3. Особенности взаимоотношений и причины конфликтов подростков с родителями и педагогами

Противоречивость подросткового возраста отражается на характере их межличностных отношений с родителями и педагогами. Как двухсторонний процесс взаимоотношения подростков и взрослых людей обусловлен особенностями и позицией двух сторон.

Подростков может беспокоить, что их собственное мнение о себе не совпадает с мнением окружающих их людей, а также что их идеалы не являются общепринятыми. Поэтому они, с одной стороны, страстно ищут «тех людей и те идеи, которым они могли бы верить», а с другой стороны, они бояться быть обманутыми, «доверившись простодушным обещаниям окружающих», и потому парадоксально выражают «свою потребность в вере громким и циничным неверием» (приводится по: Эриксон, Э. Идентичность : юность и кризис / Э. Эриксон. М., 1996).

Безусловно, очень часто поведение подростков является своеобразным вызовом для родителей и педагогов. Они как бы провоцируют взрослых людей и проверяют их на готовность занять адекватную позицию.

По мнению Элдера (Еlder)), позиция родителей во взаимоотношениях с подростками определяется доминирующим видом власти. Всего он выделяет 7 видов родительской власти (приводится по: Кле, М. Психология подростка / М. Кле. М., Педагогика, 1991):

** автократичный — подросток не может ни выразить свою личную точку зрения, ни участвовать в решениях, которые его касаются;

** авторитарный — подросток может участвовать в обсуждении проблемы, но родители принимают окончательное решение, исходя из своего мнения;

** демократичный — подросток вносит свой вклад в обсуждение проблемы и может сам принять какое-либо решение, однако должен сообщить о нем родителям, от которых зависит окончательное утверждение решения;

** эгалитарный — роли практически не дифференцированы, родители и подростки на равных участвуют в принятии решения;

** разрешающий — подросток занимает более активную и влиятельную позицию в принятии решений;

** попустительский — подросток имеет выбор: информировать или нет родителей о своих решениях;

** игнорирующий — родители не знают о тех решениях, которые принял подросток, и он не информирует их.

Демократическая модель власти в большей мере вызывает чувство независимости, доверие, способствует развитию эмоциональной и поведенческой самостоятельности, формированию навыков принятия решений. Именно ее сами подростки воспринимают с наибольшим согласием, считая, что при ней выдвигаемые правила обоснованы. Однако отмечаются различия в восприятии модели власти в зависимости от пола: более доброжелательно принимается авторитарность отца (75 %), чем матери (50 %); мать, придерживающаяся разрешающего стиля поведения, оценивается более благоприятно, чем отец, играющий ту же роль.

Выявлено, что подростки, сталкивающиеся с демократическими, эгалитарными или разрешающими типами поведения родителей, редко испытывают чувство заброшенности, отверженности, в то же время оно характерно для половины тех, кто испытывает попустительскую, игнорирующую или автократическую модели родительского воздействия (приводится по: Кле, М. Психология подростка / М. Кле. М., 1991).

Авторитарная, попустительская и игнорирующая модели вызывают у подростков ощущение отверженности и зависимости. Именно эти модели не способствуют формированию навыков принятия решений и выступают одной из причин конфликтного взаимодействия .

Важнейшей задачей, решению которой родители должны оказать содействие, является, по мнению Р. Байярд и Д. Байярд, донесение до подростка, что он (она) «не чья-то копия и что побуждения его или ее исходят не извне, а изнутри». Для достижения этой цели ребенок должен принимать решения, которые отличались бы от решений родителей, чтобы понять, что он или она может порождать собственные идеи (приводится по: Байярд, Р. Т. Ваш беспокойный ребенок / Р. Т. Байярд, Дж. Байярд.М., 1991). Когда ребенок принимает решения, отличающиеся от мнения родителей, это скорее свидетельствует о его стремлении заявить о своей взрослости, нежели о желании навредить родителям. Но, как отмечают авторы: «Внутреннее давление, вынуждающее ребенка принимать самостоятельные решения, является для него поистине мучительным. Ребенок оказывается в положении льва, для которого настало время выходить из клетки, принимать свои собственные решения, но который уже напуган всем этим. Безусловно, что-то в ребенке искренне нуждается в свободе — и это составляет главное направление развития, но обычно в нем существует и своего рода панический страх от мысли о действительной свободе. Очень велико искушение опять вбежать в «клетку», и большинство детей проделывают это по многу раз».

Родители должны помнить, что взросление их ребенка невозможно без формирования навыка самостоятельно принимать решения. Поэтому иной раз важно уметь не реагировать на провокации ребенка, рассчитанные на то, чтобы родители указали, как «правильно» поступить. Если же подростку удается вынудить взрослого принимать решения за них, то этот взрослый легко превращается в «начальника», «злодея», «диктатора», и есть замечательная возможность «взвалить» всю ответственность за принятое решение на него. «Ребенок может вновь возмутиться творимым над ним или над ней «диктатом», громко настаивать на своем стремлении получить свободу и в то же время делать все, что он или она хочет, не обременяя себя чувством ответственности», — отмечают Р. Байярд и Д. Байярд. Базируясь на этих идеях, авторы приходят к выводу, что для успешного взросления детей родители и педагоги должны помогать, содействовать и поощрять линию поведения, направленную на принятие ими собственного решения. Не способствует же решению этой задачи «отрицательное внимание» взрослых, выражаемое в осуждениях, навязчивых советах, неодобрении поведения, попытках все «взять под контроль».