Поясная женская одежда юга Черноземья XVIII – XIX вв.

Русский народный костюм — явление уникальное в истории мировой культуры не только по высокой художественности, но и по удивительной многовариантности, не имеющей аналогов в мире. Формируясь на обширной территории на протяжении длительного времени и подвергаясь влиянию таких факторов, как географическая среда, соседство славянских и неславянских народов, социально-экономические условия, традиционная русская одежда утвердилась во множестве форм, сохраняя при этом некоторые общие черты. Постепенно выделились три основных типа костюма — с понёвой, с сарафаном, с юбкой (см. приложение 1). К поясной женской одежде относится понева, плахта, дерга, запаска, юбка. По особенностям кроя все многообразие форм поясной одежды можно обобщить в две группы: 1) поясная одежда из полотнищ, сшитых друг с другом частично (распашная понева, запаска, дерга, плахта); 2) поясная одежда из полотнищ, сшитых друг с другом полностью (глухая понева, юбка). На юге Черноземья бытовали все типы поясной одежды.

При всем разнообразии традиционно-бытовой культуры Белгородчины в ней проявлялись сходные черты, характерные как для общеславянской, так и для общерусской и южнорусской культур. Рубахи с поликами, клетчатая набедренная одежда, «рогатость» головных уборов, украшения в виде лент в той или иной степени присутствуют в одежде всех восточнославянских народов. Типично южнорусскими можно считать преобладание черного цвета в понёвах и сарафанах, их яркая декорация ярусами лент и ковровой вышивкой, многосоставные головные уборы.

Сказалось в белгородском костюме также и украинское влияние, обусловленное большим количеством украинских сел на территории области. Русские крестьянки перенимали отдельные детали одежды, вышивку, украшения. Костюм жительниц южных районов почти полностью изготовлялся из материалов домашнего производства, чему широко способствовало преобладание натурального хозяйства, меньшее распространение промышленных товаров, чем на севере и в центре России.

Как уже было сказано выше, к поясной одежде юга Черноземья относится запаска, плахта, дерга, понева, юбка.

Запаска – это одно или два плотных полотнища из толстой домотканой шерсти, крепившееся на талии - одно сзади, другое спереди.

На территории нашего края чаще носили одну запаску спереди вместе с плахтой или юбкой, в этом случае она выполняла роль фартука. Распространившийся во второй половине XIX века фартук из фабричных тканей также нередко называли запаской (см. приложение 2).

Плахта - относительно сложная по конструкции и узору поясная одежда. Плахту в XV - XVII веках шили из двух полотнищ домотканого материала в клетку, сшивая их до половины, затем перегибали ткань пополам и подвязывали эту несшитую юбку вокруг талии (см. приложение 3). Иногда один из концов плахты подтыкали за пояс. Изначально плахта была праздничной одеждой украинок Среднего Приднепровья¹⁵. Во второй половине XVIII - XIX веке плахта не претерпевает особых изменений в способах шитья.

Она состояла из двух полотнищ домотканой шерсти в 1,5 -2 м, соединённых между собой до половины; перегнутая поперёк, крепившаяся на талии поясом. Сшитые полотнища обтягивали заднюю часть корпуса, а несшитые висели свободно. Спереди щель между полотнищами закрывалась запаской. Плахту шили из домотканой яркой клетчатой шерсти, богато орнаментированной ткаными узорами, полученными путём чередования разноцветных шерстяных нитей; соединительный шов, кромки полотнищ оттенялись вышивкой гарусом, на углах пришивали разноцветные кисти.

В середине XIX века плахту носили украинки и в Курской губернии: Грайворонском, Корочанском уездах. Здесь её также ткали из шерсти разных цветов с добавлением шёлка. Преобладала клетчатая плахта красной тональности с вкраплением синих, голубых, зелёных, жёлтых, белых, бежевых нитей.

