2. Россия на пути радикальной социально-экономической модернизации

После августовских событий 1991 г. Б.Н. Ельцин для проведения радикальных экономических реформ назначил на ключевые позиции в Правительстве группу молодых политиков во главе с Е.Т. Гайдаром. Новые министры А.Н. Шохин, А.Б. Чубайс были сторонниками так называемой «шоковой терапии», что предполагало быстрое достижение макроэкономической стабилизации (равновесия между платежеспособным спросом и товарным предложением). Намечалось единовременно «разморозить» все цены, освободить от ограничений доходы, проводить жесткую кредитно-денежную политику, в сжатые сроки осуществить приватизацию государственной собственности. Президент и правительство заявили, что рыночные реформы будут благодатны для всех.

В начале 1992 г. Правительство освободило цены на большинство товаров от государственного контроля. Одновременно резко ограничивался доступ к дешевым банковским кредитам (учетная ставка Центробанка быстро выросла в несколько раз). До минимума сводились расходы на социальные нужды. Существенно сокращались затраты на содержание армии. Реформаторы предполагали примерно пятикратное повышение цен, но на деле цены выросли в течение года более, чем в 100 раз. Уже через два месяца после начала реформ Правительство было вынуждено повысить зарплату примерно на 70%, но это вызвало лишь новый виток роста цен. Моментально обесценились и вклады населения в Сбербанке. Большинство граждан страны в течение нескольких месяцев оказались за чертой бедности.

Предприятия-монополисты при отсутствии конкуренции и отлаженных механизмов регулирования спроса и предложения продолжали взвинчивать цены, попадая при этом в порочный круг: каждое новое повышение оборачивалось для них ростом тарифов на перевозку товаров, цен на сырье и энергию. Надежды на сдерживание инфляции рухнули. Быстрый рост взаимных неплатежей предприятий привел к тому, что Правительство вынуждено было вновь резко расширить кредитование народного хозяйства. Выпуск наличных денег за 1992 г. увеличился в 20 раз по сравнению с 1991г.

Многие предприятия, научно-исследовательские институты, конструкторские бюро в советское время были обеспечены военным заказом. Продуманной концепции перехода их на «мирные рельсы» у Правительства не было. В результате многие производства, передовые в мире по своим научно-техническим достижениям, перешли на выпуск дешевого ширпотреба. Начался интенсивный технологический регресс большинства отраслей экономики, дисквалификация специалистов.

С осени 1992 г. Правительство развернуло «малую» приватизацию (разгосударствление кафе, ресторанов, предприятий в сфере услуг, магазинов). В конце 1992 г. каждый гражданин страны получил приватизационный чек (ваучер) номинальной стоимостью 10 тыс. рублей, который он мог вложить в акции приватизируемых предприятий и различных инвестиционных фондов. Это предполагало в будущем получение процентов с прибыли в соответствии с количеством вложенных чеков. В стране началась неконтролируемая скупка приватизационных чеков (до весны 1993 г. по ценам в два и более раза ниже их номинальной стоимости). Для определенной категории предприимчивых людей, частных банков, мафиозных групп приватизационный чек стал средством извлечения значительной прибыли.

В 1992 г. Россия вступила в Международный валютный фонд (МВФ). Правительство рассчитывало получить крупные займы в твердой валюте для усиления рыночных реформ. Но МВФ, страны «Большой семерки» обещанные займы не предоставили, ссылаясь на неустойчивую политическую ситуацию в России. Положение в экономике стремительно ухудшалось. Началась деградация социальной сферы (сокращение числа детских садов, падение объемов жилищного строительства). На этом фоне начался гигантский рост предпринимательства в сфере обращения (различные формы посредничества) и финансовых спекуляций. Новая политическая элита, боровшаяся со старым режимом под лозунгом уничтожения привилегий, за социальную справедливость, придя к власти, стала распоряжаться государственной собственностью как своей личной. В декабре 1992 г. Гайдар вынужден был уйти в отставку. Главой правительства стал В.С. Черномырдин, признавший необходимость внесения определенных корректив в курс на рыночную экономику.

В условиях своеобразного двоевластия, летом 1993 г. Верховный Совет Российской Федерации приостановил действие президентских указов по приватизации. До октября 1993 г. экономическое развитие страны находилось в своеобразном плену у политического противостояния Правительства с Верховным Советом. В погоне за популярностью Верховный Совет принял ряд законов (о социальных гарантиях военнослужащим, о помощи жителям северных районов), совершенно не обеспеченных соответствующими финансами. В свою очередь Правительство принимало решения и осуществляло новые расходы, не предусмотренные заранее в бюджете государства.

Декабрьские выборы 1993 г. в Федеральное Собрание Российской Федерации (в Совет Федерации и Государственную Думу) в соответствии с новой Конституцией серьезно изменили расстановку политических сил в стране. Правительство провозгласило вместо неуправляемой «шоковой терапии» стратегию активной стабилизации (выборочная поддержка перспективных отраслей народного хозяйства, умеренно жесткая финансовая политика, снижение темпов инфляции). В результате настойчивой критики оппозиции должности вице-премьера лишился А. Чубайс, с именем которого чаще всего связывались неудачи экономических реформ и потери бюджета при проведении приватизационных мероприятий.

