7.3. Борьба ссср за создание трехстороннего военно-политического союза военно-политического союза

Надвигавшаяся вторая мировая война заставила английское и французское правительства более серьезно прислушаться к предложениям Советского Союза. После захвата Чехословакии английское правительство проявило желание начать переговоры о совместных действиях с СССР в случае агрессии против Румынии. Советское правительство ответило предложением заключить трехсторонний оборонительный пакт, который гарантировал бы безопасность стран Южной и Восточной Европы. СССР предлагал также созвать конференцию представителей Англии, Франции, СССР, Турции, Польши и Румынии, чтобы выяснить действительное положение и определить позиции все участников. Но Великобритания блокировала это предложение, заявив, что советское предложение является “преждевременным”. Франция положительно отнеслась к идее конференции, но без Англии не решилась ее принять. Кроме того, СССР был связан с Францией только договором, а не военной конвенцией, а это лишало его возможности оказать конкретную помощь восточноевропейским странам в случае агрессии против них.

Советское правительство предлагало конкретное соглашение о заключении на срок до 10 лет договора о взаимной помощи, в котором бы предусматривалась возможность оказания военной помощи странам, находившимся между Балтийским и Черным морями. Однако, Англия не хотела начинать переговоры с Советским Союзом и только под влиянием Франции делала вид, что соглашалась на них. Франция же, находясь непосредственно на границе с Германией, была гораздо больше зависима от фашистской агрессии. Посол СССР во Франции Я.З. Суриц неоднократно отмечал, что французское правительство при всем его нежелании подписать договор могло пойти на это, но действовало с оглядкой на Англию, и Даладье, как и Чемберлен, хотел вовлечь Россию в войну, оставляя за собой право пойти на соглашение с Германией.

14 мая 1939 г. СССР снова предложил подписать пакт, который бы гарантировал от агрессии восточные страны, включая Финляндию и Прибалтику, а не только Польшу и Румынию, как предлагала Англия. Но и на этот раз англо-французский проект соглашения не был основан на подписании военной конвенции. А между тем, печальный опыт Чехословакии показал, что подписание только пакта о взаимопомощи, не подкрепленного военным соглашением, привело бы к затягиванию периода консультаций, на что у участников пакта уже могло не остаться времени.

В течение мая-июня 1939 г. стороны обменялись нотами, согласовывая условия подписания пакта, но выработать единую точку зрения не смогли. Камнем преткновения оставался вопрос о косвенной агрессии, который СССР и Англия понимали по-разному. Особенно это касалось прибалтийских стран, через которые Германия могла совершить нападение на СССР.

В конце июля Франция и Великобритания решили, наконец, провести в Москве переговоры по военным вопросам. Советский Союз, со своей стороны, сделал все, чтобы такие переговоры состоялись. С советской стороны, в них принимала участие весьма представительная делегация во главе с Наркомом обороны К.Е. Ворошиловым и начальником Генерального штаба Красной Армии Б.М. Шапошниковым. Делегации Англии и Франции представляли второстепенные лица, не имевшие даже права подписывать военные соглашения.

Переговоры начались 12 августа 1939 г. накануне второй мировой войны. Они были самым важным событием, которое могло предотвратить войну. Но первые дни переговоров были затрачены на выяснение полномочий представителя Англии (отставного адмирала Дракса) и Франции (генерала Думенка) и обмен информацией о состоянии вооруженных сил трех ведущих переговоры стран. Если Думенк 22 августа получил полномочия правительства Даладье согласиться на проход советских войск через Польшу, то выяснение полномочий Дракса заняло неоправданно много времени. Кроме того, состоявшиеся в июле 1939 г. переговоры в Лондоне между представителями английского правительства (Г. Вильсон) и немецким чиновником по особым поручениям (Г. Вольтат) показали, что Англия и дальше готова идти на уступки Германии, вместо подписания соглашения об оборонительном союзе с СССР. Поэтому участие в московских переговорах, скорее, рассматривалось английским правительством как шантаж Германии, чем серьезное намерение остановить фашистскую агрессию. Францией переговоры оценивались, как необходимая мера обороны. Французы срочно укрепляли “линию Мажино” на границе Франции и Германии и перебрасывали в район границы боеприпасы. Мосты на Рейне были заминированы с тем, чтобы в нужный момент взорвать их. Столица Франции Париж готовилась к захвату, жители рыли траншеи, закладывали окна мешками с песком.

Казалось, в таких условиях не оставалось ничего иного, кроме как спасение своих стран любой ценой от надвигавшейся агрессии. Но в английской делегации, которую возглавлял отставной адмирал П. Дракс и у французских представителей, во главе которых был мало кому известный генерал Думенк, не было даже четкого плана ведения переговоров, оба они имели лишь одну инструкцию затягивать переговоры.

Советская делегация представила три возможных варианта своих обязательств в случае нападения Германии на Великобританию и Францию (в этом случае СССР обязался выставить 70 % вооруженных сил от английских и французских, получив согласие Польши на проход советских войск через ее территорию); в случае агрессии против Польши и Румынии (при этих обстоятельствах необходим был пропуск через их территорию советских войск в количестве 100 % от вооруженных сил, которые могли выставить Англия и Франция); и третий вариант предусматривал участие советских войск в войне против Германии, если агрессия будет осуществляться через Финляндию или через страны Прибалтики. В каждом конкретном случае определялось, сколько пехотных, кавалерийских и других дивизий выставит Советский Союз, сколько он задействует танков, самолетов, тяжелых орудий. Также предлагались меры, которые должны были пресечь действия Германии на морях: закрытие Ла-манша, Суэцкого канала, Черноморских проливов, блокада Северного моря и т. д.

Но переговоры показали, что есть целый ряд неразрешенных проблем, мешавших достижению договоренности, и самой главной из них был категорический отказ Польши и Румынии впустить на свою территорию советские войска, а без этого переговоры теряли всякий смысл. Польша, когда до ее разгрома оставалось менее 20 дней, была непоколебимой: никакого пропуска советских войск. Переговоры явно зашли в тупик.