Булгаков Г.И. в этнографическом отчёте по Курской губернии¹⁶ даёт сравнительную характеристику одежды малоросских и великоросских женщин: «Женщины русские носят сарафаны, полосатые юбки и понёвы, на головах кокошники и повойники, сороки и бумажные платки; малоросски же носят плахты (юбки, составленные из трёх кусков грубого сукна) и синий суконный передник (запаску), а на головах безобразный убор, называемый «очипок».

Плахта вместе с запаской бытовала в украинских сёлах Воронежской губернии: в Валуйском, Бирючинском, Богучарском уездах. Так, в «Военно-статистическом обозрении Воронежской губернии за 1850 г.»¹⁷ говорится о бытовании в данном регионе у малороссок плахты: «Малороссиянки почти во всём отличаются от русских: наречие их особое, платье так же отличается покроем, женщины носят плахты, повязки особого рода, любят украшаться разными привесками и цветами, на шее много носят бисеру; любимые цвета на платьях, яркие и пёстрые...».

Наименее распространённым видом поясной одежды на исследуемой территории была дерга. Это запахивающаяся одежда из одного поперечного или 2-3 продольных полотнищ (в последнем случае она близка по покрою к распашной понёве), крепившаяся у талии поясом.

В XVI веке дерга была распространена в Центральной и Восточной Украине, её шили обычно из грубой шерсти тёмного (чёрного, коричневого, серого) цвета. Отличительной характеристикой данного типа было то, что дерга служила повседневной одеждой. В XIX веке такая поясная одежда под названием «дерюга», «дерга», «запаска» отмечалась у украинцев Воронежской и Курской губерний (см. приложение 4). Г.С. Маслова¹⁸, побывавшая с экспедицией в 60-е годы XX в. в украинских и русских селах юга Черноземья предположила, что ареал распространения дерги в пределах Воронежской губернии определялся Бирюченским уездом.

В русских селах поясной женской одеждой, надеваемой поверх рубахи, служила понева — один из наиболее древних компонентов русской одежды, характерный в XIX в. главным образом для южнорусских губерний¹⁹.

Мастерицы чаще всего использовали доставшуюся в наследство поневную ткань, расшивая ее по старинным образцам. Данный поневный комплекс, используемый фольклорными коллективами области в качестве сценического костюма чаще других комплексов именно в силу своей сохранности и колоритности, стал восприниматься как типичная белгородская традиционная одежда (см. приложение 5).

Как считает Б.А. Куфтин²⁰ термин «понева» встречается в ранних русских письменных источниках, начиная с XI в., и употребляется он в смысле полотнища ткани, обвязываемого вокруг талии. М.Г. Рабинович напротив указывает на то, что такое название данный тип одежды получил лишь в XVI в. А поневой, либо понявой назывались полотняная ткань или нижняя тонкая рубашка, хотя могли существовать под этим названием и шерстяные и полушерстяные ткани. Название набедренной одежды такого типа в Древней Руси, по его мнению, неизвестно. Не смотря на данные противоречия термин «понева» можно считать общеславянским: он известен у чехов – понва, в смысле покрова для телеги; у черногорцев – понявица, понява – одеяло, клетчатая шерстяная ткань и др. По этнографическим данным XIX в. понева являлась повсеместно отличительным элементом одежды замужних женщин, хотя первоначально надевание поневы было связано с наступлением половой зрелости у девушек.

С данным типом одежды связано достаточно большое количество обрядов. Это и свадебные обряды надевания поневы, как символа перехода женщины в подневольное положение в семье мужа, и обряды, совершавшиеся в «Великий день» - на Пасху (в год совершеннолетия девушки). Этот тип одежды характеризовали в первом случае, «как вечный хомут», «бабью сухоту», «бабью кабалу» и т.д. К примеру, в день свадьбы, надевая поневу, мать говорила дочери-невесте: «Прынь, прынь, мое дитятко, в вечный хомут».

На юге Черноземья понева преобладала в Воронежской губернии (сейчас это села Алексевского, Красненского, Красногвардейского районов). Здесь она была основной поясной одеждой у всех категорий крестьянства — бывших однодворцев, помещичьих, экономических и монастырских крестьян²¹. Известна была понева также в отдельных селах Корочанского, Старооскольского, в однодворческих селах Грайворонского уездов (Мокрая Орловка, Никитское) Курской губернии²².

