Глава 11. Система международных отношений после 1956 г. 1041

некоторых важных моментов. Первое, что бросалось в глаза, -кризис управлялся исключительно двумя державами. Франция, Великобритания, Федеративная Республика Германия и Италия полностью солидаризировались с Вашингтоном, и в связи с пробле-мой Италии в значительной степени отказались от безопасности, обеспечиваемой им ракетами «Юпитер» (в отношении которой они, впрочем, всегда оставались достаточно скептическими). Од-нако, принимая решения, вашингтонское правительство не про-консультировалось предварительно ни с одной из этих стран, ни с Советом НАТО. Де Голль, энергично поддерживавший твер-дость Кеннеди, и Аденауэр, считавший Кубинский кризис своего рода «манной небесной», поскольку он отдалил повторение Бер-линского кризиса, усматривали в американском поведении жела-ние полностью взять на себя задачу стратегического руководства всей западной политикой. Отсюда соответствующее решение двух немолодых государственных деятелей осуществить процесс быст-рого сближения (из которого оказалась исключена Великобрита-ния, слишком тесно связанная с Соединенными Штатами, что непосредственно отразилось на реакции на просьбу Англии о вступлении в ЕЭС), подтвержденный франко-германским догово-ром от 22 января 1963 г.

Впрочем, разногласия, которые стали проявляться внутри Ат-лантического союза, совпадали с намерением Кеннеди придать своей внешней политике характер, в большей степени вдохновляе-мый национальными интересами. В своем выступлении в Совете национальной безопасности 22 января 1963 г. Кеннеди среди прочего говорил: «В ближайшие месяцы будет необходимо сосредо-точиться на интересах Соединенных Штатов. Наша [европейская] политика была очень благородной, но мы утратили нашу эконо-мическую мощь и наше влияние на эти страны. Не думайте, что европейцы сделали бы для нас то, что Соединенные Штаты сде-лали для них. Необходимо, следовательно, чтобы наши предста-вители с большей энергией защищали американские интересы».

Многосторонние ядерные силы являлись одним из возмож-ных выражений этой политики, поскольку, объяснял Кеннеди, они «усилили бы зависимость [европейцев] от Соединенных Штатов». Кубинский кризис являлся моментом поворота. Отказ от ракет «Юпитер» и «Тор», размещенных в Италии и Турции, привел к тому, что ни одна ядерная ракета не была более размещена на территории континентальной Европы вплоть до решений 1979 г. Поэтому в некотором смысле это столкновение завершило опре-деленный этап в истории отношений двух сверхдержав в годы Кеннеди и Хрущева.

1042 Часть 4. Биполярная система: разрядка напряженности...

11.3. Атлантическая политика и европейская политика

11.3.1 Новая американская ядерная стратегия и Европа

Кубинский «ракетный кризис» со всей очевидностью обнару-жил решимость, с которой американцы собирались осуществлять свои новые программы. Формула «новых рубежей», которую Кен-неди избрал в качестве лозунга своей президентской деятельности, относилась к двум направлениям: внутреннему и внешнему. В меж-дународном плане она несла с собой пересмотр позиции Соеди-ненных Штатов в отношении всех аспектов глобальной политики. Основной побудительный политический мотив оставался неиз-менным, а именно — твердость в защите западной системы от коммунистической «угрозы». Однако эта твердость приобретала новые формы. С первых месяцев своего президентства Кеннеди придал мощный импульс политике возвращения превосходства в области космоса, а также усилению американского ядерного пре-восходства, что ярко проявилось в ходе Кубинского кризиса. На-чиная с марта 1961 г. Кеннеди предложил военный бюджет, кото-рый предусматривал строительство 41 ядерной подлодки (по сравнению с 29 планировавшимися) и 700 новых установок для МБР с разделяющимися боеголовками в дополнение к 500, уже предусмотренным. Именно эта ядерная программа вновь ставила проблему внутреннего устройства западного союза и, в особенности, проблему отношений с другими ядерными державами, такими как Великобритания и Франция, а также с державами, которые могли стремиться к обладанию ядерным оружием, такими как За-падная Германия и Италия. Наследство, которое Кеннеди получил от предыдущей администрации, состояло из набора различных амбициозных целей, контрастировавших с подчас унизитель­ными поражениями.

Берлинский и Кубинский кризисы имели важный терапевти-ческий эффект. Впервые оказавшись на своей территории перед угрозой массированного нападения, хотя и не решающего удара, американцы отказались от концепции «массированного возмез-дия» по отношению к любым наступательным действиям Совет-ского Союза или стран коммунистической ориентации в мире -доктрины, с которой Даллес связывал военные аспекты своей внешней политики. Вашингтон перешел к выработке доктрины так называемого «гибкого реагирования», автором которой был министр обороны Роберт Макнамара и которая стала известна