6. Основные теории

младенческого возраста

Рефлексологическая теория6. Согласно этой теории, в исходный

момент развития младенец представляет существо безусловных

рефлексов. Все содержание и развитие личности в младенческом

возрасте, включая психическую и социальную стороны, исчерпы-

вается процессом образования условных рефлексов, их дифферен-

цировки, их сложного сцепления и сочетания между собой и

надстраивания все более и более высоких суперрефлексов над

первичными условными рефлексами. Этим объяснением рефлек-

сологическая теория пытается исчерпать всю действительную

сложность процесса.

Развитие высшей нервной деятельности, и в частности процесс

образования условных рефлексов, представляет собой, несомнен-

но

311

но, одну из важнейших сторон развития в младенческом возрасте,

в котором впервые закладываются основы личного опыта ребен-

ка. Но этот процесс есть серединный в том смысле, что он сам

обусловлен другими, более сложными процессами развития, вы-

ступающими в роли предпосылок по отношению к развитию

условнорефлекторной деятельности. И сам он, в свою очередь,

служит предпосылкой для более сложных и высших форм

психического и социального развития ребенка. Поэтому реф-

лексологическая теория может явиться адекватной концепцией

для объяснения одной промежуточной стороны развития, но

неизбежно приводит к упрощению всего развития и к игнорирова-

нию самостоятельной закономерности высших процессов психиче-

ского и социального развития. По самому своему существу она не

адекватна для объяснения этих сторон развития, так как, с одной

стороны, игнорирует развитие психики у ребенка, а с другой —

трактует развитие социальных взаимоотношений ребенка с точки

зрения закона отношения организма к физической среде. Она,

таким образом, неизбежно допускает сведение высших закономер-

ностей к низшим и механистическое истолкование развития.

Механицизм проявляется резче всего в том, что рассматриваемая

теория не способна уловить принципиальное отличие социального

развития ребенка от развития животного.

Теория трех ступеней7. Эта теория, содержание которой мы

изложили выше, отличается тем же пороком, что и предыдущая:

она также пытается единым законом охватить развитие животных

и человека. В сущности говоря, она представляет собой видоизме-

ненную и дополненную рефлексологическую теорию, так как, с

одной стороны, не ограничивается чисто объективным рассмотре-

нием поведения, а вводит в круг анализа и внутреннюю психиче-

скую деятельность, связанную с инстинктами и навыками, а с

другой — вводит над ступенью дрессуры еще третью ступень —

интеллект, качественно отличную от ступени образования навыка.

Эта теория также адекватна только в приложении к узкой

области развития реакций в младенческом возрасте. Она по

необходимости относит к одной ступени интеллектуальные дей-

ствия обезьян и все высшие проявления человеческого мышления,

которые развиваются у ребенка на протяжении детства. Ее

тенденция к отождествлению человеческого интеллекта с интел-

лектом животных находит яркое проявление в наименовании

последней стадии младенчества шимпанзеподобным возрастом.

Корнем и источником этой ошибки является игнорирование

социальной природы человека.

Мы только что видели, что у младенцев имеет место невоз-

можное в мире животных и принципиально невозможное у

шимпанзе отношение к ситуации. Даже простейшее отношение к

предмету, как мы старались показать на примере опытов С. Фа-

янс, у младенца определяется и обусловливается социальным

содержанием ситуации. Отвлекаясь от этого, теория трех ступе-

ней закрывает для себя всякую возможность выяснения суще-

зп

312

ствующих глубочайших принципиальных отличий между интел-

лектом ребенка и интеллектом шимпанзе, несмотря на их внешнее

сходство. Различия проистекают из своеобразного социально

опосредованного отношения младенцев к ситуации.

Структурная теория8. Структурная теория младенческого воз-

раста, как мы видели, правильно намечает исходный пункт и

некоторые важнейшие особенности развития младенца. Но она

разоружает себя при столкновении с проблемами развития как

такового. Структурными оказываются уже изначальные и исход-

ные моменты развития. В дальнейшем ходе развития стуктуры

усложняются, дифференцируются все больше и больше, проника-

ют одна в другую. Однако с этой точки зрения невозможно

объяснить, как в развитии вообще может возникнуть что-либо

новое. С точки зрения структурной теории, начальный и конечный

пункты развития, как и все промежуточные, одинаково подчине-

ны закону структурности. Как говорит французская пословица,

чем больше это меняется, тем больше остается тем же самым.

Структурный принцип сам по себе не способен еще дать ключ

к пониманию хода развития. Неудивительно поэтому, что струк-

турная теория оказывается более плодотворной и способной дать

научное объяснение, когда она прилагается к более элементар-

ным, примитивным и начальным моментам. Структурная теория,

подобно двум предшествующим, пытается объяснить, исходя из

общего принципа, развитие животных и человека, которое оказы-

вается в свете этой концепции одинаково структурным. Поэтому

хотя теория и является наиболее плодотворной в приложении к

младенческому возрасту, но обнаруживает свою несостоятель-

ность, как только ее пытаются приложить к развитию более

высших, специфически человеческих свойств ребенка. Да и

внутри самого младенческого возраста она бессильна объяснить

центральную проблему становления человека, которая вообще

неразрешима с точки зрения теорий, охватывающих единым

принципом развитие животных и человека.

