38. Приход к власти Наполеона Бонапарта. Консульство.

Режим Консульства во Франции (1799–1804). Очевидная для всех слабость Директории, ее непоследовательность и наличие в ней внутренних противоречий наталкивали руководящие круги буржуазии на мысль о необходимости «сильного правительства», опирающегося на армию и способного обеспечить буржуазный «порядок» и интересы буржуазии как внутри, так и вне страны. Когда в октябре 1799 г. генерал Бонапарт, бросив свою армию в Египте, вернулся в Париж, он застал там почву, подготовленную для изменения политического режима. Влиятельные представители буржуазии усиленно искали кандидата на роль диктатора. Называли имена генералов Моро, Журдана, называли и имя Бонапарта. Наполеон Бонапарт давно лелеял честолюбивые мечты о власти. Из всех французских генералов он не только был самым талантливым и решительным, но имел наиболее тесные связи с буржуазной верхушкой, в частности с «новыми богачами». Нажитое им в Италии путем взяток и хищений миллионное состояние он приумножил спекуляциями на покупке и перепродаже земельных владений во Франции. Бонапарту помогли опытные политические деятели буржуазии - бывший лидер конституционалистов Сиейес, умный и вероломный министр иностранных дел Талейран, мастер политического сыска и провокаций министр полиции Фуше, а также влиятельнейшие банкиры и властители биржи. Почувствовав силу Бонапарта и надеясь использовать его в своих интересах, они предложили ему свою поддержку, связи, деньги. Потребовалось всего три недели от возвращения Бонапарта в Париж до осуществления тщательно подготовленного государственного переворота, ликвидировавшего режим Директории. 9 ноября (18 брюмера) 1799 г. под предлогом защиты республики от вымышленного якобинского заговора в Париже было введено военное положение, а Бонапарт назначен командующим войсками Парижского военного округа. Одновременно подали в отставку все члены Директории. На следующий день, 10 ноября (19 брюмера), Бонапарт с помощью верных ему гренадеров разогнал Совет пятисот и Совет старейшин и продиктовал кучке собранных им депутатов декрет о передаче власти трем консулам, первым из которых стал он сам. Так была установлена военная диктатура Наполеона Бонапарта.

Переворот 18 брюмера (9 ноября 1799 г.) привел к установлению во Франции военной диктатуры, служившей интересам крупной буржуазии и новой буржуазной военщины. В диктатуре Бонапарта буржуазия искала защиты одновременно от уравнительных, демократических стремлений народных масс и от роялистов, желавших реставрации феодальных порядков. Твердая власть нужна была буржуазии и для продолжения захватнических войн.

Разгон правительства Директории и установление Консульства явились завершением буржуазной контрреволюции. «Бонапартизм, – указывал В. И. Ленин, – есть форма правления, которая вырастает из контрреволюционности буржуазии в обстановке демократических преобразований и демократической революции». Бонапарт ликвидировал демократические завоевания революции и оставил от нее лишь то, что было выгодно крупной буржуазии. Уже через два дня после переворота начались репрессии против якобинцев. Опираясь прежде всего на крупную буржуазию и верхушку новой буржуазной армии, бонапартистский режим пользовался также поддержкой зажиточной части крестьянства, боявшейся восстановления феодальных повинностей в случае реставрации Бурбонов и опасавшейся сельской бедноты.

В интересах крупной буржуазии и зажиточного крестьянства конституция, принятая в конце 1799 г., гарантировала право собств. новых владельцев на национальные имущества, приобретенные ими в годы революции, и объявляла безвозвратным отчуждение имений эмигрантов. В 1800 г. был учрежден Французский банк, что еще более укрепило доверие крупной буржуазии к Бонапарту.

Формально Франция оставалась республикой, и правительство в составе трех консулов по истечении десятилетнего срока подлежало переизбранию. Но фактически от республики осталась только внешняя оболочка. Вся полнота власти перешла к первому консулу – Наполеону Бонапарту, а два других консула располагали только совещательным голосом. Первый консул сосредоточил в своих руках командование армией, назначение на высшие военные и гражданские должности, руководство всей внешней и внутренней политикой. Конституция была формально одобрена плебисцитом (всенародным голосованием), но этот плебисцит был не больше чем комедией – он проводился под надзором властей, совершенно исключавшим возможность свободного изъявления народной воли.

