Применение музыкотерапии в детском возрасте

В 70-80-е годы вышло несколько монографий, посвященных музыкотерапии, в каждой имеются главы по применению музыки с лечебной целью у детей, страдающих неврозами (К. Швабе, 1974), ранним детским аутизмом (P. O. Бенензон, 1973), а также исследования по объективизации влиянии музыки на детей (У. Грюс, Г. Грюс, З. Мюллер, 1971). В 1982 г. в Берлине вышла книга Ю. Брюкнер, И. Медераке и К. Ульбрих «Музыкотерапия для детей», в которой очень детально рассмотрены все возможные виды детской музыкотерапии, включая пантомиму и различные способы рисования под музыку.

Одна из методик, описанных в этой книге, заключается в обучении детей распознаванию эмоций. Она состоит из четырех музыкальных уроков с постепенным усложнением заданий.

На первом уроке дети получают 6 карточек с изображением детского лица с различной мимикой: радости, гнева, грусти, удивления, внимания, задумчивости. Авторы методики назвали их «картами настроения». Прослушав музыкальную пьесу, дети должны поднять одну из карт. Если все поднятые карты совпадают по настроению с настроением музыки, то эмоции, изображенные на них, не называются.

На последующих трех уроках дети, наоборот, учатся словесно описывать чувства, вызываемые контрастными музыкальными произведениями и соотносить их с «картами настроения». Так как мимика на «картах настроения» решена неоднозначно, то дети могут сразу после прослушивания одного и того же произведения показать две разные карты. Для характеристики музыкальных образов, своих чувств и звучания музыки дети пользуются двумя наборами полярных определений:

веселый - грустный; бодрый - усталый; довольный - сердитый; спокойный - взволнованный; смелый - трусливый; медленный - быстрый; праздничное - будничное; теплое - холодное; задушевное - отчужденное; ясное - мрачное; красивая - некрасивая.

Методика рассчитана на детей школьного возраста, но может быть адаптирована для старших дошкольников.

2. Использование музыки в лечебных целях. История.

Использование музыки в лечебных целях (музыкотерапия) имеет тысячелетнюю историю, но до сих пор музыкотерапия еще не выделилась в самостоятельную науку (хотя она имеет и свой предмет, и свои методы). Этому в значительной степени препятствуют разногласия в понимании механизмов воздействия музыки и различия в теоретических и методологических принципах, которыми руководствуются исследователи. Лучше всего понять природу этих различий и разногласий помогает история.

Подойти к вопросу научно — это, прежде всего «... не забывать основной исторической связи, смотреть на каждый вопрос с точки зрения того, как известное явление в истории возникло, какие главные этапы в своем развитии это явление проходило, и с точки зрения этого его развития смотреть, чем данная вещь стала теперь.» (В. И. Ленин).

Многочисленные исторические описания благотворного влияния музыки, относящиеся к тому времени, когда люди верили, что музыка — универсальное лекарство, свидетельствуют о больших возможностях музыкального воздействия. В древней медицине многих народов лечение и выздоровление больного обставлялось сложными религиозно-мистическими обрядами, в которых важное место занимала музыка. Например, в Древнем Вавилоне жрецы-музыканты знали об облегчающем значении «отчуждения» тяжелых чувств и при траурных церемониях исполняли плачевные песни, дабы возникшую скорбь превратить в нечто «чуждое» для переживающей личности.

Музыкотерапия Древнего Востока и Индии

О музыкотерапия Древнего Востока и Индии, отдаленной от нас многими тысячелетиями, сохранились весьма скудные сведения, однако и они дают возможность оценить положительный эффект музыкального воздействия и то значение, которое придавалось музыке в лечении больного. В литературных и религиозных текстах, в частности, Атарваведах, есть указания на лечение при помощи священных песнопений. Арабские врачи знали, что для успешного лечения важно хорошее настроение больного. Моисей Маймонид (1136—1204), воспринявший дух арабской медицины, которую многим обогатил, при каждом заболевании тела надеялся при помощи музыки повысить «животную силу». «В Каноне врачебной науки» Авиценна рекомендовал страдающим меланхолией развлекаться музыкой и пением птиц.

