4. Терминологический аппарат эстетической деятельности

Эстетическое восприятие – духовно-культурное присвоение личностью общечеловечески значимого в реальном мире.

Эстетическое представление – результат эстетического восприятия, закрепленный в образе воспринятого объекта.

Эстетическое впечатление – память об эстетических представлениях, их оценка и закрепление в сознании.

Эстетический вкус – система эстетических предпочтений и ориентаций, основанная на культуре личности и на творческой переработке эстетических впечатлений. И. Бродский пишет: "Чем богаче эстетический опыт индивидуума, чем тверже его вкус, тем четче его нравственный выбор, тем он свободнее – хотя, возможно, и не счастливее. Именно в этом, скорее прикладном, чем платоническом смысле следует понимать замечание Достоевского, что "красота спасет мир" или высказывание Мэтью Арнолда, что "нас спасет поэзия". Мир, вероятно, спасти уже не удастся, но отдельного человека всегда можно. Эстетическое чутье в человеке развивается весьма стремительно, ибо, даже не полностью отдавая себе отчет в том, чем он является и что ему на самом деле необходимо, человек, как правило, инстинктивно знает, что ему не нравится и что его не устраивает" (Бродский. 1991. С. 10).

Эстетический идеал – представление о высшей гармонии и совершенстве в действительности и в культуре, которое становится целью, критерием и вектором деятельности человека. Идеал формируется путем отбора лучших эстетических ориентаций, продиктованных эстетическими вкусами. Явление оценивается путем его сопоставления с идеалом. Идеал не совпадает с действительностью и является гиперболизацией лучшего в ней, домысливанием желаемого, но еще не существующего, потребность в чем уже возникла и была осознана. Народ создающий идеал, создает и гениев, приближающихся к этому идеалу и приближающих к нему реальность. Вл. Соловьев в работе "Первый шаг к положительной эстетике" отмечает, что человек вырабатывает свое отношение к явлению исходя из того, согласно ли оно с идеалом всеобщей солидарности или противоречит ему, направлено ли к осуществлению истинного всеединства или противодействует ему.

Эстетическая концепция – теоретически осмысленный опыт эстетической деятельности людей.

Эстетические взгляды – система эстетических концепций, господствующая в данном обществе и определяющая эстетическую и художественную практику людей, ценностные аспекты их материальной и духовной деятельности.

Художественная культура общества – совокупность художественного творчества, его продуктов (произведения искусства), учреждений, готовящих кадры художественной интеллигенции (вузы, училища, студии) и обеспечивающих социальное функционирование искусства (музеи, библиотеки, кинотеатры, театры, концертные залы).

Эстетическая культура общества – художественная культура общества в единстве со всеми формами эстетической деятельности и с учреждениями, обеспечивающими ее.

Эстетические взгляды, вкусы, идеалы определяют все формы эстетической деятельности и ее продукты.

============20 Прекрасное и безобразное в действительности и в искусстве.

Высшая эстетическая ценность - «прекрасное».

Секрет красоты - это секрет жизни. Разгадать его - значит понять истоки человече¬ского бытия. Над этой загадкой человечество размышляет уже на протяжении более 25 веков.

Прекрасное - это высшая эстетическая ценность, которая рождается, когда формы ок¬ружающей нас реальности совпадают с нашими представлениями о совершенстве или о том, что способствует совершенствованию жизни.

Итак одной из основополагающих категорий эстетики является категория "прекрасное", которая выражает высшую эстетическую ценность. Ее содержание столь же трудно оп¬ределимо, как и категории эстетическое. Содержательную сторону прекрасного следует рассматривать в ценностном аспекте. Каждый предмет или явление обладает формаль¬ными признаками, которые бы делали их прекрасными. Все они способны так или иначе удовлетворять эстетические потребности людей и, следовательно, выступают в качестве эстетических ценностей. Предметы же, обладающие такими свойствами, назы¬ваются красивыми и прекрасными. В этой связи необходимо сопоставить категории прекрасное и красивое.

Объективным основанием и предпосылкой красоты является связь взаимоотношений различных составных компонентов явлений - их пропорции, ритм, соотношение частей и целого, их структура и организация, пространственная и временная форма, насколько все это воспринимается и переживается чувствами человека, способного и понимать эти взаимосвязи, и получать от этого эстетическое удовлетворение.