Как и во многих других южнорусских губерниях, поневу нашего региона шили из домотканой легкой тонкой шерстяной ткани, вытканной на двух подножках; эта ткань, называлась «волосенью». Волосень ткали из самой длинной овечьей шерсти, которую тоже часто называли «волосень». Расцветка ткани обычно была темно-синей или черной. Узор поневной ткани почти повсюду на исследуемой территории, как и в большинстве других регионах,— клетчатый. Клетка образована полоса­ми цветных нитей. В старину эти нити окрашивали растительными краси­телями собственного изготовления, позднее употребляли белую бумагу, «шлейку», «гарус».

Собственно понева шилась из нескольких продольных полотнищ ткани, сшитых или частично сшитых друг с другом, собранных у пояса на шнур. По степени и способу соединения полотнищ между собой можно выделить два основных типа поневы: I — распашная понева, II — глухая понева. Различия в покрое этих типов отражали разные стадии развития поневы.

Первый тип — распашная понева, т. е. не сшитая спереди; наиболее архаичный тип поневы, состоит из трех, а иногда двух полотнищ; при надевании поневы между боковыми полотнищами образуется щель, закры­ваемая передником.

Второй тип — глухая понева. Известна на Белгородчине в трех вариантах: 1 — понева с прошвой, 2 — понева с прошвой и бедром, 3 — понева из нескольких одинаковых полотнищ без прошвы²³.

1) Понева с прошвой, наиболее распространена на исследуемой территории. Она бытовала во многих уездах Курской губернии и преобладала в Воронежской губернии. Поневу с прошвой шили из трех или четырех прямых клетчатых полотнищ домотканой волосени (шириной 38—46 см) и однотонного (синего, черного) полотнища - «прошвы» из той же ткани или хлопчатобумажной материи. Все полотнища сшиты по основе ткани, на талии собраны на шнур пли узкий поясок. Поневу надевали так, чтобы прошва приходилась спереди слева, реже справа. Такая понева известна в с. Белый Колодезь Валуйского уезда (ныне Вейделевский район). Она традиционно состояла их трех полотнищ черной домотканой шерсти, с прошвой из ситца. Однако и ширина полотнищ, и декоративное оформление, и способ ношения понев в селе имели свои отличия²⁴.

Наличие дополнительного полотнища-прошвы свидетельствует о генетической связи этого типа поневы с поневой распашной. Вместе с тем хронологически понева с прошвой существовала очень давно и во многих районах предшествующий ей тип поневы не выявлен. О ран­нем развитии поневы с прошвой свидетельствует и обширный компактный район ее бытования.

2) Понева с прошвой и бедром. В глухой поневе кроме прошвы могла быть и другая вставка — бедро из домотканого, чаще фабричного материала.

Бедро вставлялось между двумя задними полотнищами, реже около прошвы с одной или двух сторон. Глухие поневы с прошвой и бедром были известны в однодворческих селах Грайворонского уезда (села Теребрено, Мокрая Орловка, Никитское), в с. Коробково Старооскольского уезда. К примеру, в селах Грайворонского уезда такая понева носила название «красной». Она представляет собой три полотнища черной домотканины в клетку, соединенные прошвой и «бедром» (слева и справа от центрального полот­нища). А понева из с. Коробково Старооскольского уезда Курской губернии (сейчас — район города Губкин) состояла из трех полотнищ черной поневной ткани, ситцевой прошвы, расположенной спереди, и двух вставок бедра из домотканого полотна и ку­мача, вшитых между задним и боковыми полотнищами.

3) Понева без прошвы - сшита из нескольких (от 5 до 7) прямых полотнищ поневной ткани, присборенных у пояса. Особенностью данного варианта глухой поневы было отсутствие «прошвы» — одноцветного по­лотнища, характерного для большей части южнорусских понев. Понева без прошвы была широко распространена на территории Воронежской губернии. Этот вариант поневы не получил широкого распространения в других русских губерниях. По-видимому, это последняя стадия разви­тия поневы, когда понева сближается с юбкой, но отличается от нее традиционной клетчатой тканью. О постепенном сближении поневы без прошвы с юбкой свидетельствует и сам характер поневной ткани. Украшение сосредоточено преимущественно только на подоле в виде горизонтальных полосок аппликаций и вышивки. Поневы этого варианта часто гофрировали в крупную складку.