В Древней Греции музыке придавали универсальное значение, приписывая ей воспитательные функции. Школа Пифагора рационально разработала систему моральных предписаний и учение о «катартическом», т. с. очищающем воздействии музыки на человека. Психические расстройства пифагорейцы расценивали как этические, и воздействие музыки также, как этическое.

Согласно теориям Платона, Аристотеля, Плутарха, всякое общественное воспитание — педагогическое, эстетическое, интеллектуальное — основывается, главным образом, на музыкальном воспитании. Античная музыкальная эстетика разработала четкую классификацию эстетических свойств музыкальных ладов, ритмов, мелодий, инструментов, выделяя те из них, которые являются подходящими для воспитания мужественной, героической личности.

Музыкотерапия в Средние века

В средние века вопросы лечебного использования музыки не имели такого значения, как в Древней Греции. В то же время музыка была неотъемлемой частью культовых обрядов, являясь важным практическим средством морально-религиозного воспитания. Следует отметить существенное отличие средневекового понимания музыки и ее свойств от античного: античные авторы указывали на более разнообразные формы и виды воздействия музыки на человека — от магического, лечебного до сферы воспитания, т. е. использования музыки как средства формирования свободного человека-гражданина во всей многогранности проявлений его характера; средневековые же схоласты из всего этого многообразия музыкального эпоса древних отдавали предпочтение «очистительному» воздействию музыки, причем термин «катарсис» толковали в теологическом плане. Большая часть церковников, следуя учению Платона, объясняла терапевтическое действие музыки отвлечением человека от земной, «телесной скверны» и приобщением его к красоте духовной — «бестелесной» и «благочестивой».

Культура Ренессанса развивалась под флагом Возрождения античной древности, как в области науки, так и искусства. Основоположники марксизма оценивают эту эпоху как «величайший прогрессивный переворот из всех пережитых до того времени человечеством» (Ф. Энгельс). В противоположность религиозному геоцентризму и аскетизму средневековья ученые Возрождения видят в музыке мощное средство пробуждения в человеческой личности способности к эстетическому наслаждению, радостному восприятию жизни, интереса к познанию мира. Бурно развивается камерная музыка, в которой преобладает жизнеутверждающая гуманистическая тематика и реалистическая образность, откровенно воспевающая прелести земного бытия. Это была своеобразная реакция протеста многовековому подавлению церковью всякого проявлении чувства. По всей Нероне наблюдался «симптом массовой расторможенности». Описаны многочисленные случаи психических эпидемий, где музыка оказывалась единственным действенным средством. В период 14—16 вв. Голландию, Бельгию, Нидерланды захлестнула волна эпидемий пляски Святого Витта: остановить движущуюся толпу «плясунов» было невозможно— зрители сами вовлекались в неукротимую пляску и неистовая процессия двигалась дальше. Средневековая хроника свидетельствует, что эпидемия быстро затухала, когда встречала на своем пути мобилизованных для ее остановки музыкантов, игравших медленную успокаивающую музыку. Этот и другие уникальные исторические примеры, показывающие действительные возможности и масштабы музыкотерапии, косвенно свидетельствовали о постепенном восстановлении утраченных в средние века связей музыки с медициной.

Ятромузыка

Только в XVII—XVIII веках учение о лечебном использовании музыки («ятромузыка») стало развиваться далее. Kircher (1684) была предложена механическая теория, объяснявшая лечебное воздействие музыки физическими и химическими процессами, происходящими в организме при ее воздействии. Представляют интерес и на сегодняшний день его лечебные рекомендации, устанавливающие закономерности использования различной по своему психофизиологическому воздействию музыки в зависимости от темперамента человека: «... меланхолики любят серьезную, не прерывающуюся грустную гармонию. Сангвиники, благодаря легкой возбудимости кровяных паров, всегда привлекаются танцевальным стилем. К таким же гармоническим движениям стремятся и холерики, у которых танцы приводят к сильному вскипанию желчи. Флегматиков трогают тонкие женские голоса». Таким образом, уже у Кирхера представлены основы таких современных форм музыкотерапии, как вокалотерапия и танцтранстерапия.

