Глава 10. Институциональные проблемы переходного периода... 239

В случае обнаружения нарушений вышестоящий начальник стоял перед выбором — как использовать полученную информа­цию. Зачастую в командной экономике эта проблема решалась не в пользу эффективности производства. Начальник и его под­чиненный заключали между собой неформальное соглашение, которое предусматривало сокрытие правдивой информации от начальника более высокого уровня, а распределение выгод от подобного сотрудничества происходило уже между двумя участ­никами подобного соглашения. В случае, если вышестоящий начальник узнавал о нарушениях, то, как правило, и он вступал в данное соглашение, получая определенный процент за «молча­ние», который вынуждены были уступить ему первоначальные участники сделки, чтобы избежать наказания. Таким образом, вся бюрократическая система была покрыта сетью подобных неформальных отношений, ставших основными в командной экономике.

В командно-административной системе сфера влияния бюрократии значительно шире, чем в рыночной. Это связано с особенностями системы управления, которая охватывала всю структуру хозяйственных связей и организация которой во многом была обусловлена интересами бюрократического аппарата. Монополия на информацию, возможность отдельных чиновников определять порядок доступа к этой информации для различных категорий экономических субъектов, условия ее получения, а также распоряжения ресурсами способствова­ли повсеместному развитию коррупции, установлению много­численных запретов и ограничений, способствующих получению бюрократической ренты.

По мнению М. Олсона1, любое законодательство или огра­ничение, вводящее «рынок наоборот»2, создает практически у

'Олсон М. Рассредоточение власти и общество в переходный период. Лекарство от коррупции, распада и замедления темпов экономического рос­та// Экономика и математические методы. — 1995. — Т. 31. — Выпуск 4. — С. 53-81.

2Под этим термином М. Олсон понимает систему, в которой правительство своими действиями (фиксация цен, объемов производства, предписание и т.д.) придает рынку уродливые формы. Частный сектор при этом в действитель­ности не ликвидируется, а переходит «в тень».

всех участников побудительные мотивы к нарушению закона и, скорее всего, приведет к росту коррупции и преступности в рядах правительственных чиновников. Таким образом, одна из причин, по которым многие общества поражены коррупцией госаппарата, заключается в том, что почти все частные деятели имеют побудительные мотивы к нарушению закона, при этом ни у кого нет побудительных мотивов сообщать о таких нарушениях властям.

Будучи пойманными на нарушении закона, все стороны, за­ключившие сделку, имеют один и тот же побудительный мотив уговорить или подкупить поймавшего их представителя власти, чтобы избежать наказания. Не только совокупный побудитель­ный мотив частного сектора советует ему обходить закон, но и все побудительные мотивы, характерные для частного сектора, оказываются на стороне тех, кто нарушает правила и постанов­ления. Когда таких нарушений слишком много, само правитель­ство становится коррумпированным и неэффективным.

Еще одна проблема, которая очень остро стояла в командной экономике, причем на всех уровнях — от рядовых работников до руководящего (управленческого персонала) аппарата, — это проблема оппортунизма.

А. Алчиян и Г. Демсец как одно из важнейших преимуществ фирмы рассматривают кооперацию, когда совместное использо­вание какого-либо ресурса в составе целой «команды» способ­ствует достижению лучших результатов, чем индивидуальное. Однако коллективное производство часто затрудняет определе­ние вклада каждого члена коллектива в процесс производства, порождая, таким образом, стимулы к оппортунистическому поведению (отлыниванию). Выходом из создавшегося поло­жения может быть организация системы контроля (надзора) за деятельностью каждого из работников. Чтобы контроль был эф­фективным, функция контроля может быть возложена на одного из руководящих работников — собственников предприятия. Однако даже в условиях рыночной экономики эта проблема остается нерешенной, поскольку возможности контролирую­щего агента по предотвращению «отлынивания» ограничены и с определенного момента издержки коллективной деятельности

Глава ТО. Институциональные проблемы переходного периода... 241

начинают превышать выгоды, что сдерживает дальнейшее рас­ширение фирмы1.

