5Л.9. Гражданская война (1917—1922)

Захват большевиками государственной власти привел ко вто­рой в истории России гражданской войне.

Русской Вандеей³ стал Дон. Большевикам было нечем соблаз­нить казаков: они не нуждались в дополнительных земельных угодьях. За выполнение своей сословной обязанности — военной службы с 21 года до 36 лет - они получали по 30 десятин земли, вчетверо больше среднего крестьянского надела. И в самый день Октябрьского перево­рота атаман донского казачества генерал Л.М.Каледин разогнал мес­тные Советы. На Дону же генерал Алексеев сформировал Доброволь­ческую армию численностью в две тысячи человек. Её костяк соста­вили офицеры русской армии. После бегства из быховской тюрьмы эту армию возглавил Корнилов, за Алексеевым остались политичес­кое руководство и финансовое обеспечение Сразу обнаружились раз­ногласия казаков и добровольцев: первые хотели автономии Дона, вторые — «единой и неделимой России». Общее командование созда­но не было.

Столкновения конца 1917 — начала 1918 гг. велись небольшими отрядами вдоль железнодорожных путей и получили название «эше­лонной войны». Регулярные боевые действия начались весной 1918 г. Протекали они с переменным успехом. Под натиском превосходя­щих сил красных (традиционный цвет революционеров), поддержа-ных рабочими донецких городов, белые (традиционный цвет защит­ников старого порядка) ушли с Дона. Каледин застрелился; атама­ном Войска Донского был избран генерал Краснов. Добровольчес­кая армия двинулась на Кубань, совершив так называемый Ледяной поход. Добровольцы попытались взять Екатеринодар, но после гибе­ли 13 апреля Корнилова были вынуждены отступить; их возглавил генерал Деникин (1872-1974).

Главная угроза Советской власти в 1918 г. возникла на востоке. 25 мая 1918 г. разразился мятеж 45-тысячного чехословацкого кор­пуса. Чехословакия тогда входила в состав Австро-Венгрии, и этот корпус был сформирован из пленных чехов и словаков, желавших воевать за независимость своей страны. В январе 1918 г. корпус при­няла под свое командование Франция, в марте началась его пере­броска на Западный фронт через Дальний Восток. С заключением Брестского мира большевики стали союзниками немцев, и Троц­кий приказал разоружить корпус. Однако средствами для исполне­ния данного приказа коммунисты не располагали. Красную Армию тогда составляли несколько батальонов латышских стрелков. Убеж­дённые, что большевики хотят выдать их немцам, чехи и словаки взбунтовались. Они захватили железнодорожную магистраль от Пен­зы до Владивостока, вдоль которой растянулись их эшелоны. Сразу на территории от Волги до Тихого океана рухнула Советская власть. Её сменили антибольшевистские правительства. Среднее Поволжье оказалось под властью эсеровского Комуча (Комитета членов Учре­дительного собрания), находившегося в Самаре.

Под контролем красных оставалась четверть территории страны, правда, её самая населённая и промышленно-развитая центрально-европейская часть. Но и здесь было неспокойно. 6 июля, в тот самый день, когда левые эсеры застрелили немецкого посла Мирбаха, вос­стание вспыхнуло в Ярославле, на следующий день — в Рыбинске, ещё через день — в Муроме. Их организовал «Союз защиты Родины и свободы», который возглавлял Савинков. 10 июля поднял мятеж ко­мандующий Восточным фронтом левый эсер М.А.Муравьев. Поддер­жки извне эти бунты не получили и были подавлены, хотя после­дний позволил чехословакам и действующим вместе с ними войс­кам Комуча, Сибирского Временного правительства, уральским и оренбургским казакам занять Симбирск и Екатеринбург. Теперь чехи двигались на запад — по распоряжению руководства Антанты, ре­шившего с их помощью свергнуть Советское правительство, а затем направить их против немцев.