Красота выступает как соразмерность формы предмета, его содержания, функции, а также как соразмерность восприятию человека, его мировоззрению, духовности. Кате¬гория красоты в большей мере акцентирует форму эстетического в объекте и отноше¬ние к ней человека настолько, насколько эта форма выступает для него мерой человече-ского освоения действительности. Следовательно, категория красоты обусловлена ха¬рактером практики, трудовой деятельности и характером социальных отношений, то есть условиями жизни, быта, воспитания, природной, эстетической и социальной сре¬дой. И лишь по мере того, как человек становится субъектом всемирной истории, фор¬мируется его способность понимать и чувствовать красоту всякого природного и соци¬ального контекстов.

Категория же прекрасного включает в себя содержание категории красоты, хотя и не в полном объеме. Она существенно отличается от последней. Здесь акцент ставится на человеческом понимании содержания красоты. Прекрасное - категория, выражающая единство красоты и добра. В категории прекрасного выражен и подчеркнут именно об¬щечеловеческий смысл эстетической ценности. Внешняя, формальная правильность, организованность и гармоничность объекта здесь не то чтобы не имеют значения, а подчинены нравственному, проявляются только в свете нравственного содержания, благожелательного расположения к человеку. По мере того, как объект обнаруживает свое положительное отношение к человеку, как в нем раскрывается мера человека, рас¬познается сообразное человеку содержание, весь его формальный строй оказывается организованным этим содержанием и приобретает новую целостность и новую гармо¬нию, которая определяется как прекрасное.

Прекрасное в человеке, обществе связно прежде всего с деятельностью, ее характе¬ром и направленностью. Насколько в продуктах деятельности, в ее результатах пред¬метно воплощается человеческая мера, богатство человеческой духовности, насколько целью этой деятельности оказывается сам человек, настолько она приобретает достоин¬ство прекрасного. Поэтому можно сказать, что прекрасное выступает как непосредст¬венно воспринимаемая мера человеческой свободы.

В обществе прекрасное реализуется как эстетический идеал - справедливое социаль¬ное взаимоотношение между людьми. В природе прекрасное связано с закономерностью и целесообразностью природных явлений и выражается в свободном труде человека-творца, создающего вторую природу.

Поскольку прекрасное существует в объективной действительности, постольку оно мо¬жет быть отражено в своих непосредственных и опосредованных сознанием и вообра¬жением формах, в предметных наглядных образах. Так можно подойти к пониманию прекрасного в искусстве, которое представляет собой жизненную правду, передовую идею, гуманизм, выраженный в высокохудожественных образах и формах.

Эстетическое начало играет первостепенную роль в художественной деятельности, в искусстве. Оно выступает и как объект художественного отражения, и как критерий со¬вершенства художественного произведения в целом. Искусство не только отражает прекрасное и утверждает его, но и исследует безобразное во всех его проявлениях с це¬лью страстного отрицания последнего, искоренения его социальных источников.

От прекрасного в действительности к прекрасному в искусстве и от прекрасного в ис¬кусстве к новым свершениям - таков диалектический путь взаимоотношения и взаимо¬связи действительности и искусства, правды и красоты.

Прекрасное как категория эстетики обладает особенностями:

1. объективная основа прекрасного отражена в так называемых законах кра¬соты: законах симметрии, меры, гармонии, ритма и т.д.;

2. прекрасное имеет конкретно-исторический характер;

3. представления о прекрасном зависит от образа жизни. Например, изяще¬ство и утонченность дворянок у крестьян воспринимались как признак болезни, слабо¬сти;

4. идеал прекрасного определяется особенностями национальной культуры. Красивая девушка на Востоке сравнивается с луной, а у славян - с березой;

5. представления о прекрасном обусловливается уровнем индивидуальной, личностной культуры, особенностями эстетических вкусов, обычаев, способов эстети¬ческого воспитания в семье, в ближайшем окружении;

6. прекрасное имеет специфическое проявление в разных сферах действи¬тельности. Говоря о прекрасном в природе, имеется в виду прежде всего форма ее явле¬ний. В человеке как прекрасное оценивается его внешний вид, поведение, внутренний мир, результаты его деятельности. Человечество выработало особую форму духовной жизни - искусство.

Прекрасное в искусстве - его художественная ценность - обусловлено правдивым отражением жизни (красота истины), выражением гуманистических идеалов, а также мастерством, создающим форму, гармонически соответствующую содержанию.

Эстетическая категория - «безобразное».

