15. Проблема установления авторства анонимных и псевдонимных произведений. Псевдонимы, криптонимы, астронимы.

Проблема установления авторства псевдонимных и анонимных текстов связана как с историко-филологическим, так и с естественно-техническими науками, среди которых особое значение при решении вопроса об атрибуции принимают статистика, теория вероятностей, семиотика и т.д. При этом постановка задачи и применении результатов атрибуции относятся к литературоведческой сфере, а аппарат и методы получения результатов к сфере математической, требующей использования современных научных теорий и вычислительных средств.

Для признания принадлежности произведения какому-либо конкретному автору необходимо, чтобы аргументы характеризовали его с трех сторон: биографической, идеологической и стилистической, при этом описание и анализ индивидуально-авторских стилей является необходимым этапом любой атрибуции.

Часть подделок вызвана религиозной и политической борьбой между разными общественными группами. Особенно остро и широко возникают здесь вопросы атрибуции: принадлежности того или иного древнерусского сочинения известному автору или определенной литературной среде. Исследователь древнерусской литературы сталкивается с массой анонимных и псевдонимных или ложно надписанных произведений: авторы часто старались скрыть себя и приписывали свои сочинения какому-нибудь знаменитому отцу церкви.

Астроним – звездочки, заменяющие подлинное имя и фамилию автора.

Криптоним – псевдоним, обозначенный инициалом или инициалами.

Псевдоним – вымышленное имя, которым автор заменяет подлинное.

16. Состав отдела Dubia. Комментирование дубиальных произведений.

Произведение может быть «дубиальным» по тексту и по авторству.

В первом случае речь идет о тексте, авторство которого не вызывает сомнения, но он дошел до нас в неисправной и неавторитетной копии и потому требует сугубо критического к себе отношения. Таков, например, текст пушкинской поэмы «Царь Никита», дошедший в копиях.

Однако гораздо чаще, когда мы употребляем теперь термин «dubia», речь идет о неполной установленности автора.

Таким образом, дубиальные – предположение обоснованное, но все же недостаточное для категорического утверждения.

На самом деле произведения такого рода включать в раздел «dubia» незаконно. Их следует оговорить в особой заметке, еще лучше – составить из них особый список; см., например, перечень приписывавшихся Достоевскому статей, не вошедших в его Полное собрание художественных произведений (т. XIII, 1930, с. 608-614), или перечень статей, рецензий и заметок, приписываемых В.Г. Белинскому, в Полном собрании сочинений Белинского (т. XIII, с. 257-266).

Перечни такого рода обязательно должны снабжаться аннотациями относительно степени вероятности авторства. Это, так сказать, «второй эшелон», предварительный список, из которого нечто может со временем перейти в раздел «dubia», а уже из него и в основной корпус.

Необъясненные разногласия двух источников – смертный грех атрибуции. До тех пор пока Е.Г. Бушканцу не удастся удовлетворительно объяснить, почему в дневнике Добролюбова 7 января 1856 г. записана одна версия о конфликте петербургских мясников с губернатором Н.М. Смирновым, а в корреспонденции, якобы им же тогда же посланной в «Колокол» («Письмо из Петербурга» в листе 4 от 19 сентября (1 октября) 1857 г.), изложен другой вариант того же происшествия, говорить об авторстве Добролюбова не приходится. Такого рода статьи, явно не доказанные, могут быть не без колебаний включены только в этот «второй эшелон».

Такие предварительные списки могут быть очень поучительными, если обратиться к ним спустя некоторый промежуток времени, когда изучение писателя продвинулось вперед. В таком случае можно «посмотреть до посравнить» то, что могло подозреваться как принадлежащее данному писателю, с тем, что удалось перевести в разряд бесспорных.

Таким образом, отдел «dubia» должен рассматриваться как отдел временный, как своего рода резервуар, из которого пополняется основной корпус произведений писателя.

Практически остается нерешенным вопрос о месте этого отдела. В одном случае все дубиальные произведения помещают в конце издания (так сделано в академическом издании Пушкина, в Полном собрании сочинений Белинского), в других – соответствующую группу располагают в конце каждого тома в тех хронологических границах, что и помещенный в нем основной корпус. Вторая система предпочтительнее. При ней нагляднее видны интересы писателя за данный отрезок времени, естественнее изучать, как укладывается то или другое произведение в развитие писателя, и т. д.