10. Проблема непризнанных государств на современном этапе

В современной международной политике понятие сепаратизма обретает особую роль. Сегодня остро стоит вопрос о праве этносов на самоопределение и в то же время территориальной целостности государств. Последние события в Косово и республиках на постсоветском пространстве, включая грузино-югоосетинский конфликт, сделали крайне актуальным вопрос о современной трактовке прав наций на самоопределение.

В данной статье автором предпринята попытка классификации сепаратистских движений с учетом сложившейся ситуации в современной международной политике. Нами было выделено два основания для классификации: 1) причина возникновения сепаратизма в регионе и инструменты борьбы; 2) интенсивность деятельности сепаратистских движений.

Согласно первому основанию типы сепаратистских движений, на наш взгляд, можно разделить на три группы:

1) этно-региональный, существующий в странах с высоким уровнем жизни. Основой конфликта выступает требование отделения по этническому либо региональному признаку.

2) националистический, основанный на радикальном национализме, в странах с перманентным кризисом, неустойчивой политической системой.

3) умеренно-автономистский, характерный для стран, где проводится политика деволюции, и расширяются права национального меньшинства.

Инструменты борьбы и интенсивность деятельности, также взятые нами в качестве критериев, позволили классифицировать характер сепаратистских движений следующим образом:

1. радикальный;

2. умеренно-радикальный;

3. умеренный;

4. либеральный.

Радикальный характер деятельности присущ группам, ведущим боевые действия, готовых к проведению этнических чисток, не учитывающих мнения национального меньшинства.

Умеренно-радикальная деятельность характеризует организации, которые ведут террористическую войну, но вместе с тем не ставят перед собой цель физического уничтожения доминирующей нации на собственной территории.

Умеренный сепаратизм, в первую очередь, ставить цель провозглашения суверенитета, основываясь на национальной исключительности, при этом во главу угла ставится политическая борьба, мифологизация собственной истории.

Либеральный тип сепаратизма присутствует в государствах, где меньшинства используют фактор национальной идентичности в сфере развития культуры и языка.

Учитывая нашу систему классификации, мы сможем рассмотреть несколько очагов сепаратизма в современном мире и присвоить им статус напряженности.

Такие «горячие точки» как Баскония, Каталония, Шотландия, Северная Ирландия мы можем идентифицировать как этно-региональный по типу и умеренно-радикальный по своему характеру.

Отдельно хотелось бы остановиться на проблеме Каталонии и Басконии в Королевстве Испания. Фашисткой режим Франко лишил автономии эти регионы, а политические партии и общественные организации были запрещены. В период демократических реформ в конце 70-х годов прошлого века автономные права Каталонии и страны басков были не только возвращены, но и существенно расширены. Более того, в последнее время в местных парламентах доминируют депутаты от региональных партий, а не общеиспанских.

Но вместе с тем местная элита не удовлетворена действующим положением вещей. К примеру, Баскская национальная партия имеет своей целью проведение референдума о статусе «свободно объединенного государства с Испанией», то радикальная партия «Эрри Батасуна» настаивает на полной независимости Басконии по обе стороны Пиренеев.

В то же время идет процесс нагнетания напряженности ситуации со стороны Каталонии. На последних выборах в каталонский парламент победила партия «Левые республиканцы Каталонии», которая вместе с другими местными политическими силами добилась признания за каталонцами права наряду с испанцами считаться государствообразующей нацией. В итоге, сделав Каталонию более «равной» среди других автономных сообществ Испании, местные политики способствовали нагнетанию напряженности вокруг этой взрывоопасной темы. Все чаще звучат призывы об изменении Конституции Испании в сторону федерализации страны.

В конце 1990-х – начале 2000-х годов правительство консерваторов из Народной партии проводило политику давления на Каталонию и Басконию. Какие-либо переговоры с ультрарадикалами из ЭТА были исключены, даже партия «Эрри Батасуна» не признавалась в качестве возможного посредника. Пришедшая на место консерваторов ныне правящая «Испанская социалистическая рабочая партия» (ИРСП) заняла иную позицию. Именно в процессе диалога с ней каталонцы получили статус титульной нации. Социалисты пошли на контакт и с группировкой ЭТА, что привело к обещанию ее руководства отказаться от террора. Но взрыв в аэропорту в 2006 году поставил под угрозу миротворческие усилия правительства Сапатеро.

В 1990 году лейбористы, которые пришли к власти в Великобритании, приступили к непростому процессу деволюции – укреплению автономных начал в административно-политических частях, составляющих Соединенное Королевство. Одна из этих частей – Шотландия - сопоставима с Каталонией. Другая - Северная Ирландия - по взрывоопасности схожа со страной басков. В британском политическом пространстве уже более 70 лет действует Шотландская национальная партия (ШНП), идеологической платформой которой являются богатое историческое прошлое региона и экономические причины (залежи нефти в Северном море).

