15. Сопоставительный анализ образа Одиссея в поэмах Гомера и в драматургии Софокла («Аянт», «Филоктет»)

Это не просто дипломат и практик, и уж совсем не просто хитрец, лицемер. Практическая и деловая склонность его натуры приобретает свое настоящее значение только в связи с его самоотверженной любовью к родному очагу и ждущей его жене, а также его постоянно тяжелая участь, заставляющая его непрерывно страдать и проливать слезы вдали от своей родины. Одиссей - это по преимуществу страдалец.

Одиссей - сплошная авантюра, изворотливость. Он лжет даже тогда, когда в этом нет никакой надобности, но за это покровительствующая Афина его хвалит:Был бы весьма вороват и лукав, кто с тобой состязаться Мог бы в хитростях всяких; то было бы трудно и богу.

Одиссей у Гомера - глубочайший патриот, храбрейший воин, страдалец, дипломат, купец, предприниматель, изворотливый авантюрист, женолюб, прекрасный семьянин и жестокий палач.

«Филоктет»

развертывает антитезу между лукавой «мудростью» и честной прямотой. Представителем первого начала является классический «хитрец» греческой мифологии Одиссей; второе воплощено в Неоптолеме, юном сыне Ахилла. чудесный лук Геракла

Трагедия построена на столкновении трех характеров: твердому и упорному в достижении поставленной цели, но не стесняющемуся в выборе средств Одиссею противостоит, с одной стороны, сын Ахилла, открытый и прямой подобно своему отцу, но неопытный и увлекаемый жаждой славы, а с другой, – столь же прямодушный Филоктет, питающий непримиримую ненависть к некогда обманувшей его греческой рати.

«Аякс»

Одиссей выведен в качестве представителя разумного поведения – изменение позиции со временем, усиление консервативности позиции.

16. Мотивы социальной утопии в «Одиссее» Гомера.

о. Схерии, где живет счастливый народ - феаки, мореплаватели, обладающие сказочными кораблями, быстрыми, "как легкие крылья иль мысли", не нуждающимися в руле и понимающими мысли своих корабельщиков. Встреча Одиссея на берегу с Навсикаей, дочерью феакийского царя Алкиноя, пришедшей к морю стирать белье и играть в мяч с прислужницами, составляет содержание богатой идиллическими моментами 6-й книги. Здесь, как со своими подружками, равными ей. играет со служанками дочь царя. Алкиной, со своей женой Аретой, принимает без проблем никому не знакомого странника в своём роскошном дворце

17. Гомеровский вопрос и его состояние в настоящее время. Аристотель о Гомере

-проблема возникновения и создания гомеровских поэм

• жил в «семи городах», приписывавших себе честь быть родиной

• время жизни - различные датировки, начиная с XII и кончая VII вв. до н. э.

• имя «Гомер» = «слепец», изображался слепым

• собирательный хар-р имени – Г. приписывались многие произведения и эпич и стихотворные. С V до н. э., с зарождением исторической критики, начинают отделять «подлинного» Г.

• В более позднее время отдельные античные ученые Г. приписывали только «И». А «О»-другой автор, но большинство: обе Г. Различие в стиле – Г. составил «И» в молодости, а «О» на склоне лет.

• текст гомеровских поэм прошел три этапа: целостный и законченный в устах самого Г.> искажения со стороны рапсодов > редакция Писистрата восстановила целостность, не имея уже возможности устранить противоречия между отдельными песнями.

• до XVI в «И» и «О» были образцом и нормой художественного творчества, предметом «подражания» и «соревнования» для позднейших поэтов.

• В эпоху классицизма развилось отрицательное отношение. Критика искала недостатки, главное – невыполнения «правил» эпической композиции классицизма – нет единого плана, героя, повторения и противоречия. Аббат д`Обиньяк доказывал, что «И» - соединение самостоятельных песен об осаде Трои, что Г. не было, а было много слепых певцов, исполнявших эти песни. Современники не поддержали.

