Часть 5. От «большой разрядки» к советскому кризШу

рядки. В самом деле, даже Киссинджер, являвшийся тогда главным внешнеполитическим советником Никсона, признает, что «чем боль­шую наполненность приобретала инициатива Брандта, тем больше Никсон и его сотрудники понимали, что, несмотря на все риски, любая альтернатива «новой восточной политике» будет более опас­ной».

В действительности, Брандт ожидал от новой политики, что Федеративная Германия получит большую безопасность в резуль­тате снижения напряженности в берлинской ситуации; что более частыми будут контакты между двумя частями Германии и это приведет к смягчению гуманитарных аспектов постыдного поло­жения, созданного Берлинской стеной. С 1964 г. правительство Восточного Берлина разрешило восточным пенсионерам (то есть женщинам старше 60 лет и мужчинам старше 65) проводить у своих родственников в Федеративной республике не более четы­рех недель - проблема, гораздо менее значимая по сравнению с крупными политическими проблемами, однако сама по себе от­ражающая характер той ситуации, в которой оказались люди в результате разделения Германии. Через этот канал и другие, ме­нее масштабные каналы, человеческие контакты не были пере­крыты. Однако, очевидно, что превращение положения в этой области в более нормальное являлось приоритетом «новой вос­точной политики», путь к осуществлению которого она стреми­лась найти, не затрагивая существующего политического порядка.

В сентябре 1969 г. Брандт предпринял инициативу с целью положить начало повороту, предложив заключить два договора и ряд политических соглашений, с ним связанных. Договор с СССР должен был иметь общее значение как договор о невмешательстве в дела друг друга и отказе от использования силы в качестве сред­ства разрешения спорных вопросов. Для Польши, в частности, Брандт не вступая в дискуссию по сложным проблемам, связан­ным с созданием Федеративной республики, предлагал статью, отно­сящуюся к взаимному уважению территориальной целостности, кото­рая, фактически предполагала признание линии Одер-Нейсе в каче­стве западной границы Польши. Кроме того, Брандт предложил Че­хословакии заключить торговый договор и выплатить возмещение ущерба жертвам нацистских преследований. Однако, прежде всего, он заявил, что Федеративная Германия готова начать переговоры с Восточным Берлином на основе полного равноправия. Наконец, в подтверждение присоединения немцев к политике разрядки в нояб­ре 1969 г. Федеративная республика подписала договор о нераспрос­транении ядерного оружия.

Так, спустя несколько месяцев после чехословацкого кризиса

T17a4ea 12. «Большая разрядка» и ее пределы

предложения Брандта возобновили, казалось, прерванный диалог и предлагали странам Восточной Европы выход из ситуации, факти-чески разрушавший жесткую «доктрину Брежнева». Начались ин-тенсивные и трудные переговоры. Хотя в центре переговоров нахо-дились отношения с СССР и Польшей, самой трудной была про-блема отношений между двумя Германиями. Нормализация отноше-ний с Советским Союзом произошла в результате подписания 12 августа 1970 г. во время визита в Москву Брандта и его министра иностранных дел либерала Вальтера Шееля договора о сотрудниче-стве и неприменении силы, основанного на признании сложивших-ся в Европе границ. Более обязывающим был договор, подписан-ный 7 декабря 1970 г. в Варшаве с поляками, - более обязываю­щим в этическом плане, поскольку Брандт захотел придать особую эмоциональность своей миссии мира, с которой он прибыл в Вар-шаву. Там он посетил гетто и преклонил колени перед памятником жертвам нацистских преследований, позволив себе, возможно, рас-считанный, однако полный невысказанного, но очевидного смысла, жест.

Отношения с Восточной Германией развивались более сложным путем. Обе стороны были связаны юридическими обязательства-ми. Брандт - немецким «Основным законом», который рассмат-ривал Федеративную республику как единственное легитимное германское государство. Ульбрихт - решением, принятым в апре-ле 1967 г. конференцией европейских коммунистических партий, созванной в Карловых Варах для обсуждения проблем европей-ской безопасности: нормализация отношений между двумя Гер-маниями должна быть осуществлена путем признания Восточной Германии со стороны Федеративной Германии. Обе формулы не препятствовали переговорам, однако затрудняли их результатив-ное завершение. Брандт встретился с восточным премьер-мини-стром Вилли Штофом в Эрфурте на территории ГДР 19 марта 1970 г. Прием, оказанный населением города федеральному канцле-ру, был настолько восторженным, что вызвал некоторую тревогу у его собеседника. Впрочем, речь шла лишь о том, чтобы растопить лед и решить, когда состоится ответный визит Штофа в Федератив-ную республику. В качестве места визита был выбран город Кассель, а визит был назначен на 21 мая.

Обе встречи не привели к конкретным результатам, но проде-монстрировали, что диалог возможен. Для того чтобы он продол-жался, необходимо было, однако, устранить главное препятствие -присутствие Ульбрихта в руководстве СЕПГ, Социалистической единой партии Германии. Ульбрихт был воплощением жесткости