В Екатеринбурге находилась царская семья, весной перевезённая большевиками из Тобольска. Николай, Александра, пятеро их детей, трое слуг и домашний врач, добровольно последовавшие с ними в ссылку, содержались под стражей в доме инженера Н.Н.Ипатьева, реквизированном большевиками. В ночь с 16 на 17 июля 1918 г., за неделю до падения города, в подвале этого дома все они были рас­стреляны. Командовал расстрелом Я.М.Юровский, начальник екате­ринбургской ЧК.

Сообщение ВЦИК гласило, что казнить царя постановил Уральс­кий областной Совет. Казнь его жены и детей советские официальные лица отрицали до середины двадцатых годов, когда в Париже появи­лась книга НА.Соколова, расследовавшего это дело по поручению Колчака. Опубликованные ныне документы неопровержимо доказыва­ют, что решение о расстреле царской семьи приняли Ленин и Сверд­лов. О том, что оно принималось в Центре, свидетельствуют серия убийств в июне—июле 1918 г. всех Романовых, попавших в руки боль­шевиков, да и сама иерархическая структура коммунистической влас­ти, лишающая местные органы всякой самостоятельности.

В основе этого решения лежали вполне рациональные мотивы. Цареубийство показывало белым, что красные будут сражаться до конца. Оно повязывало всю партию и демонстрировало коммунис­там, что пути к отступлению отрезаны. Оно соответствовало и рево­люционной традиции. Ещё Пушкин в оде «Вольность» писал:

Самовластительный злодей! Тебя, твой трон, я ненавижу. Твою погибель, смерть детей С жестокой радости ю вижу.

Расстрел царя, впрочем, страна восприняла равнодушно: смерть стала повседневностью, и к ней привыкли.

Алексеев (скончавшийся 8 октября 1918 г.) и Краснов уговари­вали Деникина пойти на Царицын, чтобы соединиться с наступав­шими с востока антибольшевистскими силами. Деникин предпочёл сначала обеспечить свой тыл и уничтожить красные войска на се­верном Кавказе. Своей цели он добился, Кубань и Северный Кавказ оказались под его контролем. Но возможность образования единого антибольшевистского фронта была упущена, попытки Краснова зах­ватить Царицын только силами своей армии успеха не имели.

Большевики же сумели извлечь урок из чехословацкого мятежа. Не доверяя крестьянам и офицерам, поначалу они пытались со­здать добровольную пролетарскую армию. Теперь они приступили к формированию армии регулярной. Первая советская Конститу­ция, принятая в июле 1918 г., ввела всеобщую воинскую повин­ность для рабочих и крестьян. «Нетрудовые элементы» должны были «отправлять иные военные обязанности». Преодолев сопротивление «военной оппозиции», состоявшей в основном из бывших «левых ком­мунистов», Троцкий привлёк к службе в Красной Армии «военных специалистов» - бывших царских офицеров. Для контроля за ними был создан институт комиссаров, отбиравшихся из надёжных ком­мунистов. В 1919 г. в Красной Армии служило 67 тысяч кадровых офи­церов — вдвое больше, чем в армиях белых ([90], С. 188-189).

Драконовскими мерами, расстреливая отступавших и дезерти­ров, Троцкий сумел навести в Красной Армии твёрдую дисципли­ну и удержать фронт на востоке. В августе красные войска под ко­мандованием С.С. Каменева, бывшего полковника русской армии, перешли в наступление на Восточном фронте и отбросили белых к Уралу. Ударной силой этого наступления были всё те же латышс­кие стрелки, благодаря которым большевики выстояли в 1918 г. Власть Комуча была ликвидирована, состоявшееся в Уфе «Госу­дарственное совещание» сформировало Временное Всероссийское правительство (Уфимскую Директорию). Вскоре оно переехало в Омск, подальше от линии фронта. В качестве «делового органа» при Директории был образован Совет Министров, министром обо­роны стал адмирал А.В.Колчак.

