Валютная политика и валютное регулирование

В 1996 г. международные золотовалют­ные резервы страны составили 15,3 млрд долл., сократившись за 1996 г. на 1,9 млрд долл. (стр. 29). Это при таком гигантском положительном саль­до внешней торговли — почти 40 млрд долл. — уникальный случай во всей мировой финансовой системе. Одновременно сами валютные резервы уменьшились еще больше —на 3,1 млрд долл.

Интересно распределение валютных резервов по способам их сохранения. Согласно стр. 18 "Аудиторского заключения" основные валютные активы распределены (в пе­ресчете на доллары) следующим образом (табл. 2).

Таблица 2

Размещение валютных авуаров Банка России, Млрд. USD

На корсчетах в иностранных банках 2,2

В ценных бумагах Казначейства США 6,5

ФРГ 2 3

Кредиты иностранным банкам 1,7

Таким образом, наше утверждение, что Россия является одновременно кредитором Правительства США и ФРГ, находит в таблице полное подтверждение.

Здесь наглядно виден весь абсурд существующего "мирового финансового порядка". Бедная стра­на, ищущая по всему миру кредиты, одновременно кредитует западные правительства и западные банки. Деньги на корсчетах также есть, де-факто, кредиты Западу.

Думается, что в принципе можно разработать такую схему, в которой эти деньги работали бы именно на российскую экономику. Просто дать их в кредит под какой-нибудь, даже весьма надежный и эффективный проект нельзя, так как валютные резервы должны обладать высокой ликвидностью. Однако в современной финансовой системе Запада имеется множество схем финансовых преобра­зований, в которых под залог высоколиквидных ресурсов можно получить "длинные" деньги, то есть долгосрочные кредиты. Вот о чем следовало бы подумать Центробанку. Как суметь использовать валютные резервы России для кредитования рос­сийской экономики, а не бегать с протянутой рукой по всему миру. Думается, что такие схемы вполне можно разработать. Например, можно было бы вложить эти средства в банки или ценные бумаги других стран, например Японии, Тайваня или еще каких-то иных, которые за это могли бы предоста­вить России финансовые или нефинансовые блага. Почему свет клином сошелся на самых низкодо­ходных бумагах США и ФРГ? С какой стати, Рос­сия должна финансировать именно эти самые бо­гатые страны?

Состояние платежной системы России

Состояние платежной системы России являет­ся катастрофическим, и отчет никак не может это­го скрыть. Денежная система России покрывает не более пятой части потребности страны в расчетно-платежных средствах, результатом чего явилась то­тальная денежная суррогатизация страны. Объем суррогатных денег никто даже не берется подсчи­тать. в том числе и Банк России. Но по оценкам, этих суррогатов — векселей, зачетов, местных, фаб­ричных, даже частных денег в России в настоящее время используется на сотни триллионов рублей, что превышает объем государственных денег мно­гократно. Россия возвратилась к временам батьки Махно.

Вот почему речь не может идти о простой эмис­сии денег. Эмиссионные деньги, естественно, по­лучит государство, и при катастрофической задол­женности перед населением в зарплате и пенсиях они сразу же выплеснутся на рынок потребитель­ских товаров. Это вызовет рост цен. А так как при этом вряд ли Банк России захочет слишком сильно повышать курс доллара, то это, в свою очередь. еще больше обесценит доллар, что приведет к совершеннейшей катастрофе отечественной про­мышленности. Валютные же резервы страны вооб­ще могут "испариться", так как станет выгодным покупать за границей даже ложки.

Таким образом, классические решения в на­стоящее время для России абсолютно непригодны. Необходимы принципиально новые подходы.

А для этого необходимо полностью перестро­ить всю банковскую систему.

Рассмотрим сначала структуру Банка России. В России официально объявлено, что ее банковс­кая структура является "двухуровневой".

Но приглядимся внимательнее, что же это за "двухуровневая структура"?

В классической двухуровневой структуре Цент­ральный банк есть банк банков и не обслуживает нефинансовых лиц. Обслуживает он только банки и федеральное правительство. В России в Централь­ном банке обслуживаются 8655 кредитных органи­заций и 316 371 (!!!) небанковский клиент. Для

последних Центральный банк стал обычным рас-

четным банком. Таким образом, Банк России фак­тически есть одновременно и банк верхнего, и банк нижнего уровня, что вообще разрушает саму идею двухуровневой денежной системы.