Безобразное - антипод, противоположность прекрасного. Эта категория обозначает нечто отталкивающее, вызывающее неудовольствие вследствие дисгармоничности, не¬соразмерности, неупорядоченности и отображает невозможность или отсутствие со¬вершенства. Безобразное имеет с прекрасным диалектическую связь. Эта связь проявля¬ется в нескольких аспектах:

1. безобразное в негативной форме содержит представление о положительном эстетическом идеале и выражает скрытое требование или желание воз¬рождения этого идеала;

2. прекрасное и безобразное - это периоды развития одного и того же явле¬ния, процесса. Явно это прослеживается в природе. Слова шекспировского Гамлета о том, что даже такое божество как Солнце, плодит червей, лаская лучами падаль. Шек¬спир считал такое превращение свойством природы и общества;

3. прекрасное и безобразное относительны. Еще Гераклит мудро заметил: «Из обезьян прекраснейшая безобразна, если сравнить ее с человеческим родом...Из людей мудрейший по сравнению с богом покажется обезьяной и по мудрости, и по кра¬соте и по всему остальному».

Различают внешнее проявление безобразного - гниение, болезнь, распад - и внутрен¬нее. Относительно человека - это моральное разложение, моральная деградация.

Безобразное, или не имеющее образа, формы, несоразмерное ни с чем, дисгармоничное выступает как отрицание эстетических ценностей, как уродливое, противоположное и враждебное добру и красоте. Именно потому, что безобразное есть антипод образа, лика, то есть человеческой формы и, следовательно, лишено человеческого содержания, оно антигуманно и зло. Таким образом, безобразное есть единство уродства и зла, вы¬ступающее в чувственной наглядности. А если безобразное еще и чрезвычайно по своим масштабам и силе, если оно активно обращено против человека, подавляет и уничтожает его, грозит его существованию, то оно приобретает характер низменного. Низменны чувства и страсти, ведущие к распаду личности, разрушающие духовно-нравственные устои человека. Низменны силы, обращающие человека в рабство, унич¬тожающие его свободу.

Прекрасное и возвышенное и их антиподы безобразное и низменное порой очень трудно различить, ибо безобразное часто прячется под личиной красоты, за ее внеш¬ними формальными признаками, а низменное чаще всего надевает на себя форму воз¬вышенного.

Соотношение и содержание основных компонентов эстетического в явлениях без¬образного приобретают противоположную направленность по сравнению с прекрас¬ным. Это вполне логично, хотя бы потому, что безобразное нередко является результа¬том разрушения красоты. Безобразное, воплощая в себе отрицательную ценность, раз¬рушает единство природного и социального, которое было присуще прекрасному. В нем количественное изменение природного разрушает ценность природного.

В безобразном форма максимально выражает отрицательные смыслы, значения. Та¬ким образом, безобразное также является выразительным предметом. Но выразитель¬ность в данном случае показывает все отрицательно. Безобразное становится воплоще¬нием ложного. Несовершенство в нем прогрессирует до игнорирования совершенства целесообразности.

Благодаря восприятию безобразного в субъекте утверждается его (субъекта) положи¬тельная, ценностная шкала, значимость чувства красоты.

========21 Возвышенное и низменное в действительности и в искусстве.

При сопоставлении возвышенного и низменного с прекрасным и безобразным бросается в глаза, что эти две пары эстетических категорий близки по своему смыслу. И действительно, как мы могли убедиться, изучая историю эстетики, они произросли из общего корня. Даже после того, как они приобрели самостоятельный эстетический смысл, во многих случаях одно и то же явление могло быть оценено и как прекрасное, и как возвышенное или, напротив, и как уродливое, и как низменное. Например, в знаменитом гоголевском описании Днепр одновременно и “чуден” и “величав”.

Разумеется, далеко не всегда эстетическая характеристика явления бывает двойственной. Любуясь ручейком, мы назовем его, возможно, красивым, прекрасным, но ощущения величия в нашей душе он не вызовет. Эстетически оценивая манеры хорошо воспитанного человека, мы говорим, что он прекрасно умеет вести себя. Но было бы нелепо назвать его манеры возвышенными.

Таким образом, близость этих категорий вовсе не является их тождеством. Генетическая и логическая связь прекрасного с возвышенным коренится в том, что они являются положительными ценностями, говорящими о причастности предмета к нашему идеалу, тогда как безобразное и низменное – свойства отрицательные, выражающие враждебность предмета к идеалу, эстетические антиценности.

Отличие же одной пары эстетических качеств от другой проистекает из того, что соотношение реального и идеального имеет в каждой из них особый характер. Определяя это отличие наиболее общим образом, можно сказать, что прекрасное и безобразное выражают соотнесение реального и идеального в качественном отношении, возвышенное и низменное – в отношении количественном.