Внешний вид понев юга Черноземья значительно различался в отдельных районах. Характер украшений, техника исполнения, композиционное расположение, колорит были устойчивыми и ареальными признаками. Итак, по особенностям украшений можно выделить четыре типа понев.

Первый тип украшений поневы распространен в Бирюченском уезде (теперь Алексеевский и Красногвардейский районы Белгородской области) и некоторых селах Острогожского уезда. (Приложение 6) Основной особенностью понев этого вида была развитая вышивка плот­ным ковровым узором, идущим в виде продольных полос по швам, соеди­няющим полотнища, а также по бордюру подола. Край подола старинных понев отсрочивали пояском из шерстяной пряжи, который ткали на особых дощечках, известных во многих русских губерниях²⁵.

По способу оформления и, соответственно, по своему назначению поневы носили различные названия. Самыми богаты­ми считались «колода», «наборная», «шлёнковая», «в 50 ниток», вышитые плотным «настилом» в виде зигзагообразно расположенных гори­зонтальных стежков. В таких поневах бордюр по подолу вышивался исключительно красными или оранжевыми нитями²⁶. В некоторых селах (Верхососна, Остроухово, Гредякино, Раздорное) существовала еще одна разновидность праздничных по­нев, где клетки прошивались красной нитью в виде петель («потринитка», «пятлистая»). По вышивке продольных полос поневы но­сили названия «косина» и «сосна». «Косиной» называлось расположение горизонтальных стежков в виде диагональных полос, «сосна» — это стежки, выстроенные очень крупным зигзагом. Обычно это менее плотная вышивка, чем в праздничных поневах. Бордюр в «косине» и «сосне» полихромный, узор состоит из разнообразных ромбических фигур, а поневная клетка так же, как и в особо нарядных понёвах, прошивается белой нитью. Это не будничные понёвы, но и на годовые праздники их не надевали.

Будничной для молодых и праздничной для пожилых считалось «рябка», «рябушка», которая была схожа по вышивке с «косиной», но клетка в ней не прошивалась белой нитью. Край подола всех без исключения понев об­шивали «поясом» — тесьмой из однотонной, чаще красной шерсти, тканой на дощечках. Такая понева из села Верхососна Бирюченского уезда имеется в коллекции Русского этнографического музея в Санкт-Петербурге. Следует отметить, что яр­кая красочная гамма появилась в вышив­ке понев с распространени­ем фабричной шерсти — гаруса или, как его чаще называ­ли, «шлёнки». Более ранние поневы вышивались либо самопрядной шерстью «жичкой», окрашенной доступными крестьянам природными краси­телями, либо покупными шелковыми нитя­ми менее насыщенных, чем гарус, оттенков.

Третий вид украшений поневы — аппликация, закрывающая почти всю поневную ткань. Интересные поневы этого вида были зафиксированы в се­лах Мокрая Орловка, Теребрено, Никитское и др. Грайворонского уезда Курской губернии. Неизвестно, как декорировалась в этих селах понева до широкого распространения ма­нуфактурных изделий, к концу же XIX в. она сплошь покрывалась аппликацией красным стамедом, кашемиром или штофом (иногда исполь­зовались одновременно два вида ткани). Кроме этого понева украшалась шелковыми лентами, образующими как вертикальные линии — по всей понёве вкруговую, так и горизонтальные, по подолу. Иногда добавлялись узоры в виде квадратов, треугольников, образованных либо нашитой тканью, либо проглядывающим фо­ном поневы («зубцы», «косяки»). Основным отличием таких понев было на­личие «крючьев», то есть меандрового узора из сереб­ряной тесьмы, расположен­ного сзади. Меандровый орнамент известен с глубокой древности, он нередко встречается в оформлении южнорусских понев (с. Коробково Старооскольского уезда Курской губернии)²⁷.

