4.Срок службы.

Опираясь на источники можно утверждать, что срок службы был насущным вопросом, который легионеры выдвигали во время восстаний и мятежей и который, во многом, заставлял ветеранов подключаться к требованиям бунтующих сослуживцев. Мы также можем найти прямые свидетельства влияния продолжительности службы на психологию. При Августе, в 5 году д.н.э. для легионеров был установлен срок службы в 20 лет¹³ и ещё пять лет в статусе ветерана. Ветераны, ожидавшие своей отставки, выводились в специальные подразделения – вексилларии¹⁴, где и должны были продолжать служить, но были освобождены от тяжелых повседневных нарядов¹⁵. Тем не менее, за вексиллариями оставалась самая трудная обязанность – война. Опираясь на источник можно понять, что воины негативно относились к практике оставления их в рядах вексиллариев. Срок службы в двадцать с лишним лет был для них слишком тяжелым, поэтому воины требовали сокращения срока и упрощение вексиллации. Например, восставшие в Паннонии и Германии желали сокращения срока службы до шестнадцати лет¹⁶, без оставления в рядах вексиллариев (Tac., Ann., I. 26). После этого ветеран должен был выходить в отставку, получив причитающиеся ему наградные и земельный участок. Обращаясь к источникам мы можем понять, что эта схема не работала должным образом. Главная проблема для принцепсов состояла именно в выплате ветеранам их наградных. Многие задерживали солдатам жалованье, а ветеранам наградные, дабы изыскать средства для выплат (Suet., Nero., 32; Aug., 15). Иные правители, из нежелания выплачивать ветеранам деньги, вообще не проводили увольнений в отставку, ожидая пока ветераны умрут от старости (Suet., Tib., 48. 2). Таким образом, фактически, срок службы воинов зависел от платежеспособности казны, и мог растягиваться на неопределенный срок. Уже во времена Августа в войсках находились воины, которых «уже совсем одряхлевших…заставляли служить по тридцати, а то и по сорока лет» (Tac., Ann., I. 17) Многие ветераны встречали свою старость в лагерных условиях : «некоторые из воинов, схватив его [Германика] руку как бы для поцелуя, всовывали в свой рот его пальцы, чтобы он сам убедился, что у них не осталось зубов; другие показывали ему свои обезображенные старостью руки и ноги» (Tac., Ann., I. 34). Не трудно представить, что длительная служба серьезно влияла на психологическое состояние ветеранов, которые не могли получить желанной отставки. Длительность службы и фактическая неопределенность выхода в отставку усиливали усталость воинов: « Громче всех шумели в рядах ветеранов, кричавших, что они служат по тридцати лет и больше, и моливших облегчить их, изнемогающих от усталости, и не дать им умереть среди тех же лишений, но, обеспечив средствами к существованию, отпустить на покой после столь трудной службы» (Tac., Ann., I. 35). Приведенный эпизод произошел во время восстания легионов в Нижней Германии в 14 году н.э., и демонстрирует, что главными причинами, вынуждавшими ветеранов бунтовать, были задержка отставки и наград. Участие ветеранов в восстании дает повод предполагать, что они ориентировались исключительно на отставку, возлагали на неё большие надежды. Но когда ветераны не получали желаемой отставки, тогда они становились потенциально опасны для командования и власти, поскольку в случае мятежа могли выступить на стороне восставших.

