Заключение

Переход к «чужому» в путешествие, как мне кажется, происходит во время смены пространств с Западного на Восточное. Карпини видит уход от привычных установок, идей и образов. Привычный Западный при виде другой, совсем иной культуры становится идеалом, в то время как другое принимает форму отчуждения. Это происходит под давлением обстоятельств. Как пишет в своей статье П.В. Шувалов: непонятность образа создается тогда, когда «соприкосновение «своего» и «чужого» носит внезапный и достаточно интенсивный характер»⁵⁹. Чтобы привыкнуть к «другой» культуре надо с такой культурой пожить, но посольство Карпини скорее носит скорее «внезапный» характер.

Посольство не имело определенного плана, потому что отправляли путешественников с закрытыми глазами, не зная, что их там ждет. Отправили образованных на тот момент дипломатов, сговорчивых, которые могли бы выйти на контакт и узнать нужные сведения. Цель была развеять слухи в Европе о Монголах и показать истинную картину. Информация составлена очень странно, так как в некоторых моментах непонятно зачем Карпини описывает те или иные явления, скрывая главное. Поэтому эта книга является сборник редких наблюдений. Вопрос об истинности их под вопросом. Монгольский миф в книге точно присутствует, судя по пятой главе, поэтому истинность всего источника под вопросом. С моей точки зрения, текст создан с целью того чтобы через определенные категории, которые были бы понятны в Европе, показать реальность «чужого» мира, наводящего на всех страх.

По итогам посольства Европа должна была изменить свои взгляды на Монголов. Позиция Монголии как империи должна была эволюционировать в варварское племя, потому что кроме как названия «император» ничего от империи нет. Обычные кочевники – бандиты, которые делают что хотят, едят где попало, никакой гигиены и даже «скатертей и салфеток» у них нет, «посуду не моют», «сапоги вытирают о траву»⁶⁰. Важный фактор здесь – сам автор, который подстраивает все увиденное под себя.

В тексте источника «История Монголов» содержится немало сведений, которые подчеркивают чуждость Монгольского этноса для Европейского населения. В ходе работы мне удалось выяснить и доказать, что книга о Монголах носит характер «отчуждения». Образ могущественных завоевателей по ходу книги эволюционирует в первобытное общество людей. Происходит это на основе того, что Карпини не в силах воспринимать Монголов как людей с иными традициями, другой культурой, религией. Образ «чужого» создается через эмоционально воздействующие лексические средства, термины, обобщения. Отождествление увиденного действия группы людей со всем народом путем употребления слов «они», «все».

Характер отчуждения Плано Карпини придает и через описание разных сторон жизни Татар. Мною были выделены категории, через которые я попытался объяснить, почему образ чужого носит характер отчуждения. Такое отношение достигается путем сопоставления религиозных воззрений, отношения к насилию, через описание земли, внешности. Таких категорий значительно больше, однако я выделил, по – моему мнению, наиболее важные из них. Нравы и общественные институты Татар, поразившие европейцев своей необычностью, описываются в стереотипно негативных тонах: каннибализм, отсутствие торговли, денег, городов, жестокость и дикость нравов⁶¹.

Образ врага вырастает, как правило, не только из исторического опыта, но и из личного. Искаженные представления о другом, возникающие на основе предрассудков очевидцев, становились образами чужого, врага. Чужая культура как мы видим на примере «Истории Монгалов» не только сравнивалась со своей, но и противопоставлялась ей. Чаще всего построение текста шло по принципу отрицания и вело к неприязни не только со стороны автора, но и со стороны читателя. Было много факторов, влияющих на обострение комплекса «свои-чужие». К таким можно отнести этническое несходство, религию и др. Такие факторы приводят к стереотипизации, которая откладывается в мировоззрении многих поколений.