Становление категорий и проблем социальной антропологии. Дискуссии о предмете, статусе, наименовании социальной антропологии в отечественной литературе 90-х годов хх в

Вопрос о предмете культурной (социальной) антропологии начал активно обсуждаться в отечественной научной литературе с начала 90-х гг. Это стимулировалось прежде всего появлением специальности «Социальная антропология» в отечественной системе высшего образования и открытием антропологических кафедр и отделений в ряде российских вузов (сразу заметим, что первая такая кафедра возникла в стенах факультета социологии Санкт-Петербургского государственного университета). Авторы появившихся в последние годы работ — как монографического, так и учебного характера — весьма различным образом трактуют предметную область социальной (культурной) антропологии . При этом данной дисциплине порой приписывают вообще не свойственные ей теоретико-методологические основания, предметную специфику и проблемное поле. В частности утверждается, например, что «возрождаемая социальная (культурная) антропология» «все настойчивее претендует» на роль науки, занимающейся «раскрытием сущности человека». Антропологов критикуют за то, что, признавая социальную сущность человека, они «не хотят связывать социальную сущность человека с общественными отношениями под тем предлогом, что в системе этих отношений нет места для индивидуальности и все общее, принадлежащее обществу как системе в ее целостности, не может принадлежать отдельному человеку» . «Сущность человека как предмет антропологии (выделено нами — Н.С.) выглядит не просто в виде его внутреннего, субъективного духовного мира, а как мир его культуры. Для того, чтобы придать культурантропологии значение всеобъемлющей социогуманитарной науки, поглощающей все гуманитарное знание и социологию в том числе (выделено нами — Н.С.), понятием «культура» обозначается все и вся: и совокупность практикуемых способов производства, и социальные институты, и обычаи, и верования, и мораль, и язык, и т.д. и т.п.»

Оставляя в стороне критический тон статьи, обратим внимание на то, как понимается в данном случае предметная область социальной (культурной) антропологии. Как видим, предметом антропологии, по мысли автора, является «сущность человека». Более того, антропологию подозревают в экспансионистских устремлениях и претензиях на некую особую, тотальную роль в области социального и гуманитарного знания. К сожалению, здесь, как и в ряде других работ отечественных авторов, мы имеем дело с неверной, не соответствующей историческим традициям и современным представлениям трактовкой социальной (культурной) антропологии как некоей философской, претендующей на универсальность, науки о человеке. Приписывать культурной антропологии статус философской науки, вовлекать ее в дискуссии по поводу «сущности человека» и обвинять в попытках поглотить все гуманитарное знание — по меньшей мере недоразумение. Однако относиться к данному недоразумению приходится вполне серьезно, поскольку существующая в литературе последних лет подобная путаница отнюдь не способствует нормальному развитию социальной антропологии как научной и учебной дисциплины.