Итак, в данной главе мы преследовали цель увидеть психологическое сложение ветерана в армейской среде, а также рассмотреть какие психологические установки могли у него появиться. Обобщим выводы. На практике существовало два «типа» ветеранов: отслужившие свой срок в городах и в полевых условиях. Приведенные выше факты показывают, что они были различны в психологическом плане, что видно как минимум в разном восприятии ими реалий войны и мира, обусловленном разными условиями службы. Вместе с тем, армейский механизм созданный Августом (Suet., Aug., 49. 2) подразумевал уравнивание в плане получения жалования и наград при отставке. Мы рассматриваем наиболее подробно второй «тип» - ветеранов получивших свой статус, служа в полевых условиях. Сами воины осознавали тяжесть своего положения: «побои и раны, суровые зимы изнуряющее трудами лето, беспощадная война и не приносящий никаких выгод мир – вот их вечный удел» (Tac., Ann., I. 17). Добавим сюда также вымогательства и избиения со стороны центурионов и постоянные физические нагрузки. Все это рождало чувство усталости, в первую очередь психологической, нервное напряжение, внутренний протест против армейских порядков, который вымещался во время восстаний и мятежей.¹⁷ Положение усугублялось длительностью службы и возрастом ветеранов, что должно было превращать мысль об отставке почти в навязчивую идею. Главным психологическим итогом службы ветерана становилась усталость. Усталость от войн, муштры, поборов и избиений, физических трудов и тренировок, от страха не проснуться утром в окружении врагов или же не проснуться вообще. Усталость подкреплялась вопросом : «ради чего?». Отставка оставалась главным желанием ветеранов. После долгой и тяжелой службы они хотели удовлетворить свою усталость, получив желанные награды. И каково же было их разочарование, когда они получали их «меньше, чем надеялись по своим заслугам» (Suet., Aug., 13. 3). По мнению автора, именно в этом слове, «заслуги», лучше всего выражается совокупность преодоленных ветераном трудностей и испытанных чувств, пройденный служебный путь и полученный опыт. Неудовлетворение требований ветеранов, в конечном итоге, делали их «нестабильным слоем» армии, потенциально опасным для власти. Вместе с тем ветеран не получал необходимых навыков, которые могли бы пригодиться в мирной жизни. В погоне за соблюдением воинами дисциплины не предусматривалась подготовка солдат к мирной жизни. Так, например, Август запретил солдатам обзаводиться семьей на службе.¹⁸ Это могло приводить к тому, что по выражению Тацита ветераны «не привыкшие к брачным союзам и воспитанию рожденных от них детей…оставляли свои дома безлюдными и без наследников»¹⁹ (Tac., Ann., XIV. 27). Крайне важно, что условия службы хотя и подразумевали труд, но не способствовали развитию у ветерана чувства «хозяйствования», то есть знаний о рациональном ведении хозяйства. Вероятно, особенно актуально эта проблема стояла для ветеранов, отслуживших в городах. Не менее важно отметить, что, все перенесенные трудности сделали ветерана опытным воином. Он не дезертировал, что делало его ценным в глазах командования. Опыт, которым обладал ветеран, поднимал его над всей остальной солдатской массой, давая ему возможность почувствовать себя «особым». Командование одновременно и нуждалось в опытных воинах, и боялось их. Ветеранам поручали ответственные задания²⁰. Они, вероятно, могли обучать молодых новобранцев (Tac., Agr., 28). Совершенно точно, что ветераны делились своим опытом с младшими товарищами, хотя в некоторых ситуациях подобные разговоры могли подорвать боеспособность войска (Tac., Hist., II. 19). Поэтому ветеранов старались удалить от новобранцев, и менее опытных легионеров. Поводы к такому удалению могли, видимо, быть разными: «ветераны, последовавшие примеру легионеров, вскоре были направлены в Рецию, под предлогом защиты этой провинции от угрожавших ей свебов, но в действительности – чтобы удалить их из лагеря» (Tac., Ann., I. 44). Ветераны, даже живя в одном лагере с легионерами, существовали обособленно, имея свои когорты (vexillarii), куда они выводились после 20 лет службы.²¹ Также нельзя обойти вниманием тот факт, что между ветеранами и легионерами существовал психологический барьер, обусловленный в первую очередь опытом ветеранов: «Воины потворствовали своеволию ветеранов и вследствие сходства в образе жизни, и в надежде на то, что им будет дозволено тоже» (Tac., Ann., XIV. 31). Таким образом, статус ветерана был настоящим психологическим рубежом службы воина.

Глава 2. Отставка. Отставка была кульминацией всей службы ветерана. Именно выход в отставку должен был связываться в его сознании с концом долгой, тяжелой и опасной службы, что делало её также и своеобразным психологическим апофеозом. После отставки ветераны должны были получать определенные награды и вливаться в особый слой древнеримского общества. В данной главе мы рассмотрим механизм выхода ветерана в отставку. Важно увидеть, что Римское государство I века н.э. могло предложить ветеранам, терпевшим разные трудности, уставшим, но живым, в качестве награды. Также в мы рассмотрим психологические стереотипы, не затронутые нами в предыдущей главе.