92 Введение в этническую психологию

ность или совокупность переживаний. Это — не кратко­

временное состояние, а пребывающая «форма», запе­

чатлевающая в «образе» не только некоторую наличную

совокупность признаков, но и отражающая в себе всю

массу признаков, накопившихся в процессе историчес­

кого «формирования» духа. Это — не есть объективиро­

вание или воплощение в собственном смысле только

потому, что такое объективирование заключается в са­

мом эмпирическом, в высшей степени многообразном

и неисчерпываемом. «Дух» есть как бы эхо этого жиз­

ненного многообразия, отклик на каждый его звук и

тон, включающий в себя всю его полноту, но только в

особых символически проецированных корреляциях.

«Дух» отображает, таким образом, действительность,

обнаруживая перед нами в конденсированном виде,

но точном — хотя преображенном и творчески офор­

мленном виде — некоторую структуру переживаний

коллективной организации. Дух здесь — не существо,

обладающее высшими силами, не самостоятельное и

отрешенное бытие, но и не чисто идеальная сущность,

равно и не состояние индивида вне его воли и управле­

ния, а чуткий орган коллективного единства, отклика­

ющийся как рефлективно-невольно, так и творчески-

сознательно на всякое событие в бытии этого единства.

Так как «дух» в этом смысле — конкретное существова­

ние, то он трудно поддается адекватному выражению в

объемно-логических формах и отношениях «вида» и

«рода»: но здесь можно говорить о большей или мень­

шей конденсированное™ его как «типа». — «Дух наро­

да» есть по преимуществу такой «дух»; мы узнаем его в

«образе», который символизирует смысл и идею «на­

рода» и который мы раскрываем в типологических

изображениях его состава и изменения во времени.

93 Г. Г. Шпет

«Дух аристократии», «дух данного времени», «дух ры­

царства», «дух мещанства» и т. п. — все это только час­

тичные ингредиенты своего целого, не теряющие ни­

мало в своей конкретности, так как они суть «части»

или «члены» этого целого, а не самостоятельные его

моменты или стороны. «Дух» в этом смысле есть собра­

ние, «связка» характерных черт «поведения» народа; в

совокупности с постоянствами «диспозиции» это есть

его характер. Как предмет изучения, этот субъектив­

ный характер узнается в его объективации, как сово­

купность реакций народа на окружающие его вещи,

на обстоятельства, в которых он сам участвует, на

объективно данные ему отношения и идеальные обра­

зования. Поэтому «дух», будучи предметом психоло­

гии, изучается ею не в объяснительной, устанавли­

вающей абстрактные законы психологии, но и не в

индивидуально-описательной психологии, а он может

быть предметом только такой «коллективной» психоло­

гии, которая лишь описывает и не идет дальше по­

строения типических структур; в случае необходимос­

ти «объяснения» последнее почерпается из историчес­

кого целого, из расовой биологии, антропологии,

социологии и все-таки не из отвлеченной психологии.

Если этническая психология есть наука о «духе», то

только в этом смысле. XII

О

братимся теперь к другому основному для

нас понятию «коллективного» и рассмотрим

его в тех же пределах, которые мы наметили

для понятия «дух». В особенности для нас должны быть

интересны те значения «коллективного», которые мо­

гут быть связаны с понятием «духа», и при этом в

таком значении «духа», которое делает его предметом

психологии. Нужно иметь в виду, однако, некоторые

особенности «коллективного» как предмета, которые

делают исследование его принципиально иным, чем

исследование такого предмета, как «дух». Значений

слова или термина «дух» мы искали среди действи­

тельных вещей, свойств, отношений реального мира,

тогда как «коллективность» не есть вещь среди вещей

окружающей нас действительности. Исследование ее

как предмета предполагает не разыскание в сфере ве­

щей, а требует анализа идеально-логических и фор­

мально-онтологических отношений. Поэтому полное и

всестороннее разрешение вопроса о «коллективном»

как предмете мы могли бы ожидать только от соот­

ветствующего принципиального анализа, который и