Однако в 1994 г. курс радикальных рыночных реформ, по сути, остался прежним. Темпы приватизации не только мелких, но и крупных предприятий усилились. К концу года более 70% из них были акционированы.

Ситуация в российской экономике все более осложнялась. Производственные инвестиции снизились на 33%, в 1995 г. - на 21%. Россия по-прежнему являлась страной, чрезвычайно непривлекательной для иностранных инвестиций.

Наоборот, Россия упорно превращалась в своеобразного инвестора и кредитора западных стран. Нелегальный вывоз капиталов из страны составил десятки миллиардов долларов ежегодно. Оседавшая на руках у населения внутри страны валюта явилась, по сути, формой беспроцентных кредитов для США и Германии, чьи деньги предпочитали иметь россияне из-за обесценивания курса рубля.

В 1996 г. завершилась первая «пятилетка» новой российской государственности. Экономические ее итоги неутешительны. Производительность в российской промышленности снизилась на 45%. 13% трудоспособного населения страны оказались безработными. Резко обозначилось социальное расслоение в обществе. Разрыв в уровнях душевого дохода между верхними по доходам 10% населения и низшими 10% вырос до отношения 20:1. Разрекламированные правительством социальные новшества (страховая медицина, негосударственные пенсионные фонды) оказались абсолютно неэффективными. Появилась проблема хронической задержки в выплате зарплаты, пенсий. Невиданного ранее размаха достигла в стране преступность.

В последующие годы, вплоть до наступления нового века, прогресса в развитии России на пути радикальной социально-экономической модернизации достигнуто не было. Реальное управление экономикой страны все более стало направляться извне - через Международный валютный фонд, всевозможные переговоры и консультации с лидерами развитых государств. Особенно характерен в этом 1998 г., знаменательный «обвалом рубля». Вместо В.С. Черномырдина правительство на несколько месяцев возглавил молодой реформатор С.В. Кириенко, который заявил, что будет всячески содействовать реализации экономической программы, разработанной для России МВФ. Это означало, что политика денежной финансовой стабилизации стала самодовлеющей, не сопровождаться инвестициями в производство, ростом материального сектора.

Такая политика держалась (с 1994 г.) на операциях с реализацией Государственных казначейских облигаций (ГКО) и Облигаций федерального займа (ОФЗ), которые были главным источником дохода государства. Доходность российских ГКО многократно превышала доходность аналогичных долговых ценных бумаг на любом другом финансовом рынке мира. На спекулятивных операциях по покупке у Центрального банка коммерческими банками ГКО и их перепродаже только в столице сотни тысяч людей имели большие долларовые доходы. На рынок ГКО получили допуск иностранные инвесторы, так называемые нерезиденты. Только в январе 1998 г. доходность от покупки ГКО нерезидентами в реальном выражении составляла 26%, в мае - июне она достигала 60-80%.

На обслуживание долга у государства стало уходить 30-40% доходов бюджета. Для поддержания установленного сразу на 1997-2000 гг. завышенного фиксированного курса рубля (6,2 за доллар) Центральный банк вынужден был продавать валюту - прибегать к долларовым интервенциям на бирже. Коммерческие банки получали валюту и тоже, как и нерезиденты, переправляли ее за рубеж. Скупать доллары стало и население. Вызванный государственной «пирамидой ГКО» кризис доверия рублю привел экономику России в катастрофическое состояние. Резко поднялись цены, особенно на импортные товары, продукты питания. Премьер Кириенко получил отставку.

Надежды народа на возможность выздоровления экономики страны стали укрепляться, когда в течение нескольких месяцев правительство возглавляли известный государственный деятель Е.М. Примаков и опытный производственник и экономист Ю.Д. Маслюков в качестве первого вице-премьера. Эти лидеры стремились в первую очередь остановить разрушение научно-промышленного потенциала страны. Однако Президента Ельцина не устраивал возрастающий авторитет самостоятельного правительства и оно было отправлено в отставку.

В 2000 г. страна вошла с программой правительства М.М. Касьянова «Стратегия развития России до 2010 года», в которой по существу обозначен прежний курс на либеральные реформы, чтобы приобщить Россию к мировой цивилизации через вхождение в мировой рынок. Авторитетные экономисты выступили за корректировку курса реформ, необходимость учета того, что вся инфраструктура индустриального, технологического, научно-технического потенциала страны сформировалась в принципиально иных условиях и для ее адаптации к действительной рыночной среде необходим переходный период. Стабилизация экономической ситуации при одновременной приватизации государственной собственности не должна приносить в жертву основополагающую цель реформы - повышение уровня жизни россиян. Опыт показал, что нельзя абсолютизировать рынок и недооценивать сферу производства. Основываясь на этом опыте, Второй Всероссийский съезд товаропроизводителей (2000 г.) утвердил конкретную программу развития реального сектора экономики, подготовленную на основе предложений ведущих экономических институтов страны, рекомендаций Федерального собрания и регионов.