В процессе деволюции лейбористы пошли на значительное расширение местной автономии. В 1999 году, впервые за 300 лет, были проведены выборы в шотландский парламент, где с убедительным перевесом победила ШНП. При этом Эдинбург получил суверенные права в области многих вопросов внутренней, а также социально-экономической политики.

Вместе с тем Лондону удалось снять напряжение в таком опасном и сложном регионе как Северная Ирландия, пойдя на уступки в сфере предоставления дополнительных полномочий местной Законодательной ассамблее, существенно расширявших ее самоуправление. В то же время ИРА официально заявила о прекращении своей деятельности. И что самое важное протестантская община, в лице ее лидера Иана Пейсли, выразила готовность войти в коалицию с руководством Шин Фейн.

Британский сценарий решения региональных проблем является более продвинутым, нежели испанский. Благодаря уступкам и постоянному диалогу Лондону удается держать ситуацию под контролем, постепенно снимая напряжение в горячих регионах. В итоге, в Соединенном Королевстве признаки радикального и умеренно-радикального сепаратизма уступают место более умеренным позициям местных элит.

Одним из ярких примеров регионального сепаратизма, требующего поиска механизма решения данной проблемы, является Лига Севера с идеей создания Паданской Республики на севере Италии либо федерализация Аппенин. В данном регионе сепаратизм носил умеренный характер. Лига Севера не проводила каких-либо боевых действии и не вела террористическую войну с центральным правительством. Напротив, северяне акцентировали внимание на том, что их регион более развит промышленно и тяготеющие к кельтско-германской культуре не должны «кормить» «бездельников с Юга» и «нахлебников из Рима». Также следует учитывать, что Южная Италия принадлежит к романской культуре, имеющей свою специфику.

В 2006 году лигисты вынесли на референдум радикальный проект деволюции, который превращал Италию в федеральное государство. Однако две трети населения проголосовали против данного проекта, тем самым, нанеся удар «по ползучему сепаратизму». Проблема регионов северной Италии относится сугубо к проявлению регионального сепаратизма, вызванного историческим разделом Италии (север Италии принадлежал Франции, Австро-Венгрии). В итоге умеренный сепаратизм не дал ростков, чтобы оформится в умеренно-радикальный.

Вместе с тем есть пример, когда сепаратизм может принимать либеральные формы. Ярким примером выступает Финляндия, где 6% населения составляют шведы. В Финляндии существуют Шведская народная партия, шведский язык объявлен вторым государственным и как такового сепаратизма в Финляндии нет, поскольку усилия правительства направлены на развитие языка и национальной идентичности шведов, проживающих в Финляндии.

Примерами националистического сепаратизма, имеющего радикальный характер, являются регион Цхинвали (Южная Осетия) и Абхазия. Конфликт, начало которому было положено еще в начале прошлого века, не завершился и по сей день. После проявления агрессии России по отношению к Грузии и признания данных государств, встал вопрос о легитимности подобного признания.

Усиление конфликта произошло в начале 1990-х годов ХХ века с распадом СССР, когда большая часть осетин тяготела к России, выражая волю отделиться от Грузии. Для Грузии регион Цхинвали имеет не столько геополитическое, сколько моральное и историческое значение. На территории региона расположены древние памятники грузинской истории, церкви, которые являются святынями для каждого грузина. Осетины, претендующие сегодня на данную территорию, из-за малоземельности переселились в данный регион в XIX веке и стали крепостными грузинских помещиков, владевших этими землями.

Вместе с тем конфликт мог быть решен в течение последних пятнадцати лет. Однако внешние факторы, включая вмешательство России и интересы России на Кавказе, выступили препятствием. В течение пятнадцати лет, российское правительство выдавало паспорта осетинам, получавшим, следовательно, статус граждан России. В течение пятнадцати лет Российской Федерацией проводилась политика отделения, дававшая надежду сепаратистам на скорое провозглашение независимости или же присоединение к России. В итоге, после многочисленных провокаций со стороны сепаратистов, а также срывов переговоров, грузинское правительство начало операцию по наведению конституционного порядка в регионе (аналогия с первой и второй чеченской войной). Россия решила военными силами на чужой территории, силами министерства обороны, провести операцию по принуждению к миру (фактически совершила акт агрессии по отношению к Грузии).

Для решения проблем вышеозначенных регионов, на наш взгляд, властям следует, в первую очередь, учитывать мнение национальных меньшинств, проводить поэтапную и последовательную политику деволюции, создавать благоприятные условия для развития языка, культуры и национальных традиций меньшинств. Ярким примером здесь может послужить Финляндия, чей опыт был нами также рассмотрен в данной статье.