Развивая данные положения применительно к командной экономике, можно отметить, что решение проблемы «отлыни­вания» представлялось здесь еще более сложным.

Во-первых, следует назвать проблему контроля, которая была вызвана фактическим отсутствием самого собственника, способного осуществлять независимый от внешних факторов контроль, поскольку поведение самого контролирующего агента как правило, было оппортунистическим по отношению к воз­ложенным на него обязанностям.

Во-вторых, уравнительная система распределения способ­ствовала созданию стимулов для «отлынивания».

В-третьих, в командной экономике сочетание неэффективно­го контроля с уравнительной системой оплаты труда привело к институционализации оппортунистического типа поведения не только отдельных индивидов по отношению к предприятию, на котором они работали, но и целых коллективов по отношению к государству — ситуация, когда большая часть работников знала о совершаемых на предприятии нарушениях, но не сообщала о них в вышестоящие органы.

Если бы все социалистические предприятия, все домашние хозяйства, все население страны действовали строго в рамках официально установленного законодательства в хозяйственной сфере, то вряд ли такая экономика вообще могла бы существо­вать, а люди — нормально жить. Не нарушать законы в системе с централизованным управлением означает, что предприятия каким-то чудом выполняют плановые задания в условиях тоталь­ного дефицита всех ресурсов; рабочие и колхозники не воруют, не выносят продукцию со своего завода (нелегально), чтобы потом ее продать на «черном рынке» и таким образом получить дополнительный доход к нищенской заработной плате или об­менять на какой-нибудь дефицитный товар, и т.д.

Правда, нужно заметить, что в условиях жесточайшей сталин­ской диктатуры тотальный контроль и репрессии не позволяли

'Alchian A., Demsetz G. Production, Information Costs and Economic Organization //American Economic Review 62(4), December, 1972.

предприятиям в сколь-нибудь значительных масштабах занимать­ся «левой» деятельностью. Однако огромные затраты, связанные с таким тотальным контролем, становились все непосильнее для советской системы. Поэтому, как только ослабевал репрессивный аппарат, так тут же масштабы теневой экономики начинали быс­тро расти. По этому поводу Г. Явлинский отмечает, что вся логика развития планового хозяйства после утраты жесткого сталинского контроля — это прогрессирующий паралич собственника — госу­дарства и наращивание мускулов агентами — предприятиями1.

Рассматривая проблему «принципал — агент» применительно к командно-административной системе (при социализме прин­ципалом выступает государство, а агентами — социалистичес­кие предприятия), можно констатировать тот факт, что пока у принципала был реальный контроль за деятельностью агентов (как при сталинской диктатуре), теневая экономика была не столь велика. По мере того, как реальный контроль утрачивал­ся, все больше реальных прав сосредотачивалось у директоров предприятий, и теневой сектор разрастался очень быстро.

Это объяснялось тем, что плановая продукция сама по себе не интересовала руководство государственного предприятия, а также его трудовой коллектив: если продукция производилась в рамках планового задания, то ее было необходимо всю без остатка сдать государству, и продажа на «черном» рынке была невозможна. Следовательно, чтобы реализовать продукцию на свободном рынке, ее нужно было исключить из государствен­ной плановой отчетности. То же самое касалось и выделенных государством материальных ресурсов, или фондов. Если часть этих фондов удавалось реализовать на «черном» рынке, то доход оставался в распоряжении предприятия.

Нелегальная деятельность включала в себя: двойную бухгал­терию, прямые кражи государственного имущества, использо­вание оборудования, энергии, прочих ресурсов предприятия в рабочее и нерабочее время для работы по «левым» заказам, создание за счет средств предприятия директорских фондов для поощрения «нужных» людей и т.п.

'Явлинский Г. Экономика России: наследство и возможности. — М.: ЭПИцентр, 1995. - С. 29.