В банковской системе США Федеральный ре­зервный банк состоит из 12 федеральных банков, являющихся равноправными субъектами федераль­ной резервной системы. Некоторые из них имеют филиалы, общее число которых равно 24-м.

В меньших странах вообще есть лишь один Цен­тральный банк.

Но в России структура ЦБ РФ включает в себя собственно Центральный банк, 60 главных управ­лений и 19 национальных банков (учреждений вто­рого уровня иерархии в системе Банка России) и 1339 расчетно-кассовых центров (организаций тре­тьего уровня иерархии в системе ЦБ РФ). Факти­чески нет ничего общего с двухуровневой банков­ской системой, о строительстве которой все гово­рят.

Вот почему необходимо привести в соответ­ствие условия России с ее банковской структу­рой.

Надо заметить, что правильнее говорить в на­стоящее время не о банковских системах страны, а о денежно-банковских системах движения той или иной валюты.

Так, если с этой точки зрения посмотреть на долларовую денежно-банковскую систему, то она построена отнюдь не по двухуровневому, а много­уровневому принципу.

Доллар является мировой валютой. И любой банк в любой части света, имеющий долларовые счета, фактически входит в эту долларовую денеж­но-банковскую систему через целую систему корсчетов.

Например, пусть россиянин имеет долларовый счет в одном из российских банков. Эти доллары лежат на счете в российском банке. Одновременно они же находятся на долларовом счете "НОСТРО" российского банка в одном из западных банков. Это может быть, например, скандинавский банк. Доллары скандинавского банка лежат, к примеру, на корсчете одного из американских банков. Нако­нец, эти же доллары лежат на корсчете амери­канского банка в одном из банков Федеральной ре­зервной системы США.

Таким образом, имеем следующую иерархию банков (рис. 2), соединяющуюся между собой кор­респондентскими счетами:

При этом доллары клиента входят в состав пассивов всей этой цепочки банков.

Отметим, что если еще в первом звене, то есть по отношению к американскому банку, име­ются какие-то резервные требования, то на все остальные банки этой цепочки никакие резервные требования США не распространяются. И что? Возникает ли от этого какая-то нестабильность денежной системы? Нет. Никакого неограниченно­го расширения кредитов не происходит. Хотя каж­дый из банков использует эти доллары в качестве кредитных ресурсов и может выдавать кредиты. Фактически один доллар, помещенный в банк ниж­него уровня, является пассивом, а следователь­но, и кредитным ресурсом во всех остальных бан­ках. Другими словами, имеем мультипликацию кредитных ресурсов, пропорциональную числу зве­ньев в этой цепочке.

Неамериканские банки не подчиняются банков­скому законодательству США. И тем ни менее долларовая денежно-банковская система является весьма надежной. Если в банке нижнего уровня кто-то каким-то образом приписал себе лишние доллары, то всем остальным банкам это в высшей степени безразлично. Корреспондентский банк знает, сколько денег есть в его банке нижнего уровня, и ровно столько он выпустит денег из этого банка. Фальсификация денег в банке остается внутрен­ним делом самого банка и никак не воздействует на всю денежно-банковскую систему. Таким обра­зом, в этой системе существует внутренний сис­темный контроль — банк верхнего уровня является автоматическим контролером банка нижнего уров­ня, что и обеспечивает полную надежность этой банковской системы. Таким образом, современная многоуровневая банковская система обладает внутренней, авто­номной устойчивостью и надежностью и не нужда­ется в государственной опеке или охране. В счетной денежной системе деньги есть всего лишь числа на счетах, то есть информация, и в ней имеются внутренние механизмы администрирования, кото­рые дают четкие правила доступа к этой инфор­мации, надежно предохраняют ее от фальсифика­ции без всякого государственного участия. В этом ее принципиальное отличие от бумажной денеж­ной системы, в которой государство выполняет определяющую роль в поддержании ее надежнос­ти в виде жесточайшей борьбы с подделкой денег, их хищениями и т.д. Именно поэтому век бумаж­ных денег — двадцатый век — есть век тотальной государственно-бюрократической организации об­щественной жизни.

Итак, современные валютные денежно-банков­ские системы утеряли свой двухуровневый характер и превратились в многоуровневые денежные системы с внутренними механизмами поддержания устойчивости и надежности денежной системы.