Законодат. власть была умышленно распределена между разными учреждениями с таким расчетом, чтобы превратить их в безгласное орудие в руках первого консула и замаскировать диктаторский характер всего режима. Для подготовки законопроектов был учрежден Гос. совет, обсуждением законопроектов должен был заниматься трибунат, а право принятия или отклонения законов передавалось Законодат. корпусу. Любые решения Законодат. корпуса могли быть отменены сенатом, состоявшим из лиц, назначаемых правительством без всяких выборов.

Члены всех трех законодат. органов назначались из списка кандидатов, избираемых населением. Право голоса предоставлялось мужчинам, достигшим 21 года и не работающим по найму. Таким образом, наемные рабочие и сельские батраки были полностью лишены избирательных прав.

Местное самоуправление было уничтожено. С 1800 г. во главе департаментов были поставлены префекты – ставленники первого консула. Мэры городов и сельских общин также назначались правительством как простые чиновники. Наполеон Бонапарт создал министерство полиции с огромным штатом тайных и явных агентов и передал его в управление беспринципному карье­ристу и интригану Фуше. Во Франции воцарился режим бюрократической централизации, полицейского произвола и репрессий. Последние остатки буржуазно-демократических свобод, сохранявшиеся при Директории, были ликвидированы. В 1800 г. правительство закрыло 60 из 73 существовавших газет. Полиция ликви­дировала заговор роялистов и заодно усилила расправу с многими демократически настроенными республиканцами. Несколько человек были казнены, 130 левых республиканцев – сосланы, 52 – отданы под надзор полиции. Повсюду шпионили полицейские агенты.

Для господства над трудящимися массами крупная буржуазия нуждалась в поддержке церкви. В религии Бонапарт видел одно из важнейших средств укрепления режима диктатуры. В 1801 г. он заключил конкордат с папой Пием VII. По условиям этого конкордата католичество объявлялось «религией большинства французов». Папа признавал распроданные церковные земли законной собственностью их новых владельцев. Архиепископы должны были назначаться французским правительством и затем утверждаться папой. Эти условия конкордата означали соглашение крупной буржуазии и бонапартистского режима с католической церковью против народных масс. Католическое духовенство должно было всенародно возглашать в церквах молит­вы за консулов и открыто превратилось в опору правительственной власти.

В 1802 г. под строжайшим надзором полиции был проведен плебисцит, пожизненно закрепивший за Наполеоном Бонапартом пост первого консула, предоставивший ему право утверждать мирные договоры и назначить себе преемника. Жалованье первого консула было увеличено с 500 тыс. до 6 млн. франков в год. В том же году была объявлена амнистия эмигрантам, при условии быстрого возвращения во Францию и принесения присяги на верность правительству. Бонапарт издал декрет о восстановлении рабства в колониях и послал войска для подавле­ния революции на о. Гаити. Для охраны своей власти он создал консульскую гвардию. Генералам и офицерам щедро раздавались награды. Был учрежден орден Почетного легиона.

Переворот генерала Бонапарта и Конституция 1799 г. Государственный переворот, совершенный 9 ноября 1799 г. (18 брюмера VIII года республики — по новому календарю) группой заговорщиков, объединившихся вокруг генерала Бонапарта, привел к упразднению Директории и устранению других конституционных органов.