В «призренческий период» психиатрии, когда терапевтические возможности врачей были крайне ограничены, музыка широко использовалась при лечении психически больных. Esquirol считал, что музыка действует на психически больных успокаивающе. Pinel не исключал возможность «... критического прекращения заболевания в результате могущественного влияния музыки и упражнения тела». Он указывал на необходимость внимательного наблюдения за «проявлением просыпания» больного, чтобы с наступлением выздоровления, «... когда у него пробуждаются привычки и любовь к искусству, помочь ему укрепиться». Музыка как средство «психического отвлечения» широко использовалась в психиатрических больницах отечественными учеными (П. А. Бут-ковский, И. Е. Дядьковский, П. II. Малиновский, И. М. Балип-ский, П. И. Ковалевский, С. С. Корсаков, П. А. Чаруковский).

Видные деятели в музыкотерапии

Заслуживают внимания некоторые лечебные рекомендации выдающихся психиатров того времени. По мнению С. С. Корсакова, музыка «... как способ развлечения довольно хорошее средство, в котором психически больной может проявить некоторую самостоятельность и талантливость, что уменьшает потребность выхода из заведения». Kraepelin и Kraft — Ebing считали противопоказанным прибегать к «отвлекающим средствам» в остром периоде болезни, так как «... стараясь развлечь меланхолика, можно добиться только того, что внешние впечатления будут действовать на него еще более неприятным и тягостным образом, усиливая душевную боль. Лишь после того, как больной успокоился, задача психического лечения состоит в отвлечении больного. Подобной цели удовлетворяют, в частности, музыкальные упражнения».

В конце XIX в. на смену эмпирическому этапу использования музыки пришел этап экспериментально-физиологических исследований. Ученые делали попытки подвести физиологический базис под эмпирические факты. Интерес отечественных ученых к проблеме «музыка и медицина» на этом этапе исследований будет очевидным, если принять во внимание инициативу В. М. Бехтерева, под руководством которого в России в 1913 г. было основано «Общество для выяснения лечебно-воспитательного значения музыки и ее гигиены».

Специальные физиологические исследования выявили влияние музыки на различные системы человека. Couty, Charpentier (1874), Mentz (1895), Binet, Courtier (1896), Guibault (1898) показали, что восприятие музыки ускоряет сердечные сокращения, повышает темп респирации. Было обнаружено усиливающее действие музыкальных раздражителей на пульс, дыхание в зависимости от высоты, силы звука и тембра (И. М. Догель, 1888, 1898). В опытах И. Р. Тарханова (1893), Foster, Gamble (1906), Weld (1912) частота дыхательных движений и сердцебиений изменялась в зависимости от темпа, тональности музыкального произведения. Большее физиологическое влияние на кардиоваскулярную систему оказывали минорные тональности, диссонансы, низкие тоны (Hyde, 1918), в некоторых случаях — высокие звучания (Patrizi, 1896), популярная музыка (Treves, 1927). Дальнейшие исследования, в известной мере дублируя предыдущие опыты, подтвердили воздействие музыки на частоту пульса и дыхания (В. М. Бехтерев, 1916; Schoen, 1927; Misbach, 1932; Washco, 1933; Schonauer, 1935; Ellis, Brighous 1952), давление крови в сосудах (И. Н. Спиртов, 1908; Frankfurter, 1912; Hyde, 1924; Iansew, 1964). Общий результат исследований: сердечно-сосудистая система заметно реагирует на музыку, когда она доставляет удовольствие и создает приятное настроение; в этом случае замедляется пульс, усиливаются сокращения сердца, снижается артериальное давление, расширяются кровеносные сосуды; при раздражающем же характере музыки сердцебиения учащаются и становятся слабее.