1. Правовая презумпция является разновидностью социальной.

Данный признак неоднозначно трактуется юридической наукой. Это отразилось в дискуссии о природе презумпции. Полемика разгорелась по вопросу – является презумпция исключительно юридическим феноменом либо это явление универсальное, имеющее социальный характер. В настоящее время сложилось два основных подхода к решению данной проблемы.

Сторонники первого «узкого» подхода (В.А. Ойзенгихт и др.) полагают, что презумпция это «юридическое предположение», «правовой термин». В данном случае презумпция явление изначально юридическое, а правовая презумпция ее разновидность, закрепленная в норме права.

Представители второго - «широкого» подхода (В.К.Бабаев, В.И.Каминская и др.) рассматривают презумпцию как универсальную категорию, широко используемую в различных областях человеческой деятельности. Поэтому, правовая презумпция – это частная разновидность презумпции, действующая в правовой сфере. Полагаем, что данный подход более корректно отражает истинную природу презумпции. Это подтверждается как историей развития указанного социального феномена, так и тем, что в настоящее время презумпции активно применяются в различных сферах общественной жизни: политике, экономике, семейных отношения и др. Поэтому правовой презумпции свойственны признаки социальной презумпции.

2. Конструкция правовой презумпции прямо или косвенно закрепляется в норме права.

В отношении данного признака в науке также существует два основных подхода, которые нашли свое отражение в дискуссии о соотношении правовых и фактических презумпций.

Первый подход (В.К. Бабаев и др.) заключается в том, что к правовым презумпциям относятся как презумпции, закрепленные в нормах права, так и фактические презумпции. В основе обоих правовых явлений лежит предположение о наличии неизвестных фактических обстоятельств, выведенное из анализа известных. Вместе с тем фактические презумпции не регламентированы нормами права. Они представляют собой результат индуктивного умозаключения правоприменителя (судьи, следователя и др.), полученный в процессе рассмотрения конкретного юридического дела. Подтверждая свой тезис, В.К. Бабаев приводит достаточно яркий пример фактической презумпции из следственной практики. Вор, сорвав запоры, проник в буфет, из которого похитил ящик водки и продукты питания. Пол буфета был залит спиртными напитками. Осмотр запоров позволил сделать вывод о значительной физической силе злоумышленника. Исходя из фактической презумпции об обычном ходе вещей, следователь выдвинул предположение о том, что кражу совершил опытный физически сильный преступник, выливший спиртное на пол, чтобы воспрепятствовать использованию служебной собаки при расследовании дела. В реальности же кражу совершили трое подростков, которые вылили водку на пол, для того, чтобы сдать пустые бутылки в пункт приема стеклотары. Запор на двери они сорвали, продев в него лом и втроем повиснув на нем.

Представители второго подхода (В.И.Каминская и др.) полагают не корректным относить фактические презумпции к числу средств юридической техники (правовым презумпциям). Так В.И.Каминская совершенно справедливо отмечает, что фактические презумпции по своей значимости для процесса правового регулирования ни чем не отличаются от индуктивных предположений в математике, социологии и других сферах человеческой деятельности. Кроме того, отметим, что В.К. Бабаев определяя правовую презумпцию, как «прямо или косвенно закрепленную в нормах права», противоречит сам себе так как, по его же мнению, фактические презумпции правовой регламентации не имеют.

Нам представляется более предпочтительной последняя из рассмотренных выше точек зрения. По сути своей фактические презумпции являются логическим приемом выведения умозаключения, применяемым людьми для достижения стоящих перед ними целей. Данный прием в большей мере носит неюридический, организационный характер. Вместе с тем правовая презумпция это не просто логический прием, а вероятностное предположение, прямо или косвенно закрепленное в содержании нормативного предписания.

3. Презумпция основывается на причинно-следственной связи между известными (наличными) и неизвестными фактами, что подтверждается предшествующим опытом, либо закрепляется законодателем (без учета реальных связей), для достижения определенных социально значимых целей.

Указанный признак характеризует процесс образования, создания правовой презумпции, степень участия в нем субъекта правотворчества. В научной литературе данная проблема нашла свое отражение в различных взглядах на природу «естественных» и «искусственных» презумпций.

Представитель первого подхода В.К.Бабаев полагает, что правовая презумпция всегда носит «естественный» характер, то есть в ее основе лежит причинно-следственная связь между явлениями, подтвержденная предшествующим опытом. В самом деле, значительное количество презумпций носит именно такой характер (отцовства, непонимания лицом общественно-опасного характера своего деяния, до достижения установленного законом возраста и др.).

Вместе с тем в российском праве существует множество презумпций, носящих весьма «искусственный» характер. На это обращает внимание И.Г.Оршанский, отмечая, невероятную натянутость многих презумпций. Многие из известных презумпций (невиновности, знания закона и др.) совсем не обусловлены обычным ходом повторяющихся событий, связями между явлениями. Это обстоятельство позволяет В.К.Бабаеву сделать вывод о невозможности отнесения к числу презумпций указанных юридических институций. В частности, характеризуя презумпцию невиновности, он отмечает, что с точки зрения логической природы этот институт презумпцией не является. Он отражает не подлинное обобщение жизненного опыта, не обычный порядок вещей, который случается в жизни. Предполагаемая невиновность обвиняемого не носит повторяющийся, постоянный характер, а напротив, она является исключительной. Иначе говоря, не подавляющая масса привлеченных к уголовной ответственности и презюмируемых невиновными лиц оказывается действительно невиновной, а наоборот, число их составляет единицы.

Вместе с тем полагаем, что наличие естественной связи в структуре презумпции, является не абсолютным фактором, определяющим ее природу. Указанное свойство не опровергает, рассмотренные выше признаки презумпции, а скорее дополняет их, позволяет увидеть новые грани данного феномена. Таким образом, в основе презумпции не всегда лежит умозаключение, обусловленное наличием естественной причинно-следственной связи, а зачастую желание законодателя обеспечить охрану социально значимых интересов, возникновение определенных юридических последствий.

Обобщая рассмотренные выше признаки, сформулируем определение презумпции.

Правовая презумпция – это закрепленное в норме права предположение о наличии или отсутствии юридически значимых фактов, основанное на связи между фактами наличными и предполагаемыми, что подтверждается предшествующим опытом, либо установленное законодателем для достижения определенного социально значимого результата.