Глава 11. Система международных отношений после 1956 г. 995

трудности после окончания войны, до 1956 г. решалась проблема содержания так называемого пролетарского интернационализма, который мог бы стать основой для проведения политического курса, отличавшегося от указаний Москвы. Советская система основывалась на том, что существуют враги, над которыми надо одержать победу. Холодная война приобрела тотальный характер, не оставляя «серых зон». Нейтрализм и деколонизация, напротив, создавали бесчисленное множество «серых зон».

Сначала Советы, занятые борьбой за наследство Сталина, не проявили интереса к происходившим международным переме-нам. Но захватив власть, группа под руководством Хрущева, в ко-торую входили маршал Николай Булганин, ставший после Ма-ленкова председателем Совета министров, первый заместитель председателя Совета министров Анастас Микоян, министры ино-странных дел Дмитрий Шепилов и Андрей Громыко (с 1957 г.), быстро поняла, какие новые возможности открывались в связи с изменениями в международных отношениях. Освободившись от необходимости совмещать международную деятельность с при-влечением идеологических союзников, Хрущев, Булганин и их сторонники поняли, что настало время традиционной диплома-тии, и оценили ее возможности: личные контакты, политические компромиссы, общие обязательства, обещания солидарных дей-ствий. Другими словами, не обремененные идеологией в отноше-ниях с внешним миром, они впервые развернули дипломатичес-кую деятельность, которая позволила превратить Советский Союз в субъект международной жизни, представленный во всех регио-нах мира.

Таким образом, и советские руководители приспосабливались к переменам, к политике сосуществования-соперничества, боро-лись за превосходство в ракетно-ядерной области, стремились экс-портировать советскую модель в другие страны мира. Они пыта-лись подорвать влияние рыночной экономики и доказывали, что в состоянии сменить в идеологическом и экономическом плане Соединенные Штаты и старые колониальные державы и при этом не вынашивали тайных замыслов неокапиталистического характера (т.е. не были намерены расширять свое влияние).

Подобное мировосприятие господствовало в годы руководства страной Хрущевым, оптимизм и энтузиазм которого столкнулись с реальными возможностями и ресурсами, но превалировала вера в победу, несмотря на несоответствие использовавшихся средств. Внешняя политика Хрущева была переплетением противоречий: он был готов бросить открытый вызов Соединенным Штатам и западным державам в ядерной области или в кризисных точках,

996 Часть 4. Биполярная система: разрядка напряженности...

существовавших в мире, в то же время он был склонен принять или даже предложить диалог, так как видел возможности начать процесс реальной разрядки между сверхдержавами. Одновремен-но сосуществовали соперничество и диалог. Итак, во внешней политике Хрущева существовала кажущаяся антиномия, которую необходимо учитывать, чтобы понять резкие и неожиданные дей-ствия советского лидера и столь же внезапные отступления: диа-лог и столкновение, присутствовавшие одновременно, не следует объяснять только характером личности Хрущева, который, конеч-но, был импульсивным и необычным политиком, но он был также достаточно дальновидным деятелем, рассчитывавшим результаты предпринятых действий.

Кажущаяся противоречивость политической деятельности Хрущева объясняется положением внутри страны и ситуацией на международной арене, в контексте которых он строил свою внеш-нюю политику. Дипломатическая инициатива, предпринятая им в 1955 г. в отношении Египта и Югославии, ясно продемонстрирова-ла, каких результатов можно добиться благодаря гибкой политике. Но Суэцкий кризис и десталинизация 1956 г. со всей очевидностью показали, что существовала связь между прочностью советского блока и свободой маневра в международных отношениях.

Политика десталинизации и модернизации новых советских руководителей привела к тому, что Советский Союз стал спосо-бен ответить на вызов Запада и даже превзошел Соединенные Штаты в области технологии, где всегда отмечалось американское преимущество, но это требовало мирного периода, свободы ма-невра и перспективы на достаточно длительное время. Было так-же необходимо некоторое ослабление напряженности как в отно-шениях с Соединенными Штатами и Западной Европой, так в отношениях внутри советского блока после потрясшего его в 1956 г. кризиса. Только однородный и умиротворенный блок мог сопер-ничать с противниками, не опасаясь за собственную сплочен­ность. Другими словами, сосуществование-соперничество было возможно только при условии прочности советского блока. На-против, любые внутриблоковые разногласия затрудняли Хрущеву задачу предстать за рубежом соперником, вызывающим доверие. Сплоченность означала разрядку, раскол означал дипломатичес­кие трения.

Но все же у Хрущева почти всегда существовала оппозиция, что приводило к острым кризисам, как, например, в 1957 г., ког-да Молотов был отстранен от власти. В периоды относительного внутреннего спокойствия Хрущев мог позволить себе продемон-стрировать за пределами блока склонность к разрядке. В периоды