Процедура Помещение тюрьмы

Тюрьма была построена на участке коридора длиной 35 футов в под­вале здания факультета психологии Стэнфордского университета. Были сооружены две стены, которые перегородили коридор. В одной из них была сделана единственная дверь, которая вела к блоку камер, а в дру­гой находилось маленькое окошко для наблюдения. Три лабораторные кладовые были превращены в маленькие камеры (размером 6 на 9 фу­тов) — обычные двери были заменены черными стальными решетками, а вся мебель вынесена.

Из мебели в камерах стояли только койки (с матрасом, простыней и подушкой) для каждого заключенного. Чулан, находившийся напротив камер, служил карцером для одиночного заключения; он был очень ма­лых размеров (2x2x7 футов) и не освещался.

Кроме того, в соседнем крыле здания использовались еще несколько комнат: казарма для надзирателей (для переодевания в форму или в обычную одежду или для отдыха), спальня для смотрителя и начальни­ка тюрьмы и комната для проведения интервью и тестирования. За ок­ном для наблюдения на одном конце «двора» (маленькая внутренняя комната, изображавшая огороженный двор тюрьмы) находилось видео-записывающее оборудование, там же было достаточно места для не­скольких наблюдателей.

304

Подробности проведения эксперимента

Испытуемые-заключенные круглосуточно находились в имитирован­ной тюрьме в течение всего периода исследования. Они были произволь­но распределены по три человека в каждую из трех камер; остальные были запасными и ждали вызова, находясь у себя дома. Испытуемые-надзиратели работали по 8 часов сменами по три человека; они находи­лись в тюремной обстановке только в течение своей рабочей смены, а в остальное время жили своей обычной жизнью.

Ролевые инструкции

Всем испытуемым сказали, что они совершенно случайным способом будут назначены либо на роль надзирателя, либо на роль заключенного, и все они добровольно согласились играть любую из этих ролей за 15 дол­ларов в день в течение срока, не превышающего двух недель. Они заклю­чили договор, гарантировавший им минимально достаточный рацион пи­тания, одежду, жилье и медицинское обслуживание, а также денежное вознаграждение, а взамен подписали «намерение» исполнять предписан­ную им роль в течение всего эксперимента.

Из текста договора было ясно, что тем испытуемым, которые получат роли заключенных, следует ожидать, что во время тюремного заключе­ния они будут находиться под надзором (они будут лишены или почти лишены права на уединение), а некоторые их основные гражданские права будут приостановлены, за исключением права не подвергаться физическому насилию. Они не получили никакой другой информации о том, чего Им следует ожидать, или инструкции по поведению, соответ­ствующему роли заключенного. Тем, кто на самом деле был назначен на эту роль, сообщили по телефону, чтобы они находились у себя дома в то воскресенье, когда должен был начаться эксперимент.

Испытуемые, назначенные на роли надзирателей, присутствовали на организационном собрании накануне дня поступления заключенных в тюрьму. Там они были представлены основным исследователям, «на­чальнику» тюрьмы (автору) и студенту-старшекурснику, который был ассистентом исследователя и исполнял административную роль «смот­рителя» тюрьмы. Испытуемым сообщили, что мы хотим попытаться ими­тировать тюремную обстановку, ограничиваясь лишь рамками практи­ческих и этических соображений. Перед ними была поставлена задача «поддерживать в тюрьме порядок на разумном уровне, необходимом для ее эффективного функционирования», но конкретные способы выполнения

305

этих обязанностей в явной форме указаны не были. До их сведения был доведен тот факт, что хотя многие из чрезвычайных обстоятельств, с которыми они могут столкнуться, принципиально непредсказуемы (на­пример, попытки побега заключенных), в их обязанности входит быть подготовленными к таким непредвиденным происшествиям и уметь над­лежащим образом справляться с разнообразными ситуациями, которые могут возникнуть. Смотритель тюрьмы проинструктировал надзира­телей, сообщив им детали административного характера, в том числе: рабочие смены, обязательное ежедневное составление отчетов о дея­тельности надзирателей и заключенных за смену, составление отчетов о «серьезных инцидентах», где подробно описываются необычные проис­шествия, и режим раздачи пищи, работы и отдыха заключенных. Чтобы эти испытуемые начали привыкать к своим ролям еще до того, как в тюрьме появится первый узник, надзиратели помогали на завершающем этапе подготовки тюремного комплекса — ставили койки в камеры, ве­шали на стены таблички, подготавливали казарму для надзирателей, пе­редвигали мебель, бачки с охлажденной водой, холодильники и т. п.

Надзиратели в основном думали, что нас в первую очередь интересу­ет исследование поведения заключенных. Но нас, конечно же, в такой же степени интересовало и влияние, которое окажет исполнение испы­туемым роли тюремного надзирателя на его поведение и субъективное состояние.

Для того чтобы поведение надзирателей отражало их истинные реак­ции на экспериментальные тюремные ситуации, а не просто их способ­ность выполнять инструкцию, им преднамеренно давали лишь минималь­ные указания по поводу того, каким должен быть надзиратель. Однако эк­спериментаторы в явной форме категорически запретили применение телесных наказаний и физического насилия и подчеркнули обязатель­ность выполнения этого правила. Таким образом, с единственным, но за­служивающим упоминания исключением, роли надзирателей изначально были относительно неструктурированными и требовали от каждого из них деятельности, необходимой для взаимодействия с группой заключен­ных, а также с другими надзирателями и тюремным персоналом.