Четвертый вид украшений поневы — аппликация в сочетании с вышивкой в виде горизонтальных полосок, идущих по бордюру подола. Этот вид украшений был характерен для глухой поневы без прошвы, встречался также и в поневах с прошвой. Подол этих понев, так же как и других, отс­рочивали узким плетеным пояском из разноцветного гаруса. Бордюр подола праздничных понев выкладывали лентами, полосками из ярких тканей (чаще кумача), бархата, позумента, тесьмы, кружева, блесток и пр. В на­рядных поневах ширина украшенного бордюра доходила до 40—50 см и более. Этот вид украшений бытовал в районах распространения глухой по­невы без прошвы — в Воронежской губернии, встречался местами в Курской губернии. В селе Роговатое Нижнедивицкого уезда Воронежской губернии быто­вали как черные, так и коричневые клет­чатые понёвы. Черная ткалась обычно в бело-красную клетку, в коричневой же соединялись красные, черные, зеленые, белые нити. Клетка, величина которой варьировалась в разных понёвах, переходила к краям полотнищ в горизонтальные полосы. Многочисленные разновидности понёв в селе имели свои названия. Наиболее бога­той, надеваемой на годовые праздники, счи­талась «браная по полотну», три полотнища которой почти сплошь расшивались красным и зеленым гарусом «в настил». Узоры таких понёв зачастую выполнялись прямо на стане, во время тканья. Разновидностью дан­ного варианта была «краснополоска», вышитая исключительно красной или оранжевой нитью и используемая в качестве свадебной. В «краснополоске» декор располагался широ­кими продольными полосами, в «голоклетке» его практически не было. «Посягушка», «в дурочку», «густыми клепушками» — и это еще далеко не весь перечень разновидностей по­нёв по способу тканья и декору²⁸.

Таким образом, в понёвах конца XIX — начала XX веков в качестве декора использовались тканые и вышитые узоры, аппликация из покупных тканей, лент и тесьмы. Одними из самых красивых по праву считаются поневы, расшитые гарусом сочных, контрастных цветов, бытовавшие в селах Алексеевского, Красненского и Красногвардейского районов Белгородской области в комплекте с черноузорной рубахой.

В русских и украинских селах носили также юбку, относящуюся к глухой поясной одежде. В южнорусских губерниях домотканые юбки могли появиться вместе с миграционными волнами населения XVI—XVIII вв. из Украины и западных русских губерний. Впоследствии, в источниках XIX века, можно найти материал, в соответствии с которым как в украинских, так и в русских сёлах наблюдаются изменения в характере бытования юбок.

На юге Черноземья преобладали юбки одного покроя: их шили из четырёх - семи вертикальных полотнищ, сшитых друг с другом, сверху у пояса собранных в сборку на узкой обшивке или на шнур, продетый в запошивку ткани. Юбки такого покроя, так же как и понёвы, различались по характеру ткани, расцветке и орнаментике. По характеру ткани выделяются два вида юбок: 1) из домотканой шерсти, 2) из домотканого холста.

Первый вид юбки — из домотканой шерсти: волосени, реже сукна; он был наиболее характерен для традиционных комплексов русской одежды исследуемого региона. Среди юбок этого вида по окраске ткани выделяют­ся три разновидности: 1) полосатые, 2) однотонные, 3) клетчатые.

Так в селах нынешнего Новооскольского района старинные «саморушные» юбки шили из домашнего сукна, которое ткалось как однотонным, так и в рисунок: белая клетка на черном поле, черная клетка — на красном, разноцветная полоска при преобладании красного цвета (такая ткань называлась «пестрядь».

Полосатые юбки бытовали преимущественно в однодворческих селах Воронежской губернии²⁹, встречались местами в некоторых уездах Курской губернии. Продольные полосы — красные, зеленые, желтые, коричневые, белые — чередовались в различных сочетаниях. В бассейне Дона преобладала крас­ная тональность расцветки. В праздничных юбках украшали подол аппликациями из лент, позумента, кружева. Полосатая юбка в качестве ос­новной поясной одежды женщин бытовала также в некоторых селах Бирючинского (с. Репенка) уезда.