Теория, понимающая младенческий возраст как субъективист-

скую стадию развития. Согласно этой теории, новорожденный

представляет собой замкнутое в себе существо, целиком погру-

женное в собственную субъективность и только медленно и

постепенно обращающееся к объективному миру. Содержание

развития первого года жизни сводится к переходу от состояния

полного погружения в субъективные переживания к интенсивной

направленности на объект и к первому восприятию объективных

связей. Динамика этой эпохи представляет собой движения от «я»

к внешнему миру. Естественно, что, с точки зрения этой теории,

объективные отношения воспринимаются ребенком первоначально

как отношения долженствования, а не отношения бытия. Поэто-

му, говоря об этой эпохе, следует говорить не столько о

восприятии зависимостей, сколько об установлении отношений

между предметами.

Основная мысль теории о полном субъективизме младенческо-

313

го возраста, о пути развития в эту эпоху от внутреннего ядра

личности, от «я» к внешнему миру, как мы увидим ниже,

представлена еще более резко в следующей теории, которую мы

рассмотрим последней. Критические замечания о ней будут

относиться и к данной теории.

Теория солипсизма, свойственного младенческому возрасту9. Эта

теория связана, с одной стороны, с доведенным до крайности

положением предшествующей теории, а с другой — с теориями

младенческого возраста, развиваемыми в психоаналитической

школе (3. Бернфельд). Рассматриваемая теория представляет

собой как бы синтез этих двух концепций. В наиболее полном и

последовательном виде она развита Ж. Пиаже, который говорит,

что сознание младенца для нас загадка. Одним из путей проникно-

вения в его сознание является путь регрессивный. Известно,

говорит Пиаже, что самая значительная особенность, отличающая

поведение и мышление ребенка от таковых у взрослого челове-

ка,— это эгоцентризм. Он усиливается по мере спускания вниз по

возрастной лестнице. У человека в 18 лет эгоцентризм выражен

иначе, чем в 10-летнем возрасте, и в 6 лет еще иначе и т. д. В 4

года эгоцентризм заполняет почти все мысли ребенка. Если

рассмотреть этот эгоцентризм в пределе, то можно допустить,

полагает Пиаже, что младенцу присущ абсолютный эгоцентризм,

который можно определить как солипсизм первого года.

Логическая мысль, по Пиаже, развивается у ребенка поздно.

Она всегда заключает в себе нечто социальное. Она связана с

речью. Без слов мы бы мыслили, как в сновидении: образами,

объединенными чувством и обладающими смутным, совершенно

индивидуальным и аффективным значением. Эту мысль, в отли-

чие от социализированной логически зрелой мысли, мы и наблю-

даем в сновидениях, а также у некоторых больных. Ее принято

называть аутистической мыслью. Аутизм и логическое мышле-

ние—два полюса: один — чисто индивидуальный, другой — чисто

социальный. Наша нормальная зрелая мысль постоянно колеблет-

ся между этими полюсами. В сновидениях и при некоторых

душевных заболеваниях человек теряет всякий интерес к объек-

тивной действительности. Он погружен в мир собственных аффек-

тов, находящих свое выражение в образном, эмоционально

окрашенном мышлении.

Младенец, согласно этой теории, также живет как бы в

сновидении. 3. Фрейд говорит о нарцисизме младенца так, словно

он не имеет интереса ни к чему другому, кроме самого себя.

Младенец принимает все окружающее за самого себя, наподобие

солипсиста, отождествляющего мир со своим представлением о

нем. Дальнейшее развитие ребенка заключается в постепенном

убывании солипсизма и постепенной социализации мышления и

сознания ребенка, обращающегося к внешней действительности.

Эгоцентризм, свойственный ребенку более позднего возраста,

является компромиссом между изначальным солипсизмом и по-

степенной социализацией мысли. Степенью эгоцентризма и можно

314

поэтому измерять продвижение ребенка по пути развития. С этой

точки зрения Пиаже толкует ряд детских реакции, наблюдавших-

ся им в эксперименте и близких по типу к часто проявляющимся

формам поведения в младенческом возрасте, например магическое

отношение к вещам.

Уже из простого изложения теории легко видеть, что она

представляет собой попытку изобразить развитие в младенческом

возрасте в вывернутом наизнанку виде. Эта теория—прямая и

полярная противоположность приведенной нами концепции мла-

денческого развития. Мы видели, что изначальный момент его

характеризуется тем, что все жизненные проявления младенца

вплетены и вотканы в социальное, что путем длительного разви-

тия возникает у ребенка сознание «пра-мы», что сознание нераз-

дельной психической общности, отсутствие возможности самовы-

деления составляют самые отличительные свойства сознания

младенца. Теория же солипсизма утверждает, что ребенок есть

пресоциальное существо, целиком погруженное в мир сновидного

мышления и подчиненное аффективному интересу к самому себе.

Ошибка, лежащая в основе этой теории, как и теории Фрейда,

заключается в неправильном противопоставлении двух тенденций: