2. Академия художеств 1850-60х гг. Представители, идеология, причины кризиса.

Бенуа: Историческое значение Брюллова и Бруни для русского искусства заключается в том, что они влили новую кровь в истощенный, засохший было на классической рутине академизм и тем продолжили искусственно его существование на многие годы. Благодаря своим исключительным талантам Брюллов и Бруни окружили академизм таким ореолом, сообщили ему такой парадный, великолепный блеск, что масса художников, особено среди начинающих, приняла эту подделку за действительно истинное и высокое искусство и попала на свою погибель в широко расставленные сети обновленной академической системы.

Но среди бесчисленных последователей Бруни и Брюллова лишь человек 5-6 заслуживают внимания истории, так как они, по крайней мере, приблизились по школьному мастерству техники и по известной значительности замыслов к двум этим корефеям, большинство же русских художников, поступивших в академический стан, иногда талантливых, но сбившихся с толку, большею же частью бездарных, рассчитывавших посредством одной выучки пробраться до фортуны и почестей, не представляют ровно никакого интереса.

У нас в отличие от Европы при забитом и в то же время официальном положении искусства романтизм совсем не мог проявиться, а проявилась только такая романтическая мода в академической редакции. Не имея в своем обиходе ни феодальных замков, ни готических соборов, ни Рейна, ни Тауэра, наши художники-историки, увлекшиеся не романтизмом, но той академической переделкой романтического идеала на буржуазный лад, должны были довольствоваться плохо понимаемыми чужеземными материалами, добытыми из вторых рук, сильно уже обветшалыми и разбавленными. Поэтому у нас не могла появиться даже и та историческая "приличного и почтеннего вида" живопись, которою гордились иностранные академии, а получалась лишь аляповатая, смешная копия с этого малохудожественного творчества. Даже Брюллов и все те из его непосредственных и дальнейших последователей, кто пожил по нескольку лет за границей, не написали ни одной порядочной исторической картины, кроме как из античной жизни, более знакомой им по школьным традициям и гипсовым богатствам академических классов.

Уже в 50х гг плеяда непосредственных брюлловских подражателей чрезвычайно быстро иссякла. Все убедились, что они невыносимо скучны.

Но как раз в это время появилась картина Моллера, прославившегося уже раньше своим "Поцелуем", картина назарейского, но, вернее, чисто академического стиля "Св Иоанн на Патмосе", жестокая по приторности красок вещь. Для нас теперь эта картина доказывает лишь сбитость бедного Моллера с толку и, пожалуй, еще его почтенный, но чисто лютеранский рассудочный пиетизм, однако в свое время она чрезвычайно понравилась своей округленной и складной композицией, величиной и многосложностью, серьезностью и "значительностью". У Моллера, судя по его портретам и по живописи его "Поцелуя", вероятно, был настоящий талант, но талант этот весь ушел на вздорные брюлловские жанры. Когда же Моллер устремился к творчеству более высокого полета, то оказалось, что это для него слишком поздно, что он уже совсем искалечен. В "Патмосе" так мало правды и искусства, что даже картины Овербека должны казаться рядом с ним вполне жизненными произведениями.

В 60х годах Академия выдвинула Флавицкого, другая надежда ее, талантливый Чивилев, умер еще во время пенсионерства. Флавицкий завоевал всеобщие симпатии и даже Стасова не столько, впрочем, своими пестрыми "Мучениками", сколько знаменитой "Княжной Таракановой", успеху которой, быть может, много способствовало и то, что эпизод был представлен происходящим в интересовавшей всех тогда Петропавловской крепости и что изображена была жертва деспотического неправосудия. Впрочем, в этой хорошо рисованной и очень порядочно написанной картине есть нечто действительно трогательное, несмотря на анекдотическую тему и мелодраматизм положения.

Ракова: Конец 50х и 60е гг 19в - очень важный этап в развитии русского реалистического искусства. Для этого периода характерны тесная связь искусства с передовой общественной мыслью, революционно-демократическим движением, значительное сближение искусства с жизнью. Художники стремились правдиво рассказать о суровой жизни народа, заостряли внимание на теневых ее сторонах, выявляя кричащие социальные противоречия. Шла переоценка ценностей, утверждались новые идеалы.

Императорская АХ была сложным, противоречивым организмом. Подчиненная Министерству Двора, она была официальным привилегированным учреждением, призванным направлять художественную жизнь страны. Академия оставалась большой школой профессионального мастерства, но ее эстетика не отвечала передовым запросам современности, В тех условиях это означало уход от противоречий действительности. Высшим родом живописи по-прежнему считалась историческая, под которой понимали картины на мифологические, религиозные и собственно исторические темы.

Типичными представителями академического направления того времени были П.В.Басин, А.Т.Марков, Ф.А.Моллер, Т.А.Нефф. В их работах сочеталась идеализация, салонная красивость и элементы натурализма.

Начиная с 40х гг внутри самой АХ постепенно нарастал протест против рутины. Эта борьба особенно обострилась на рубеже 50х и 60х гг, чему немало способствовало, в частности, знакомство с произведениями Александра Иванова. Под воздействием демократических веяний эпохи в Академии в 60х гг присуждались золотые медали (Перову, Якоби и др) и звания, вплоть до профессорского (Соколову, Пукиреву), за картины бытового жанра (однако одна из картин Перова, правдиво рисующая жизнь и откровенно ее критикующая, была запрещена и снята с выставки).

В 1859г в АХ был принят новый устав, который не менял существенно системы проф. подготовки учащихся. Однако при этом был введен обязательный общеобразовательный курс, что в большей мере отражало характерное для эпохи просветительства стремление к знаниям.

Гнедич: Константин Дмитриевич Флавицкий (1830-1866), ученик Бруни, окончил Академию в 1855г. Отправившись в Италию, он привез оттуда в 1862 г колоссальную картину "Христианские мученики в римском цирке". Художник ожидал получить за этот труд звание академика, но его сделали только почетным членом. Картина, бесспорно, была эффектной, но в ней слишком уж чувствуется подражание Брюллову.

Значительно удачнее его картина "Княжна Тараканова в казамате Петропавловской крепости во время наводнения". Появление "Княжны Таракановой" вызвало сенсацию благодаря удачно выбранному сюжету. Художнику удалось оригинальное зеленоватое освещение, льющееся через окно вместе с зеленоватой водой. В самой фигуре княжны много театрального, а ее запрокинутая голова напоминает голову мученицы из римского цирка.

Русская живопись достигла своего расцвета за сравнительно короткий срок. Подражание, следование западным образцам и авторитетам, поддерживаемое Академией вплоть до 60х гг 19в, тормозило становление отечественного иск-ва. Академические программы содержали ряд требований к художникам, которые ограничивали их самостоятельный поиск и опору на нац традиции.