Власть во Французской республике перешла к коллегии из трех консулов — генерала Бонапарта и двух бывших членов Директории, участвовавших в заговоре, — Сиейеса и Роже Дюко. Фактически же контроль за политическими событиями в стране все более оказывался в руках генерала Бонапарта, проявившего себя энергичным, прозорливым и властолюбивым государственным деятелем. Печальный финал Конституции III года республики, которая была объявлена причиной всех бедствий во Франции, стал своего рода неизбежностью. Политика “качелей”, проводимая Директорией, ставшая символом непрочности и порочности правящего режима, в результате потеряла своих последних сторонников. К осени 1799 г. Директория окончательно утратила свой авторитет как у демократически настроенных республиканцев, так и у новой буржуазной аристократии, мечтавшей о создании устойчивой власти, способной искоренить революционные настроения во французском обществе. Демократические силы Франции, ослабленные предшествующими репрессиями, не выступили в защиту конституционного правительства, деятельность которого отличалась открытой враждебностью по отношению к народным массам. Особенность нового государственного переворота состояла в том, что он был осуществлен не только посредством верхушечного антиправительственного заговора, но и при прямой поддержке заговорщиков армией, сыгравшей благодаря авторитету генерала Бонапарта роль своеобразного политического арбитра. В условиях политической неустойчивости и неэффективности системы конституционных органов армия становилась стержневым элементом и опорой государственной власти. За годы, прошедшие после революции, в заграничных завоевательных походах армия утратила свой революционный дух и охотно приняла политику цезаризма. По методам осуществления власти и по своей социальной базе диктатура Наполеона существенно отличалась от правления Директории. Это была новая форма политической консолидации французского общества, осуществленной путем установления авторитарного, откровенно антидемократического режима. Генерал Бонапарт, стремившийся к установлению личной власти, лишь отразил готовность консервативно настроенных кругов французского общества к уничтожению остатков революционных идей и учреждений. Он уловил их желание создать стабильную государственную систему, не связанную идеологическими догматами, но обеспечивающую простор для развития предпринимательской деятельности. Именно поэтому политика бонапартизма получила поддержку не только со стороны буржуазных кругов, но и французских крестьян-собственников, опасавшихся в равной мере феодально-монархической реставрации и новой волны революционного экстремизма. Будучи достаточно трезвым политическим деятелем, генерал Бонапарт ясно представлял, что создаваемый им и опирающийся на армию авторитарный режим должен быть как можно быстрее облечен в конституционные формы. Он понимал также, что переход от коллегиальных республиканских учреждений к личной власти требует промежуточных ступеней и политико-юридического камуфляжа. Взяв в свои руки инициативу в составлении новой конституции, он оттеснил при этом Сиейеса, претендовавшего на роль “отца” французских конституционалистов, но проявившего со своим проектом непоследовательность и медлительность. Генерал Бонапарт, он же первый консул, предложил такую организацию “республиканской” государственной власти, которая открывала простор для его честолюбивых политических замыслов. Новая конституция (Конституция VIII года республики) отличалась от своих предшественниц прежде всего тем, что не утверждалась представительным органом. Подписанная лишь членами узкой конституционной комиссии, она по воле первого консула была вынесена “на одобрение французского народа”. Таким образом, новая республиканская конституция была утверждена 13 декабря 1799 г. по итогам плебисцита, который проводился под жестким государственным контролем. Волеизъявление “французского народа” осуществлялось не путем голосования в первичных собраниях избирателей, а посредством сбора подписей в реестрах, которые вели мировые судьи, нотариусы и т. д. В Конституции при внешнем сохранении республиканского строя закреплялась диктатура генерала Бонапарта, принявшая лишь гражданские очертания. В отличие от предшествующих основных законов, Конституция 1799 г. уже не содержала Декларации прав человека и гражданина, ибо “гражданин Бонапарт” не считал уместным само напоминание в этом документе о свободе и братстве. Гарантируя буржуазии и крестьянству собственность, полученную в годы революции в результате конфискаций и разделов дворянских имуществ, Конституция 1799 г. заявила, что “после совершения законной продажи национального имущества независимо от его происхождения” приобретатель такого имущества не может быть его лишен (ст. 94). В Конституции нашли свое отражение и цезаризм, и опора на армию, которой отводилась важная роль в осуществлении внутренней и внешней политики. Бонапарт в конституции особо предусмотрел установление пенсий для раненых воинов, а также для вдов и детей военных, умерших на поле битв и вследствие ранений (ст. 86). Сохранив формально идею национального суверенитета, конституция 1799 г. ввела запутанную и псевдодемократическую систему “участия” граждан в государственных делах. С чисто