В этих органах власти сосуществовали две группировки: левые, в основном эсеры, и правые — кадеты, офицеры, казаки. Слабость Ди­ректории, весьма напоминавшей правительство Керенского, и не­удачи белых на фронте привели к перевороту в их тылу. 18 ноября 1918 г. офицеры и казаки арестовали в Омске эсеровских лидеров. Всю полноту власти Совет Министров передал адмиралу Колчаку, объявленному «Верховным правителем Российского государства» и «Верховным глав­нокомандующим» его вооруженными силами. Под властью Колчака оказались Урал, Сибирь, Дальний Восток. Его верховенство призна­ли А.И.Деникин, провозглашенный 8 января 1919 г. главнокоманду­ющим «Вооружёнными силами Юга России», и Н.Н.Юденич, ко­мандующий Северо-Западной армией, что, однако, не сделало опера­ции белых более согласованными.

После этого переворота эсеры, а ещё раньше меньшевики при­няли сторону Советской власти и призвали к борьбе с контрреволю­цией. Военной силой, впрочем, эти партии не располагали.

В 1918 г. в российскую смуту вмешиваются иностранные дер­жавы. Германские и австрийские войска оккупировали Украину, в нарушение Брестского мира немецкие части дошли до Дона. Отчасти для противодействия Германии, отчасти для борьбы с большевиками, отчасти для расширения сфер своего влияния, страны Антанты (Англия, Франция, Италия, США, Япония) высадили в Архангельске, Мурманске, Одессе, Крыму, Закавка­зье, на Дальнем Востоке воинские контингента общей числен­ностью в двести тысяч человек. С капитуляцией Германии Антан­та, прежде всего Англия, стала помогать белым оружием и снаря­жением.

Решающие сражения гражданской войны разыгрались в 1919 г. Весной войска Колчака приблизились к Вятке и Волге. Ранее, в ян­варе, красные начали политику «расказачивания» — массового тер­рора против казаков. В марте на Дону вспыхнуло антибольшевистс­кое казачье восстание. Этот мятеж создал условия для перехода в наступление армии Деникина. В начале октября она захватила Курск, Орел, Воронеж, подошла к Туле - главному арсеналу Советской республики и собиралась взять Москву. Армия Юденича подступила к Петрограду, заняв 16 октября Царское Село. Это был самый опас­ный для большевиков момент — они готовились к бегству, запаса­лись конфискованными драгоценностями, печатали царские деньги и фальшивые паспорта.

Но Колчак и Деникин не слишком заботились о том, чтобы координировать свои планы и соединить свои силы. Каждый из бе­лых главнокомандующих рассчитывал выиграть войну самостоятельно. Это позволило красным разбить своих противников поодиночке, со­средотачивая всякий раз перевес на главном участке фронта. В конце апреля перешли в контрнаступление войска Восточного фронта под командованием С.С.Каменева. Поставки оружия Колчаку блокиро­вал японский ставленник атаман Г.М.Семенов, контролировавший Дальний Восток, где Япония хотела создать зависимую от неё рус­скую республику. К концу 1919 г. колчаковские части были разгром­лены. Колчак был вынужден передать командование белыми войс­ками в Сибири и на Дальнем Востоке Семёнову и перейти под охра­ну чехословацкого корпуса. В обмен на свободный проезд к Влади­востоку чехи, по согласованию с союзным командованием, переда­ли адмирала, премьер-министра его правительства В.Н.Пепеляева и находившийся у белых эшелон с государственным золотом захва­тившему власть в Иркутске эсеро-меньшевистскому «Политическо­му центру». 21 января он уступил власть красным. 7 февраля по тай­ному приказу Ленина Колчак и Пепеляев были расстреляны.

Разгромив Колчака, красные обрушились на Деникина. Его сто­тысячная армия была слишком мала, чтобы удержать обширные завоеванные территории, его фронт был слишком растянут. Нео­ценимую услугу оказали красным поляки. Начальник Польского государства Ю. Пилсудский стремился захватить земли «от моря до моря» (от Чёрного до Балтийского), которыми некогда владели Великое княжество Литовское и Речь Посполитая. В 1919 г. польские войска заняли почти всю Белоруссию. Но когда Деникин прибли­зился к Москве, Пилсудский, по секретному соглашению с Со­ветским правительством, остановил свою армию. Белые были го­товы признать независимость Польши в границах, определённых Венским договором 1815 г., красные обещали Украину с Белорус­сией; коммунистическая Россия, как представлялось Пилсудско-му, будет государством значительно менее сильным и потому ме­нее опасным для Польши, нежели Россия белогвардейская, и он решил подыграть большевикам. Благодаря этому, по сведениям Де­никина, красные смогли перебросить с Западного фронта на Юж­ный 43 тысячи человек ([91], С. 179).

В конце октября они разбили белых под Орлом и Воронежем и атаковали по всему фронту. Заодно с ними действовал анархист Н.И. Махно, совершивший конный рейд по деникинским тылам. Понеся большие потери, белые отступили в Крым. Командование над ними Деникин передал П.Н. Врангелю.

Петроград же спас Троцкий. Прибыв в северную столицу, он восстановил боевой дух и дисциплину в красных войсках. Троцкий сменил командующего, фактически отстранил от дел запанико­вавшего председателя Петроградского Совета Зиновьева. (Тот с тех пор Троцкого возненавидел). Белые наступали по ночам — Троц­кий в своём воззвании указал, что они делают это, дабы скрыть свою малочисленность. Красные смертельно боялись нескольких имевшихся у Юденича танков — Троцкий велел обшить бронёй ав­томобили и бросил их в бой. 20 октября, когда белые заняли Пулко­во, председатель Реввоенсовета верхом объезжал позиции и гнал обратно в бой удиравших красноармейцев. Почувствовавшие твёр­дое руководство и обладавшие громадным, пяти-шестикратным численным перевесом красные 21 октября перешли в контрнаступ­ление. К концу 1919 г. армия Юденица была выбита в Эстонию и разоружена её правительством. В ознаменование этой победы Троц­кий был награждён орденом Красного Знамени, а Гатчина в 1923 г. была переименована в Троцк. Это был первый город, названный в честь советского вождя.

Поражения армий Колчака и Деникина делали неизбежной окон­чательную победу красных. Поэтому в 1919 г. почти все иностранные державы вывели войска из России. Однако те государства, что име­ли к ней территориальные претензии, воспользовались смутой, чтобы отнять спорные земли. Румыния оккупировала Бессарабию, захва­ченную Россией в 1812 г. Поляки с разгромом Деникина вновь по­шли в наступление и захватили в апреле—мае 1920 г. Правобереж­ную Украину и Киев.

Но уже в конце мая, добившись превосходства в живой силе и вооружении, Красная Армия контратаковала силами Западного фрон­та (командующий М.Н.Тухачевский) и Юго-Западного фронта (ко­мандующий А.И.Егоров, член РВС Сталин). Изгнание захватчиков было второстепенной задачей этого похода. Его важнейшей целью была мировая революция. Приказ Тухачевского о наступлении за­канчивался словами: «На Варшаву! На Берлин!».

В июле советские войска ворвались в Польшу. Однако, недооце­нив противника, они двигались слишком быстро, что затрудняло их снабжение, и к тому же шли в расходящихся направлениях: Запад­ный фронт — на Варшаву, Юго-Западный — на Львов с тем, чтобы выйти в Чехословакию и Венгрию. Вторжение Красной Армии выз­вало в Польше патриотический подъем, позволивший провести до­полнительную мобилизацию. Франция, заинтересованная в Польше как в противовесе России и Германии, поставила полякам оружие. В результате польские войска разбили под Варшавой армии Западно­го фронта. В плен попали 130 тысяч красноармейцев, из них выжили чуть более половины ([92], С. 236). Угроза окружения вынудила от­ступить и Юго-Западный фронт. Война завершилась подписанием в Риге 18 марта 1921г. советско-польского мирного договора, оставив­шего за Польшей Западную Украину и Западную Белоруссию.

Необходимость борьбы с Врангелем вынудила Советское прави­тельство согласиться на столь выгодные для поляков условия. Пока шла война с Польшей, ему удалось занять прилегающие к Крыму области. Когда бои на западе закончились, на Южный фронт (коман­дующий М.В.Фрунзе) были переброшены 1-я Конная армия под ко­мандованием С.М.Будённого и другие части. Красная Армия вытес­нила противника в Крым, а в ноябре 1920 г. через Перекопский пере­шеек и залив Сиваш вторглась на полуостров. Единственное, что смог сделать Врангель, — это чётко организовать эвакуацию. На судах Ан­танты и Черноморского флота было вывезено 145 тысяч человек. Ос­тавшимся в Крыму белым солдатам и офицерам красные обещали амнистию при условии, что они зарегистрируются и сдадут оружие. Тысячи поверили — и были расстреляны.