Следует сразу же говорить, что в любом предмете его качественная и количественная определенности неразрывно взаимосвязаны. Реально нет качества вне количества и количества вне качества, и в эстетических свойствах предметов оба эти момента находятся в нераздельном единстве. Однако взаимоотношение между ними весьма неустойчиво, и потому эстетическое значение количественного фактора не является постоянным.

В прекрасном отношение качества и количества имеет вид такого гармонического соответствия, которое философия называет мерой, в возвышенном же количественная сторона выступает на первый план и развивается столь активно, что разрывает границы меры, порождая безмерное и чрезмерное. Возвышенным оказывается такой предмет, такое явление, такой поступок, в котором с исключительной силой, с необыкновенным могуществом, с всепоглощающей энергией проявляется человеческий идеал. Низменным же становится такой характер, такое явление или действие, в котором столь же безмерно и всемогуще воплощаются враждебные нашему идеалу качества.

Количество приобретает эстетическую значимость не само по себе, не в абстрактном математическом отвлечении от качества – именно поэтому ни математика, ни астрономия, ни статистика не знают категории “возвышенное”, с какими бы огромными по значению числами они не имели дело. Будучи неотрывной от качественной определенности реального и конкретного предмета, количественная его характеристика может иметь эстетическое значение лишь в зависимости от этого его качества. Иными словами, гигантская лягушка не становится эстетически равной льву, и безмерная скупость не может иметь того эстетического значения, что безмерная самоотверженность.

Почему же все-таки количественная определенность предмета влияет на характер эстетической оценки? Во-первых, потому что количественная сторона существенно характеризует форму предметов и явлений, которая и служит, как мы уже знаем, носительницей их эстетической ценности. Вне определенных размеров и соразмерностей форма вообще реально не существует, а от этих ее качеств непосредственно зависят такие эстетические свойства, как пропорциональность, гармоничность, монументальность, масштабность. Во-вторых, в процессе эстетического восприятия человек бессознательно соотносит предмет с собственным своим размером, со своей силой и энергией. Небольшая речушка обозрима, ее нетрудно переплыть, она доступна человеку, соразмерна с его силами, и он чувствует себя по отношению к ней свободным. Отсюда и рождается то чувство удовольствия, которое человек испытывает, если он воспринимает эту реку эстетически. Когда же он видит перед собой другую реку, например, тот же Днепр, – ее грандиозные размеры оказываются несоразмеримыми со скромными силами человека и значительно их превосходящими. Река эта приобретает для него иноеэстетическое значение, поскольку ее восприятие рождает иные ощущения: чувство удовольствия перерастает здесь в чувство преклонения перед тем, что бесконечно превосходит скромные человеческие силы, возможности и представления.

По этой же причине огромные горы, бескрайние моря, безграничные степи, раскинувшийся над землей небесный свод, всесокрушающий поток гигантского водопада оказываются не столько красивыми, сколько величественными в отличие от небольших холмов, маленького озера, лесной лужайки, цветка. В отличие от чувства прекрасного, которое приводит человека в состояние полной душевной удовлетворенности, гармонического равновесия и блаженства, чувство возвышенного заключает в себе нечто беспокойное, будоражащее, динамичное, зовущее к самоотречению, самопожертвованию, подвигу, – эта особенность психологии восприятия возвышенного и позволила человеку осознать в конце концов отличие возвышенного от прекрасного.

Сравним под этим углом зрения картины Левитана – “Март” и “Над вечным покоем”. Эстетический смысл созданных в них образов резко различен. В первом случае художник воплощает именно красоту природы. Со свойственной ему поэтической проникновенностью и живописным блеском передает Левитан ощущение приближающейся весны, ласкового солнца, заливающего снег голубыми полосами теней, а край дома и лошаденка вносят в картину ноту интимности и уюта, обыденности обжитого людьми уголка природы. И вот “Над вечным покоем”: бескрайние просторы, огромное и холодное небо, затерянный в мире крохотный островок с церковью. Только понятие возвышенного способно передать эстетический смысл этого образа природы, в котором человеческому масштабу противопоставлен величавый, сверхчеловеческий масштаб мироздания. И потому нет здесь ни следа обжитости, обыденности, интимности, напротив: картина возносит, поистине возвышает человека над повседневностью.