Вторая разновидность — однотонная (черная, красная, коричневая) шерстяная юбка из волосени — бытовала в отдельных местах у однодворцев Курской и Воронежской губерний (см. приложение 7). По источникам XIX—XX вв. она была известна в Старооскольском (с. Коробково), Новооскольском (Русско-Халанская волость) уездах Курской губернии, Бирючинском (с. Фощеватово), Нижнедевицком (села Солдатское, Шаталовка) и Вейделевском уездах Воронежской губернии.³⁰

Одно из немногих сел Старооскольского района, сохранивших старинный костюм село Шаталовка, ранее входившее в состав Нижнедевицкого уезда Воронежской губернии. Однако шаталовский костюм вполне вписывается в общую картину оскольского региона. Поясной одеждой изучаемого села была черная юбка из домотканого сукна. По подолу юбки нашивали один-два ряда атласных лент. В других селах шили юбки и из однотонной домоткани­ны коричневого и зеле­ного цветов.

В селах Новооскольского уезда однотонные юбки были преимущественно черные и красные, хотя встречались и другие расцветки, они украшались по подолу тесьмой («золотой плетенек», «вилюшки»), лен­тами и кружевом («канки»), плиссированной кисеей.

Третий вид — клетчатая шерстяная домотканая юбка — нам известна лишь в Курской губернии. Юбочный комплекс сел Старооскольского уезда отли­чался своеобразием. Юбки шили преимущес­твенно из красного клетчатого сукна, выт­канного из очень тонких и довольно мяг­ких нитей, что отличает эту ткань от волосени, используемой в других белгородских селах для сарафанов и понёв. Для клеток применялись разные по цвету нити — черные или белые, иногда их соединяли в одной ткани. Были и «рябые» юбки (другое название — «разнопряжки»), клетки в которой образовывались широкими красными и зелеными полосами. В селе Осколец наряду с красными ткали и черные в белую клетку ткани, а также, в той же гамме, квадратиками (узор «кукушка»). Праздничной юбкой была все же красная клетчатая. Ее кроили из семи по­лотнищ, собирая на та­лии в сборку или гоф­рируя крупными складками. К юбкам пришивались лямки, перекрещивающиеся на спине. Край подола ото­рачивался черным плисом либо полосой из цветной шерсти, чаще зеленой («обделочка»)³¹.

Домотканая шерстяная юбка имела общие черты с глухой поневой, в частности с воронежской поневой без прошвы (покрой, характер ткани — волосень, обшивка подола узким плетеным пояском, подтыкание подола). Стадиально она могла быть последующей ступенью развития поневы. Но поскольку ареал домотканой юбки занимает обширную территорию, не исключен и процесс ее заимствования.

Юбки из домотканого холста встречались у русских на юге Черноземья сравнительно редко. В новооскольских селах юбки такого типа носили название «протяные». Они шились из конопляного холста с рельефным узором в виде квадратов («сухариков»). Такие юбки считались рабочей одеждой. Подобные юбки также носили и в украинских селах Острогожского уезда. На данной территории такой вид одежды называли «шарафаном». Юбка изготовлялась из домотканой конопляной, иногда льняной ткани. Цвета юбок были различны. Такого рода юбки гофрировали в мелкую складку. Подол был украшен так называемыми «планочками» красного цвета.

Холщовые юбки на изучаемой территории чаще использовали в кчестве девичьей одежды. Их носили девушки из однодворческих сел. Известны «подолы» из с. Сагайдачное Корочанского уезда (сшиты из четырех полотнищ холста, украшены по подолу вышивкой и нашивками из кумача), их подвешивали на шнурах к «манешке» (верхней части рубахи). Подобные «подолы» носили девушки и молодые женщины на севере России и в Рязанской губернии³².