А ведь Россия имеет размеры, сопоставимые с мировыми. И потому и в России пора перестраи­вать денежно-банковскую систему по современным принципам.

Более того, такой процесс уже начался. Бан­ковская система Чечни встраивается в рублевую денежно-банковскую систему именно на принципах многоуровневости. Национальный банк Чечни — независимый банк, имеющий с Банком России лишь корреспондентские отношения, в которых Банк России является высшим банком, а Национальный банк Чечни является низшим банком. А внутри Чечни может существовать сколько угодно банков, кото­рые будут уже иметь корреспондентские отноше­ния лишь с Национальным банком Чечни, причем Банк России не будет иметь к ним никакого отно­шения, в том числе и в отношении резервных тре­бований. И от этого денежная система России не потерпит никаких ущербов, а наоборот, станет еще прочнее. Чеченские авизовки теперь станут невоз­можными. Именно в то время, когда чеченские банки находились под прямым управлением Банка Рос­сии, чеченские авизовки, фальсификация и кражи денег легко осуществлялись.

Банк ФРС США  Американский банк  Скандинавский банк  Российский банк  Клиент

Совершенно справедливо дав полную незави­симость банковской системе Чечни, установив един­ственный канал выхода денег из Чечни через счет "НОСТРО" Нацбанка Чечни в Банке России, после­дний создал такую надежную система функционирования денег в Чечне, которая не боится никаких боевиков, никаких преступников, никакого внутрен­него чеченского самоуправства. Как это ни пара­доксально, но именно в независимой Чечне созда­ется самая надежная и законопослушная денежно-банковская система, так как в ее основе лежат не постановления Центрального банка, а внутрибанковские законы.

Таким образом, необходимо учесть мировой опыт и чеченский опыт самой России и создать много­уровневую рублевую денежно-банковскую систему. Это можно сделать буквально одним росчерком пера, объявив все нацбанки и все РКЦ независимыми банками, связанными друг с другом системой корсчетов.

Все эти банки надо объявить территориально-общественными <как бы мини-государственными) банками для своей территории, главной целью ко­торых будет обслуживать бюджетные организации своего уровня и осуществлять бюджетный процесс. Этим самым ликвидируется вся система "уполно­моченных" банков, не нужна будет громоздкая струк­тура Казначейства. А бюджетники получат полную систему банковского обслуживания, включая и пре­доставление кредитов.

Все, что для этого нужно сделать, — это заме-. нить филиальные отношения между отдельными учреждениями Центробанка на корреспондентские. Именно филиальные отношения являются источни­ком большого количества злоупотреблений и пре­ступлений в системе Центробанка, да и вообще в банковской системе. Ведь филиал распоряжается не своими деньгами и не несет персональной от­ветственности. И так не только в Центробанке, но и в западной банковской системе. Вспомним, к примеру, крах банка "Беринг", который также про­изошел по вине филиала.

За 1996 г. Банком России было предотвращено зачисление денежных средств по фиктивным де­нежным документам на сумму 70 млрд руб. Вряд ли раскрываемость этих преступлений превышает 10%. Тогда можно предположить, что до 700 млрд руб. в системе ЦБ РФ было эмитировано фальши­вых денег. В филиальной системе идет ограбление всей денежной системы, то есть всего государ­ства, в отличие от корреспондентской, в которой можно ограбить только отдельный банк.

При корреспондентских отношениях каждый филиал превращается в банк и будет распоряжать­ся только собственными деньгами. Это резко уве­личивает надежность всей банковской системы.

Но самое главное, это приведет к многократ­ному (4-5-кратному) увеличению активной денеж­ной массы и кредитных ресурсов в результате эф­фекта мультипликации денежных ресурсов, свой­ственного многоуровневой банковской системе. Причем это произойдет без эмиссии денежных средств.

Именно через эти территориально-обществен­ные банки должен осуществляться бюджетный про­цесс. в том числе в них должны храниться счета Казначейства. Ибо непонятно, почему в коммер­ческом Сбербанке должны храниться бюджетные средства и использоваться в качестве кредитных ресурсов в нем. Здесь же бюджетные средства используются в качестве кредитных ресурсов в месте сбора налогов. Деньги — чрезвычайно важный территориальный ресурс. А Сбербанк и так используется как мощнейший "деньгосос", лишаю­щий денег провинциальную Россию и выкачиваю­щий их в Москву.

