Русская графика.

Как же наше письмо передает звуковой состав слов? Какое число букв необходимо и в то же время достаточно для передачи всех тонкостей языка? В каждом языке это число разное. Раньше думали, что идеально, чтобы одному звуку соответствовала одна буква, притом всегда одна и та же буква. Русский языковед Н.Ф.Яковлев доказал, что букв в языке не должно быть больше, чем имеется основных, самостоятельных звуков.

В русском языке, как мы убедились, 5 гласных фонем и 34 согласных. Всего звуков - смыслоразличителей 39. А букв в алфавите 33. Чем объясняется эта «недостача»? Оказывается, можно «сэкономить» число букв. Яковлев вычислил формулу построения наиболее экономного в отношении числа букв алфавита. Он показал, что если в языке есть пары согласных, различающихся одним и тем же признаком (например, твердостью – мягкостью), то каждую пару можно обозначать одной и той же буквой, а дополнительный признак передавать с помощью соседней, следующей буквы. На эту мысль его натолкнул русский алфавит. В русском письме парные по твердости-мягкости согласные передаются одной и той же буквой: для [с] и [с'] – одна буква – с, для [м] и [м'] – одна буква м и т.д. Всего таких пар, различающихся только твердостью-мягкостью, в русском языке 12. Значит, вместо 24-х букв для передачи этих согласных наше письмо обходится 12-ю буквами.

Русская орфография.

Теперь переходим к правилам другого типа, предназначенным для передачи на письме звуков в слабых позициях, т.е. в таких, в которых в одном звуке совпадает две фонемы или больше. Чтобы правильно передать такой звук, нужно прежде всего «освободить» его от влияния позиции, а для этого соотнести его со звуком в сильной позиции (в той же значимой части слова), а затем уже выбрать нужную букву. Именно так мы и поступали в школе, когда проверяли «сомнительные звуки».

Секрет русской орфографии оказывается простым: на письме не передаются изменения звуков, происходящие под влиянием позиции. Звуки в слабых позициях обозначаются так же, как если бы они были в сильной позиции. Это не прихоть, а принцип нашей орфографии. Наша орфография разумна, она отказывается от передачи случайного, обусловленного фонетической позицией.

Почему же мы все-таки нередко затрудняемся, какую букву написать? Причин несколько. Прежде всего – не всегда в языке есть слово, в котором бы проверяемому звуку соответствовал звук в сильной позиции. Тогда приходится запоминать, какую букву надо писать, например в словах олень, капуста, витязь, этаж, сестра, везде. Кроме того, в нашей орфографии имеются отступления от главного принципа. Например, в корне -рост/раст- под ударением встречается только о, а без ударения мы пишем то букву о (росли, водоросли), то а: растить, выращенный, произрастать. То же самое с корнем –зор/зар-: пишем заря, зарница, хотя под ударением о: зори, зорька. А в корне –плав-, наоборот, под ударением пишется только а – плавать, без ударения -о: пловец. Такие написания, противоречащие главному принципу нашей орфографии, называются условными, или традиционными, они, как правило, отражают факты истории русского языка.

Мы рассмотрели основные принципы правил буквенной передачи звукового состава слов. Кроме этих правил, в орфографию в широком смысле этого слова входят правила слитного и дефисного написания, а также правила употребления прописных-строчных букв. Собрание правил употребления знаков препинания называется пунктуацией. У этих правил свои законы и своя сфера действия – не слово, а предложение и текст. Само название – «знаки препинания» – говорит о том, что наше письмо заботится о «запинках» при восприятии и произношении текста. «Запинаясь» при чтении о пунктуационные знаки, наш глаз дает сигнал голосу делать остановки – паузы, выделять интонацией некоторые части предложения. А это помогает и слушающему понимать то, что мы читаем вслух. Пунктуация отделяет и выделяет в тексте определенные синтаксические единицы.