В декабре в Крыму и под Харьковом красные разбили части Мах­но — этот ненадёжный союзник теперь не был им нужен. Сам Махно бежал в Румынию. Эвакуация японцев и изгнание белых с Дальнего Востока в конце 1922 г. завершили гражданскую войну.

Следующие обстоятельства принесли победу красным.

Во-первых, красные были едины, группировки же белых по­стоянно враждовали друг с другом.

Во-вторых, красные контролировали центрально-европейские районы страны. Здесь проживало большинство населения, находи­лась большая часть промышленного потенциала, была развитая же­лезнодорожная сеть. Это затрудняло координацию белых армий, облегчало формирование, снабжение и манёвры красных войск.

В-третьих, красные переиграли белых политически. Красный лагерь возглавляли профессиональные политики, ясно осознавав­шие важность политических средств в борьбе за власть. Во главе бе­лых стояли генералы, пытавшиеся взять верх чисто военным путем.

В отличие от красных, белые не строили государство. Их прави­тельства были не более чем гражданским придатком к военному командованию и не имели подчиненных органов власти на местах. В частности, это затрудняло проведение мобилизаций в их армии.

Красные предложили привлекательную идеологию. Многие люди питали чисто религиозную веру в то, что сражаются за земной рай — коммуну.

Роковой для белых явилась и бескомпромиссная приверженность лозунгу «единой и неделимой России». Они упорно отказывались при­знавать независимость или автономию национальных окраин России, лишая себя потенциальных союзников. Скажем, Колчак и Деникин не позволили Юденичу признать независимость Финляндии, и финны отказались участвовать в походе на Петроград. Красные же очень часто эту независимость предоставляли, отбирая её впоследствии.

Наконец, красные «купили» крестьянство, составлявшее 80% населения страны, разрешив раздел помещичьей земли. Белые же так и не выработали приемлемой для крестьян политической про­граммы. Идеология белых выражалась термином «непредрешение». Это означало, что они воюют ради свержения большевистской дес­потии, а уж затем избранные тем или иным способом Националь­ное собрание либо Земский собор определят государственный строй. Другими словами, они не давали гарантий, что земля, захваченная крестьянами, останется в их владении и что им не придется отве­чать за грабеж помещичьих имений. Поэтому крестьяне предпочли красных как «меньшее зло». Поддержка крестьянства, хотя и услов­ная, обеспечила численное преимущество красных, которое белые не смогли компенсировать превосходством в профессиональной во­енной выучке. К концу 1919 г. Красная Армия насчитывала три мил­лиона человек, тогда как совокупная численность армий Колчака, Деникина, Юденича не превышала 600 тысяч.

Гражданская война велась с крайним ожесточением с обеих сто­рон. Красные в ходе политики «расказачивания» истребили сотни тысяч казаков. Еврейские погромы, чинившиеся белыми, красны­ми, казаками, украинскими националистами, бесчисленными бан­дами, словом, всеми подряд, унесли десятки тысяч жизней. Органы контрразведки белых, созданные по образу и подобию ЧК, уничто­жали всех попадавших в их руки комиссаров и коммунистов. Белые беспощадно расстреливали пленных офицеров, служивших в Крас­ной Армии; так же поступали красные с белыми офицерами. Насе­ление России (без учета отпавших в гражданскую войну террито­рий) за 1918-1922 гг. сократилось на 14,3 миллиона человек. С учё­том естественного прироста убыль населения от вызванных смутой причин можно оценить примерно в 20 миллионов. Из них 2,5 милли­она — жертвы боевых действий, 2,0 миллиона — эмиграция, 3,0-5,0 миллионов - жертвы голода в Поволжье, остальные — жертвы эпи­демий и террора ([93], С. 97-104).