• 1-я научная постановка «гомеровского вопроса» - Вольф, 1795 «Приложение к Гомеру». «И» - свод разных песен, сочиненных в разные времена и разными поэтами.

• Немец Гердер к XVIII считал Г. народным поэтом, песни которого были записаны из уст позднейших певцов. Доказывает:

1. сравнительно позднее развитие письменности у греков, VII — VI вв. до н. э.

2. один человек не может в памяти столько удержать

3. отдельные вставки и противоречия в поэмах

• Считали, что единство и целостность поэм лежит в самом материале, в мифе, и не требует единого автора. Большинство песен принадлежит Г., позднее – просто добавляли.

• 1796 немец Шлегель, развивая положения Гердера и Вольфа, сделал вывод: худож. целостность поэм связана не с творческим замыслом индивидуального автора, а с единством «творящего народа». > результат коллективного творчества народных поэтов.

• После появления труда Вольфа исследователи «гомеровского вопроса» разделились на два лагеря – вольфианцев (= аналитики), считавших, что отдельные части гомеровских поэм сложены различными певцами и искали эти отдельные части, и унитариев (Гете) («единый» Г.).

• Позднее было доказано, что письменность была уже в VIII в.

• Последователи Вольфа: Лахман, Кирхгофф.

Несомненно:

1. в «И» и «О» имеются наслоения различного времени в пестром смешении.

2. несомненны элементы единства: построение сюжета, обрисовка действующих лиц.

3. неувязки, противоречий в движении сюжета, не доведенных до конца мотивов и т. л.

4. Песенная теория ошибочна, эпическое творчество поднимается на более высокую ступень по сравнению с песней, и она не может возникнуть из механического объединения песен. Создаваясь на основе песенного материала, поэма представляет собой творческую переработку этого материала в соответствии с более высоким культурным уровнем и более сложными эстетическими запросами.

5. Конкретная история сложения гомеровского эпоса остается, таким образом, спорной.

В основе поэм лежат циклы мифов. Это скорее мифологические поэмы, чем исторические. Со временем мифы все больше вытесняют факты.

В настоящее время не подлежит сомнению, что Илиада и Одиссея явились результатом долгих веков развития греческой эпической поэзии, а вовсе не ее началом. Разные ученые по-разному оценивают, насколько велика была роль творческой индивидуальности в окончательном многих ученых, объясняются различия в видении мира, поэтической оформлении этих поэм, но превалирует мнение, что Гомер ни в коем случае не является лишь пустым (или собирательным) именем. Неразрешенным остается вопрос, создал ли Илиаду и Одиссею один поэт или это произведения двух разных авторов.

Гомер – безусловно любимейший и совершеннейший поэт мирового значения для Аристотеля. Гомер для Аристотеля существует в литературе как бы вне времени. Особенно Аристотель хвалит Гомера за мудрость, и даже за "точную" мудрость. Аристотель преклоняется перед величием и мудростью Гомера, ссылается на него как на безоговорочный источник информации. Но изучает Аристотель Гомера больше не научным, а интуитивно-чувственным способом.

Гомер для него идеален, как и все, что он делает. Так, например, лгать не считается приличным делом, но Гомер настолько велик в своем искусстве, что даже ложь является у него искусством и красотой Гомер, по Аристотелю, соблюдает подлинное единство действия, изображая не какие-нибудь случайные события, но такие существенные, которые вытекают из самой фабулы по необходимости, т.е. повествование его не искусственно, а органично. За подобные приемы Аристотель считает нужным назвать Гомера даже «божественным».

Аристотель утверждает, что Гомер изображал людей лучшими, в то время как представители низких жанров рисовали людей как они есть, а в пародиях – худшими.

Начала обеих поэм Аристотель хвалит за то, что они указывают на все содержание последующей речи, чтобы слушатели не отклонялись в сторону.

Аристотель любит приводить примеры из Гомера в качестве иллюстрации своих теоретических воззрений.