Часть 5. От «большой разрядки» к советскому кризА&у

кой «Соллщитудореи социалио - усиленно подчеркивали, что цер­ковь призвана находиться в сердцевине международной политичес­кой жизни; они придали пастырской и политической деятельности Святого Престола такой вес и влияние, которые порой оказывались решающими и с которыми, конечно, нельзя было не считаться.

12.2. Диалог между Соединенными Штатами и Советским Союзом

12.2.1. ДОГОВОР О НЕРАСПРОСТРАНЕНИИ ЯДЕРНОГО ОРУЖИЯ

В течение нескольких лет, с 1968 по 1974 г., в системе между­народных отношений преобладало ощущение, что сверхдержавы, со­здав условия для сосуществования-соперничества, хотят выработать правила сотрудничества или даже правила общего «управления» си­стемой международных отношений. Речь шла о державной полити­ке, настолько тщательно взвешенной, что она могла позволить себе, как писал Генри Киссинджер в своем знаменитом труде по дипло­матии Меттерниха («A World Restored»), принятие «критических ценностей», то есть жизненно важных интересов всех крупнейших международных субъектов с целью избежать их вытеснения вне си­стемы международных отношений и занятия ими дестабилизирую­щих позиций. Это было бы триумфом дипломатии как инструмента для управления международной жизнью.

Таким образом, в шестидесятые годы (хотя некоторые предвос­хищающие ситуацию признаки уже наблюдались в предыдущие годы) начался период почти двадцатилетнего дуализма, в котором мирное соревнование стало глобальной державной политикой, а Соединенные Штаты проявили готовность признать Советский Союз в качестве равного субъекта.

Термины «глобальный» и «равенство» требуют, однако, разъяс­нения. Невозможно выражать сомнение в том, что деятельность двух систем охватила весь мир и благодаря соревнованию в кос­мосе вышла также и за его пределы. Гораздо более неопределен­ным было, однако, реальное содержание понятия «равенства», имплицитно содержащегося в поиске всеобъемлющего компро­мисса. Постепенно американцы вынуждены были признать, что такое равенство существовало в области вооружений. Что касает­ся равенства экономического и финансового потенциала, то его признание, вероятно, ограничивалось некоторыми пределами. За­падный блок, хотя и разделенный стратегическими, политическими, экономическими и финансовыми различиями, подчас глубокими,

ТШЬа 12. «Большая разрядка» и ее пределы

сохранял структурные предпосылки сплоченности, состоявшие в од-нородности экономических систем и в проведении политики, имев-шей одинаковую направленность в отношении стран «третьего мира», хотя иногда и конкурентную.

С другой стороны, именно стремление к равному статусу на-лагало на русских обязательства, требовавшие жертв и выявляв-шие пределы прочности союзов внутри самой коммунистической системы. А эта система переживала латентный экономический кризис и очевидный взрыв идеологического диссидентства, что дало возможность американской дипломатии в годы Никсона действовать гораздо более эффективно, чем это можно было представить в самые мрачные моменты войны во Вьетнаме. На-дежда на то, что политика реформ, проводившаяся Косыгиным в 1965 г., отодвинет угрозу приближавшегося экономического за-стоя, прелюдии более глубоких кризисов, сохранялась в течение нескольких лет. Восхождение Брежнева к положению единолич-ного властителя в советской политической жизни, восхождение медленное и не приведшее к удалению Косыгина (ушедшего с поста Председателя Совета министров только в 1980 г.), означало для «советологов» возвращение к догматизму сталинского образца с выдвижением в качестве приоритетов советской экономики строгого следования принципам централизации и наращивания военного сектора. Природа советской экономической системы не изменилась, а экономические показатели, после еще нескольких лет позитивных результатов, стали свидетельствовать об упадке.

В целом переход от сосуществования-соперничества к новым формам международных отношений вынудил стороны соразме-рять риски и привел к таким значительным результатам, как под-писание 5 августа 1963 г. договора о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, в космосе и под водой (без участия французов и китайцев). 27 января 1967 г. Соединенные Штаты, Советский Союз и Великобритания подписали договор, запре-щавший размещение ядерных вооружений в космосе, на Луне и других небесных телах. Договор имел символический характер, учитывая, что спутники можно было испытывать без ядерного за-ряда и оснащать их этим зарядом в случае кризиса.

Наиболее заметным в политическом и военном отношении ре-зультатом, достигнутым до окончания президентства Джонсона, было подписание в июле 1968 г. Договора о нераспространении ядерного оружия. Договор явился результатом длительного процес-са переговоров, инициированных Организацией Объединенных Наций, которым две главные ядерные державы воспользовались,