Глава 11. Система международных отношений после 1956 г. 1055

приоритет власти национальных государств над общеевропейски-ми институтами, но, тем не менее, устанавливали, что начиная с 1970 г. (как это предусматривалось еще с 1962 г.) бюджет ЕЭС сможет располагать «собственными» ресурсами. В политическом плане Люксембургские соглашения подразделялись на четыре пункта:

1. В случае необходимости принятия решений на основании предложений Комиссии, которые затрагивали бы «очень важные интересы» одной или нескольких стран-участниц, Совет мини-стров приложит усилия для того, чтобы в течение разумного вре-мени найти решения, которые все страны-члены сообщества смо-гут выполнять, не ущемляя своих интересов.

2. Французская делегация, при интерпретации предыдущего параграфа, полагала, что в случае, затрагивающем «очень важ-ные» интересы, следует проводить обсуждение «вплоть до дости-жения единогласного одобрения».

3. Стороны констатировали расхождение, которое продолжало существовать при отсутствии взаимоприемлемых договоренностей.

4. Однако они не считали, что это расхождение должно пре-пятствовать возобновлению нормальной деятельности институтов Сообщества.

Помимо этого, компромиссные соглашения рекомендовали Комиссии наладить более тесные контакты с Советом министров; оказывать консультации правительствам в случаях «особой важ-ности»; обязаться не обнародовать одобренные предложения до того, как страны-участницы будут о них проинформированы. Последний пункт обязывал Совет министров и Комиссию опре-делить, каким образом можно сделать более эффективным функ-ционирование финансового механизма и осуществление расходов Сообщества.

Люксембургский компромисс создал для ЕЭС лишь види-мость возвращения к нормальной ситуации. В действительности он привел к изживанию значительной части надежд или, по вы-ражению де Голля, иллюзий, которые вдохновляли создание ев­ропейских институтов. Продвижение к таможенному союзу про-должалось, как это и было предусмотрено, и даже ускоренными темпами, однако разработка «политики Сообщества» продвигалась по все более тернистому пути. Де Голль не скрывал своей нетерпи-мости по отношению к организации, которой, как он полагал, не достает демократической легитимности, вследствие чего она не способна выразить подлинные чувства и подлинные потребности разных стран Европы, наций, составлявших, по его определению, «Европу отечеств» (единственная концепция, на основе которой

1056 Часть 4. Биполярная система: разрядка напряженности...

мог возникнуть европейский синтез с учетом традиций, амбиций или особых интересов).

В политическом плане единственным позитивным шагом стало решение, принятое лейбористским правительством во главе с Га-рольдом Вильсоном (сменившим в 1964 г. у власти консервативное большинство), о пересмотре отношений между Великобританией и ЕЭС и о возобновлении в новой международной обстановке (обусловленной вьетнамским кризисом и политикой разрядки между США и СССР) переговоров о присоединении Великобри-тании к ЕЭС. Официальная просьба была представлена 10 мая 1967 г. Она еще раз натолкнулась на враждебность де Голля, в меньшей степени раздраженного двойственностью позиции бри-танцев, проявленной в 1962 г., но все еще озабоченного расшире-нием Сообщества, которое привело бы к чрезмерному увеличению обязательств и финансового бремени ЕЭС из-за связей Великобри-тании со странами Содружества. Поэтому 27 ноября 1967 г. де Голль снова наложил свое вето, однако на этот раз ни одна из стран-участниц не позволила, чтобы ситуация привела к кризису. Вето де Голля привело не к разрыву переговоров, а скорее стиму-лирвало этап размышлений.

В октябре 1968 г. министр иностранных дел Бельгии Пьер Ар-мель предложил, чтобы страны ЕЭС институционализировали свое политическое сотрудничество в рамках Западноевропейского Союза, расширили в его рамках сотрудничество в сфере обороны, технологической области и в сфере денежной политики. Смысл предложения был очевиден: для изоляции французской оппози-ции бельгийский министр намеревался переместить дискуссию в рамки ЗЕС, где не существовало права вето и где связи этой организации с НАТО создавали прочные узы с Соединенными Штатами. Министру иностранных дел Италии Пьетро Ненни было предложено представить оперативные предложения по со-зыву Совета ЗЕС, планировавшегося на февраль 1969 г. Де Голль еще раз вынужден был противостоять тому, что он считал ковар­ной попыткой англичан проникнуть в европейские институты, не отказываясь от своих «особых отношений» с Соединенными Штатами. Он прибегнул к острой дипломатической полемике, ставшей, однако, его последней политической акцией. 28 апреля, потерпев поражение на референдуме по региональной реформе во Франции, он подал в отставку.

Преемник де Голля в Елисейском Дворце Жорж Помпиду, не обуреваемый глобальными устремлениями генерала, возобновил европейский диалог. 10 июля 1969 г. на пресс-конференции он затронул европейскую тему, резюмировав ее в красноречивом