Наконец, многоуровневая банковская система позволит эффективно решать проблему страхова­ния депозитов без создания громоздкого общефе­дерального органа в виде специальной корпорации. Функция страхования депозитов банка нижнего уровня может быть возложена на его банк верхне­го уровня — ностро-банк (термин автора -- прим. ред.). Таким образом, получаем децентрализован­ную систему страхования депозитов, причем стра­ховщик имеет, де-факто, контроль за страхуемым и имеет о нем, как о своем клиенте, практически всю информацию, что позволяет ему не только ме­ханически страховать его, но и заранее предупреж­дать самое появление страховых событий.

Отметим, что положение коммерческих банков не меняется, они остаются в тех же самых РКЦ, превращающихся в самостоятельные кредитные организации, счета коммерческих банков также не меняются. Единственное, что они заметят, что с них сняты всякие обязательные резервные требо­вания. Данное преобразование может быть проведено чрезвычайно быстро, никаких потрясений в денеж­ной системе не произойдет, большинство банков и их клиенты даже и не заметят этого.

Одновременно должны быть закрыты все кли­ринговые палаты, а каждый банк должен будет иметь один, и только один, корсчет в некотором банке по собственному выбору — в территори­ально-общественном или другом коммерческом банке. Видимо, сопротивление эти предложения могут

встретить прежде всего у Правления Центробанка, ибо Банк России из "министерства денег" превра­щается в подлинный Центральный банк страны, территориально-общественный банк высшего уров­ня иерархии, но не более.

Кредитование

Кредитование является основной функцией банковской деятельности. В 1996 г. вся банковс­кая система выдала кредитов в рублях и иност­ранной валюте на 246,7 трлн руб. (стр. 87). Это ничтожно мало для экономической системы с годовым валовым продуктом, равным 2256 трлн руб., что составляет буквально проценты от экономи­чески обоснованной потребности. Таким образом, главную свою функцию банковская система во­обще не выполняет. Более того, общая доля кре­дитных операций в банковских активах неуклонно снижается и составляет всего 38,4%. Для при­мера. в 1995 г. эта доля составляла 43,1%. И при такой нехватке кредитных ресурсов Банк России выводит из состава кредитных ресурсов бо­лее 16 трлн руб., которые являются средствами небанковских клиентов Банка России и на кото­рые не могут быть даны Центробанком кредиты, так как кредитование некредитных организаций Банку России по Уставу запрещено. Вот цена архаичной системы Банка России, в которой пе­репутаны функции первичного банковского обслу­живания и функции управления кредитными орга­низациями.

Российская банковская система попросту от­казывается выполнять главную обязанность перед своими клиентами, доверившими банкам свои сред­ства. — функцию их кредитования.

И этому способствует тот факт, что Минфин, не без участия Банка России, создал для банков столь выгодные и надежные финансовые механиз­мы сверхобогащения без всяких рисков, без вся­ких трудозатрат, такие, как ГКО, и иные виды госу­дарственных финансовых обязательств. В резуль­тате на фоне общей катастрофической ситуации банковская система представляет собой оазис бла­гополучия. Чистая прибыль кредитных организаций в 1996 г. составила 39 трлн руб., превысив при­быль 1995 г. в полтора раза. Считать этот результат "критерием эффективности банковского секто­ра" (стр. 91) можно лишь при очень большом вооб­ражении. Это не критерий эффективности банков­ской деятельности, а критерий эффективности фи­нансово-олигархической общественной системы, созданной в России под видом "демократического общества". В этом отношении особенно отвратительна политика Сбербанка России, в котором Банк Рос­сии имеет контрольный пакет акций — 58,4% голосующих акций (табл.42). Его прибыль за 1996 г. составила 14,5 трлн руб., увеличившись за год втрое (!). Так как основные средства Сбер­банка есть средства пенсионеров и простых граждан, то это означает фактически просто грабеж вкладчиков, которым по праву и должна принадлежать существенная часть этой прибы­ли, распределяясь через начисление соответству­ющих процентов по вкладам. На 01.01.97 г. об­щий размер вкладов населения составлял 95 трлн руб. Таким образом, если бы руководство Сбер­банка не было столь эгоистичным, оно могло бы существенно увеличить проценты по вкладам населения, в частности хотя бы по пенсионным вкладам.