Глава 11. Система международных отношений после 1956 г. 999

сельского хозяйства (значение и реальную эффективность которо-го никогда не разъясняли) и в создание автономной промышлен-ной инфраструктуры. Китайцы рассчитывали получить экономи-ческую и военную помощь из-за рубежа, чтобы противостоять давлению США и угрозе контрреволюции, исходившей с Тайва-ня. В таком контексте то, что националисты Чан Кайши удержи-вали под своим контролем два острова (Куэмой и Мацзу), распо-ложенных вблизи континентального побережья, воспринималось в Пекине как демонстрация постоянной угрозы. С 1954 г. КНР регулярно обстреливала эти острова. Националисты также намере-вались сохранить свой контроль над островами Дачен, которые на-ходятся в 300 км от Тайваня, но в начале 1955 г. коммунисты пред-приняли штурм и заняли их. Присутствие националистов на ост-рове Тайвань расценивалось в КНР как перманентная опасность, в связи с чем Мао Цзедун требовал от СССР полной солидарности.

Эта солидарность не была ни безусловной, ни достаточно на-дежной, чтобы удовлетворить ожидания китайцев. Примирение с Тито было для китайцев первым симптомом угрозы уклонизма в идеологической области. В дипломатической сфере тревожным симптомом для китайцев стала поездка Хрущева и Булганина в Индию в 1955 г., она отражала намерения Советов поддержать возможных противников Китая в Азии. Действительно, прави-тельство Москвы не хотело иметь внутри собственного блока дру-гую державу, которая могла сдерживать его в разных вопросах. После потрясений 1956 г. Китай и Советский Союз в октябре 1957 г. подписали секретное соглашение о кооперации в ядерной сфере, в соответствии с которым китайцы должны были получить помощь для создания своего атомного потенциала. Однако согла-шение стало формальной паузой в эволюции обстановки, стано-вившейся все менее дружественной. К тому же невыполнение со-глашения еще больше усилило трения в отношениях между Китаем и Советским Союзом.

Летом 1958 г. в напряженных отношениях между странами наступил новый острый этап. В то время как китайские национа-листы численностью до 100 000 человек сконцентрировались на островах Куэмой и Мацзу, готовые, казалось, высадиться на кон­тинент, Хрущев заговорил о необходимости созыва встречи в вер-хах по проблемам Тихого океана. В ней должны были участвовать четыре великие державы и Индия (но не Китай, поскольку он не занимал место в Совете Безопасности). Формальный предлог (Ин-дия тоже не была постоянным членом Совета Безопасности) при-обрел значение антикитайской направленности.

Сразу после завершения заседания Военного комитета Ком-мунистической партии Китая, который обсудил и одобрил начало

1000 Часть 4. Биполярная система: разрядка напряженности...

нового решительного выступления против двух островов, Хрущев совершил неожиданный визит в Пекин 31 июля 1958 г. Этот ви-зит обострил кризис, чему способствовало жесткое осуждение ки-тайцами «югославского ревизионизма». Это определение едва прикрывало выступление против хрущевского «ревизионизма». Хрущев остался в Пекине до 5 августа, и в отличие от предыду-щих действий он подтвердил свою готовность помочь Китаю в вопросе об островах, но рекомендовал, чтобы проблема Тайваня решалась мирным путем. Напряжение в отношениях между стра-нами в тот момент не нашло прямого выражения.

Несколько дней спустя после отъезда Хрущева из Пекина, об­стрелы островов Куэмой и Мацзу возобновились с новой интен-сивностью. Концентрация войск националистов создавала для коммунистов удобный повод, но сам выбор момента говорил о том, в какой мере китайцы были готовы дистанцироваться от со-ветской политики сосуществования, он также показывал Советам опасность слишком открытой поддержки политики Мао. Не уг-лубляясь в анализ китайско-советского разрыва, мы можем лишь отметить, что осенью 1958 г. китайская внешняя политика была совершенно иной, чем политика Москвы. В сентябре месяце об­стрелы островов Куэмой и Мацзу постепенно были прекращены, так как США не дали вовлечь себя в экстремистскую политику Чан Кайши и убеждали его отказаться от использования силы как средства для завоевания Китая. Хрущев, анализируя состоя-ние советско-китайских отношений, понял, что его призывы к мирному решению вопроса о Тайване не были услышаны. Отно-шения с Китаем серьезно испортились, когда китайцы впервые выдвинули территориальные требования к Советскому Союзу.

Как писал Марк Трахтенберг, если Тайвань был причиной напряжения между Китаем и СССР, то Берлин стал причиной разногласий между СССР и Германской Демократической Рес-публикой. Когда в сентябре 1959 г. во время встречи с Эйзенхауэ-ром в Кэмп-Дэвиде Хрущев отметил, что как неоправданно су-ществование двух Германий, так же неоправданно существование двух Китаев, Эйзенхауэр пренебрег этим замечанием, хотя оно помогает понять, что эти два аспекта одной проблемы не могут быть изолированы друг от друга. Советскому Союзу предстояло разрешать два схожих конфликта, доставшиеся ему в наследство от наиболее напряженного этапа холодной войны, в то время, когда он был намерен начать диалог с Соединенными Штатами.

В Германии их союзники тоже подталкивали американцев к непримиримости (Аденауэр), а руководители ГДР (Ульбрихт) за-нимали жесткую позицию относительно попыток пересмотра