Это своеобразие эстетического воздействия количества – размера, масштаба, силы – можно столь же отчетливо увидеть во всех областях искусства.

Именно потому, что возвышенное образуется не абстрактной силой одного только количества, но особым соотношением количества и качества, оно подчиняется общей для всех эстетических явлений диалектике реального и идеального. Только в этом свете может быть объясненено эстетическое воздействие количества.

Исторический процесс борьбы человека с природой с самого начала заставил людей высочайшим образом ценить силу, могущество и в себе, и в природе. По сути, языческое поклонение природным стихиям и было следствием осознания человеком их безграничной мощи сравнительно с его собственными ничтожными возможностями. Естественно, он мечтал видеть себя столь же и даже еще болеемогущественным – ведь только при этом условии он мог бы совладать с природой, подчинить ее себе, стать из раба господином. Добиться этой цели человек мог первоначально лишь в области фантазии. Беспомощный в реальном поединке с природой, он действовал с ней на равных в мифе, легенде, сказке, эпосе, где наделял себя сверхчеловеческой волшебной силой, представлял себя как инобытие грандиозных и могучих явлений природы, а не как ее ничтожного соперника и антагониста. Магический же обряд, заклинания, молитвы должны были обеспечить ему действительную власть над природой. Власть эта была, разумеется, иллюзорной, но восхищение могуществом, преклонение перед великой силой, разрушающей и созидающей, ее обожествление приводили к тому, что эти качества становились важной и неотъемлемой частью общественного идеала, а отсюда рождалась изначальная их нерасчлененная религиозно-нравственно-эстетическая оценка. И даже после того, как человечество преодолело религиозно-мифологическое осмысление мира и вступило на путь трезвого, научного его познания, в общественном идеале сохранилась мечта о таком могуществе человека, которое позволило бы ему преобразовать нашу планету и покорить просторы космоса. Соответственно ценностное восприятие количества очистилось от религиозных примесей, стало чисто эстетическим, поскольку речь идет о восприятии возвышенного в природе, и нравственно-эстетическим, поскольку носителем величия выступает человек.

До тех пор, пока идеализация творческой мощи природы имела религиозно мистический характер, людям казалось, что в энергии природных стихий раскрывается всемогущество бога. Когда же человечество перестало мистифицированно воспринимать природу, оно увидело возвышенное в ней самой, в ее стихийной мощи, оценивая ее эстетически именно постольку, поскольку важной стороной идеала была мечта человека о его собственном могуществе.

Такое метафорическое восприятие природы приводило к тому, что низменным становилось в ней все, что с предельной силой выражает качества антиидеальные, враждебные человеческим мечтам и устремлениям.

Сама этимология понятий “возвышенное” и “низменное” говорит об идущей из глубокой древности, но сохраняющейся и в наше время устойчивой ассоциации физического “верха” с тем, к чему стремятся люди в своей жизни, о чем они мечтают, а физического “низа” – с тем, что они хотят преодолеть, от чего они хотят освободиться. Ведь движение вверх – это преодоление силы земного притяжения, это устремление к свету и солнцу, это свобода от власти земли, от рабской пригвожденности к “низу”. Живое растет и тянется вверх, мертвое падает и погружается вниз. Неудивительно, что религиозно-мифологическое сознание поселяло богов “наверху” – на Олимпе или в небесной выси, а нечистую силу – в подземном царстве Аида, в преисподней.

Так объясняется эстетизация количества в природе. Что же касается возвышенного в человеке, то здесь еще более очевидно, что физическое могущество приобретает эстетическую ценность постольку, поскольку оно выражает общественные идеалы людей. На первых порах, пока основной смысл человеческого существования определяется примитивной физической борьбой с природой, возвышенный характер придавала героям народного эпоса и сказки их богатырская сила, независимо даже от того, была она носительницей доброго или злого начала. Однако по мере того, как прогресс умерял значение грубой физической силы, выдвигая на первый план ценности духовного, нравственного, а затем и политического порядка, возвышенное все теснее связывалось с ними. Теперь уже в эстетическом сознании человечества возвышенное предстает не как атрибут огромного роста или необычайной мускульной силы, а как эстетическое качество силы характера, могущество духа, нравственного роста.

Разумеется, свойственная эстетическому сознанию диалектика относительного и абсолютного действует и в сфере возвышенного. Когда в представлениях о возвышенном момент общечеловеческого, то есть абсолютного, исчезает, представления эти оказываются ложными, извращенными.

===========22 Трагическое и комическое в действительности и в искусстве.