популистскими. целями Бонапарт отменил явно антинародный и откровенно плутократический имущественный ценз и тем самым ввел во Франции своеобразное “всеобщее” избирательное право. По Конституции все граждане (мужчины), достигшие 21 года и проживавшие не менее года в определенном округе, могли участвовать в избрании так называемого коммунального списка (1/10 часть от состава граждан в округе). Лица, внесенные в коммунальные списки, в свою очередь в той же пропорции составляли департаментские списки. Наконец, третья ступень выборов проводилась на департаментском уровне, где избиралась 1/10 часть граждан “для осуществления национальных функций”. Однако члены этого национального списка не наделялись по Конституции правом проводить выборы в высшие государственные органы, а рассматривались лишь как кандидаты на государственные должности. Само комплектование государственных органов проходило на основе сложной системы кооптации, назначения и выборов. Таким образом, с помощью хитроумной процедуры Бонапарт по существу ликвидировал характерную для республиканского строя выборность государственных органов. Основным стержнем всей конституционной системы являлось правительство, которое выступало в виде коллегии из трех консулов. Фактически правительство не было коллегиальным органом, поскольку первый консул обладал особым статусом. Конституция содержала общее положение о выборах консулов на 10 лет (с правом переизбрания), но она непосредственно определяла, что первым консулом является “гражданин Бонапарт”. Последний был наделен особыми функциями (промульгация законов и т. д.). Первому консулу принадлежало право назначения и смещения членов Государственного совета, министров, послов, офицеров. Он же назначал (правда, без права на смещение) судей, начиная от мировых и кончая членами кассационного суда. Согласно Конституции, он мог осуществлять свои полномочия “в случае необходимости, при помощи своих коллег” — второго и третьего консулов. Таким образом, конституция практически отказалась от концепции разделения властей, легально установив на республиканской почве режим личной власти. Для ослабления возможной оппозиции со стороны законодательной власти Наполеон предусмотрел в Конституции своеобразное расщепление законодательного процесса, который осуществлялся рядом органов. Государственный совет по указанию и под руководством правительства составлял и предлагал законопроекты, которые затем поступали в Трибунат. Трибуны имели право обсуждать законопроекты, а после обсуждения вместе со своим мнением вносить их в Законодательный корпус. Члены Законодательного корпуса уже не могли обсуждать законопроект (за что получили название “трехсот немых”), а лишь принимали его или отвергали. Утвержденный закон мог быть направлен первым консулом в Охранительный сенат, который одобрял его или отменял как неконституционный. Наконец, закон вновь возвращался к первому консулу, который подписывал и обнародовал его. Вся эта сложная процедура порождала фактически политическое бессилие законодательных органов и их большую зависимость от первого консула. С другой стороны, превратив законодательную власть в придаток авторитарной системы, Конституция 1799 г. создала для первого консула возможность активно воздействовать на процесс законотворчества. Бонапарт со свойственной ему энергией незамедлительно развернул широкие законодательные и кодификационные работы, нередко принимал в них непосредственное участие. Во многом благодаря деятельности Бонапарта, выступавшего фактически в качестве законодателя, Франция в короткий срок получила новую правовую систему, ставшую фундаментом для экономических и социальных преобразований, начало которым было положено еще революцией 1789—1794 гг. Конституция 1799 г., в отличие от предшествующих конституций, отказалась от выборности департаментской и коммунальной администрации. Местные чиновники всецело зависели от центральной администрации: в департаментах первый консул назначал префектов, в округах и общинах — супрефектов и мэров. Выборные местные советы (муниципальные, общинные и генеральные) имели лишь совещательные функции, их решения подлежали утверждению соответствующей администрацией. Похоронив, по сути дела, выборные демократические принципы, провозглашенные в период революции, конституция 1799 г. сделала важный шаг по пути ликвидации республики и восстановления авторитарных и бюрократических методов управления, характерных еще для эпохи абсолютизма. Бонапарт прозорливо увидел опасности, проистекающие от мощной бюрократической системы, тяготеющей к произволу и деспотизму. В качестве “гарантии” от злоупотреблений всесильной администрации конституция предусмотрела право Государственного совета издавать распоряжения, относящиеся к деятельности публичной администрации, “разрешать затруднения, возникающие в административной деятельности”. Руководствуясь принципом, что “никто не может быть судьей в своем деле”, Бонапарт позднее учредил при префектах, всемогущих главах местной администрации, специальные Советы префектур, наделенные правом рассматривать административные и управленческие споры. Таким образом было положено начало институту административной юстиции, характерному и для последующих этапов развития государственного строя Франции.