Глава 8. Теневая экономика в мировой хозяйственной системе... 185

Наибольших масштабов теневой сектор за первые пять лет реформ достиг в Азербайджане и Грузии — соответственно 60,6 и 62,6 % от ВВП. Далее следовала Россия — 41,6 %, за ней с незначительным отрывом Болгария — 36,2, Молдова — 35,7, Латвия — 35,7, Казахстан — 34,3 %.

6. Теневая экономика в России

По оценке мировых финансовых институтов, в России ежегодно отмывается до 100 млрд долл., а объем теневой эко­номики превышает 40 % валового внутреннего продукта. Об этом сообщил заместитель генерального секретаря ООН Пино Арлакки на международной конференции в Санкт-Петербурге по проблемам борьбы с теневой экономикой и легализацией доходов, полученных незаконным путем1.

По данным МВД РФ, в 1990—1991 гг. в теневой экономике производилось от 10 до 11 % ВВП, в 1993 г. - 27, в 1994 г. - 39, в 1995 г. — 45, в 1996 г. — 46. С теневой экономикой связана деятельность 58—60 млн чел.2 Данные Госкомстата значительно ниже: 1992-1994гг. - 9-10 %, 1995 г. - 20 %, 1996 г. - 23 %3. По данным Госкомстата на май 2002 г., в теневом секторе экономики было занято 15,4 % от общей численности работающих.

В эпоху «перестройки» (1985—1990 гг.) считалось, что теневая экономика является порождением командно-административной системы и что с переходом к рынку она исчезнет сама собой. Однако все произошло с точностью до наоборот.

В процессе неуправляемой реструктуризации народного хозяйства и спонтанной приватизации наблюдался значитель-

1 Материалы международной конференции «Теневая экономика и легали­зация доходов, полученных незаконным путем», организованной Правитель­ством РФ и УКНПП (Управлением Организации Объединенных Наций по контролю за наркотиками и предупреждению преступности) и состоявшейся в Санкт-Петербурге 5—6 июня 2001 г.

2Косалс Л. Теневая экономика как особенность российского капитализма // Вопросы экономики. — 1998. — № 10. — С. 59.

'Пономаренко А. Подходы к определению параметров «теневой экономи­ки» // Вопросы статистики. — 1996. — № 1.

ный рост хищений и воровства. Государственные чиновники «приватизировали» крупнейшие и наиболее прибыльные пред­приятия, сырье и материалы; директора предприятий — сырье и оборудование; рабочие — детали и инструменты; владельцы инвестиционных компаний — деньги у населения и т.д. Бюро­кратия наглядно демонстрировала феномен рентоориентиро-ванного поведения.

На тесную связь теневой экономики и коррупции указывают И. Клямкин и Л. Тимофеев. По их мнению, «главная и самая очевидная особенность теневых экономических отношений в России состоит в том, что они принципиально неотделимы от коррупции» (см. также главу 10)'. Авторы подчеркивают, что «под­польная экономика» в ее современном отечественном вариан­те не только не противостоит экономике «формальной», но и тесно интегрирована в нее. Иначе говоря, в основе нелегальных экономических отношений в России лежит возможность при­ватизировать любое общественное благо (в частности, любой закон) и пустить его в теневой оборот2. Теневая экономика в России, таким образом, выступает как приватизированное го­сударство, или, по выражению И. Клямкина и Л. Тимофеева, теневое «парагосударство». В этом «парагосударстве» функции, которые, в принципе, должны быть исключены из рыночного оборота (например, суд, армия, законотворчество и др.), утра­чивают характер общественного блага и становятся предметом купли-продажи.

С началом рыночных реформ, если за точку отсчета принять либерализацию цен в январе 1992 г., появились новые стимулы для развития теневой и неформальной экономики:

— неспособность государства выполнять свои функции;

— нарушение «status quo» в обществе (проблема «безбилет­ника»);

— ослабление системы наказания;

— развал системы правовых институтов;

— рост коррупции;

1

'Клямкин И., Тимофеев Л. Теневая Россия. Экономико-социологическое исследование. — М.: РГГУ, 2000. — С. 11.

2Там же. — С. 11. Ai, па