ку и секретную деятельность ЦРУ. В годы президентства Джимми Картера американские секретные службы подверглись суровому контролю, чтобы воспрепятствовать их новому вовлечению в опе­рации, противоречащие «правам человека». В связи с этим поли­тика в отношении Латинской Америки и стран третьего мира подверглась критике со стороны самой администрации за то, что она оказалась в путах «чрезмерного страха перед коммунизмом». Поэтому страх и перед мятежами стали расцениваться как вторич­ные в сравнении с проблемами защиты идеологического плюра-