Верх юбки собирался в мелкие складки на две нити в два ряда так, чтобы сборка была «погуще», и обшивался узкой полоской материи любого цвета, эта деталь называлась гашником. Затем пришивали подвязки, которыми обхватывали талию женщины и завязывали их спереди. Подвязки могли быть суконные и полотняные. С изнанки край юбки подшивали широкой полосой ткани. Если юбка была подшита «хранцузом», то это говорило о богатстве и достатке семьи³³.

К концу XIX в. наблюдается переход к городскому костюму. Итак, поясная одежда заменяется юбкой, сама же юбка претерпевает значительные изменения. Л.Н. Чижикова³⁴ определила, что в украинских слободах, где в XIX в. интенсивно развивались ремесла и мелкие промышленные предприятия, значительно раньше, чем во многих русских селах, началось разрушение традиционных форм одеж­ды и появление черт костюма, более свойственного в это время городскому населению. Национальная женская украинская одежда с середины XIX в. все чаще заменялась рубахой на кокетке, кофтой, юбкой и платком из фабричных тканей.

Во второй половине XIX в. с развитием капиталистических отношений в деревне, усиливаются процессы унификации одежды и в русских селах. Все чаще трудоемкие домотканые материалы и само­дельные детали украшений заменяются фабричными материалами, ста­ринные покрои сменяются новыми, развившимися под влиянием городских форм одежды.

Орнаментальное искусство, основа основ народного творчества, достигло своего наивысшего развития в южнорусском костюме, важной составной частью которого является костюм Белгородчины (см. приложение 8).

Экономическая отсталость крестьянства и господство натурального хозяйства вплоть до начала XX века, а кое-где и дольше способствовали сохранению архаических черт бытового уклада в белгородских селах и процветанию таких ремесел и видов рукоделия, как ткачество, вышивка, кружевоплетение, доведенных мастерицами до совершенства в искусстве изготовления костюма. Особенно была развита вышивка с ее безграничной вариативностью и гармонией орнаментальных композиций.

В колорите белгородской вышивки преобладал красный цвет, традиционным было также сочетание черного и красного цветов. Вышивка же черной шерстью, распространенная в восточных районах Белгородской области, уникальна как для южнорусской одежды, так и для русского костюма в целом. Она является одной из наиболее древних и по технике (набор), и по мотивам линейно-геометрического орнамента³⁵.

В подавляющем большинстве белгородских сел господствовали растительно-геометрический и растительный орнаменты, выполненные крестом или счетной гладью. Распространение подобной вышивки происходит в конце XIX века параллельно с забвением сокровенного смысла и ритуального значения символов архаических орнаментов. В русских селах, граничащих с украинскими, охотно перенимают традицию последних украшать рукава рубахи весьма реалистичными розами, васильками, гвоздиками и даже вазами с букетами. Возможно, здесь сыграли свою роль декоративная броскость ярких черно-красных цветочных узоров, определенная понятность мотивов, в отличие от сложных абстрактных геометрических фигур древних орнаментов. Новая традиция подпитывалась широким распространением дешевого мыла, на обертках которого печатали узоры для вышивок, разработанные профессиональными художниками в «русском стиле».

Сохранившиеся этнографические образцы одежды середины XIX — начала XX веков свидетельствуют о тех процессах, которые происходили в этой области материальной культуры в связи с развитием капитализма. Народный костюм претерпевал изменения — либо частичные, продолжая сохранять некоторые архаические черты, либо полные, когда старые формы практически исчезали. Развитие хлопчатобумажной промышленности в России, а также отходничество — работа крестьян в городах — влияли на изменение традиционного костюма, унифицируя его и приближая к городскому.

Таким образом, формирование этнического состава населения Белгородчины с XVII – XIX веке было результатом продолжительных сложных историко-социальных процессов. Длительные миграционные движения народов из разных мест России и Украины были одним из основных факторов развития этнокультурных особенностей населения Белгородчины, что и составило ее историко – культурную специфику. Выявлено, что поясная женская одежда юга Черноземья в XVIII - ХIХ вв. была очень многообразна – это понева, плахта, дерга, запаска, юбка.