4. Общая характеристика и источники права. Российской Империи хviii в.

Переход к абсолютизму знаменовался широким развитием законодательства. При этом авторами законов часто являлись сами монархи. Особенно много внимания и сил отдавали законотворчеству Петр I и Екатерина II. Говорили даже о легисломании Екатерины II, т. е. о страсти к изданию законов. Над Воинским уставом Петр работал целый год, а над Морским — пять лет. Генеральный регламент, определявший права и обязанности должностных лиц, подвергался редактированию двенадцать раз.

Петровское законодательство отличается от предыдущего значительно меньшей казуистичностью, более высоким уровнем обобщений, более четкой схемой и последовательностью. Оно отражает, несомненно, более высокий уровень юридической техники. От формулировки закона Петр требовал ясности и четкости: «Надлежит законы писать ясно, чтобы их не перетолковывать». Вместе с тем в петровских законах нашла отражение его любовь ко всему западному, порой доводима до абсурда. Без особой надобности правовые акты были засорены массой иностранных слов, преимущественно германоязычных, Так, например, в Табели о рангах русские термины встречаются лишь в виде исключения. Основную же массу наименований чинов должностных лиц составляют замысловатые штатгалтеры, обер-штеркрикс-комиссары, обершенки и т.п.

Петр требовал неукоснительного соблюдения законов, предписывая в Указе 1722 г. «О хранении прав гражданских»: «Ничто так ко управлению государства нужно есть, как крепкое хранение прав гражданских, понеже всуе законы писать, когда их не хранить, или ими играть, как в карты, прибирая масть к масти...». Придавая большое значение Указу об исполнении законов и самому исполнению законов, Петр приказал наклеить его на доску и держать на столе заседаний Сената и других судебных учреждений: «А где такого указа на столе не будет, то за всякую ту проступку сто рублев штрафу в гошпиталь».

Петра I отличала вера во всесилие закона, во всемогущество государственной власти, призванной регулировать жизнь подданных. Отсюда активная законодательная деятельность. Полное собрание законов Российской Империи дает такую картину: на вторую половину ХVII в. приходится 1821 указ, в среднем в год по 36 указов, в первой половине ХVIII в. ежегодно в среднем издавалось по 160 указов.

Однако вера Петра во всесилие закона была в большой мере иллюзорной. На практике в громадной Империи, столица которой была вынесена на самую границу, творилось отнюдь не то, что хотелось самодержавному, неограниченному, абсолютному монарху. Иногда массовые нарушения закона приводили к тому, что с ними приходи лось мириться и даже возводить нарушение в новую норму. Так было, например, со столь важным вопросом, как сыск беглых крестьян. Не смотря на серию жестоких законов о возвращении беглых, остановить этот процесс полностью не удалось. Более того, возникло известное противоречие между интересами государства и потребностями отдельных феодалов в вопросе о возвращении крестьян, бежавших на окраины Российской Империи или поступавших в солдаты. Государство, заинтересованное в заселении отдаленных районов, пограничной полосы, отказалось возвращать собственникам бежавших от них крестьян.

При Петре I разнообразятся и формы правовых актов. При этом и здесь проявляется стремление к новой, иноязычной терминологии. Например, закон о государственной службе называется Табель рангах закон о крестьянских податях и повинностях 26 июня 1724 г. назван почему-то «плакатом» военно - уголовных кодекс - Воинским артикулом и т.п. Немка Екатерина II про которую говорили, что она хотела быть более русской чем сами русские, проводила прямо противоположную политику: во всем законодательстве она последовательно восстанавливала русскую терминологию. Иногда она даже переводила иностранные термины на русский язык. Так, например, «бухгалтер» именуется «квигодержателем» и т. п.

Наряду с провозглашением крупных реформ и больших преобразований законодательство ХVIII в. отличается мелочной регламентацией многих сторон жизни: хозяйственной деятельности, быта, развлечений и т. п. Подоплекой этого был постулат, согласно которому подданные передали свой суверенитет верховной власти. Отсюда оправдание принуждения и грубого насилия.

До второй половины ХVII в. все крупные законодательные акты были межотраслевыми. Они были как бы своеобразными сводами законов — маленькими и большими. Так строились и Русская Правда, и Псковская Судная Грамота н Соборное Уложение. В период становления абсолютизма рост массы законов сопровождается отраслевой дифференциацией законодательства.

В соответствии с этим ведется и систематизация права. Петр первоначально хотел издать новое Уложение, которое должно было заменить собой Соборное Уложение 1649 г., но затем пошел по линии создания отраслевых кодексов. При любви и внимании Петра ко всему военному в первую очередь подверглись кодификации военные отрасли права. Так возник Воинский артикул — первый в русском праве военно-уголовный кодекс; было издано Краткое изображение процессов, посвященное целиком процессуальному праву и судоустройству в военной юстиции. Воинский и Морской уставы — тоже кодифицированные законы, регламентирующие соответствующие сферы жизни. По существу значение кодекса наследственного права имеет и Указ о единонаследии 1714 г.

Таким образом, система феодального права, развивавшаяся вместе с развитием феодального государства, при абсолютизме начинает оформляться в систему отраслевых законодательных актов, к тому же кодифицированных т. е. система права превращается в систему законодательства.

Вместе с тем основой правовой системы Российской Империи на протяжении всего ХVIII столетия оставалось Соборное Уложение 1649 г., удовлетворявшее потребности господствующего класса на стадии зрелого феодализма. Однако Соборное Уложение, продолжал существовать, со временем дополнялось новоуказными статьями ХVII в. и многочисленным законодательством ХVIII в. Рост законодательства побудил Петра I поставить вопрос о создании нового Уложения. Для этого была создана специальная комиссия. Подобные комиссии создавались и преемниками Петра — вплоть до Екатерины II однако практического результата не дали. Всеобщей систематизации законодательства в ХVIII в. проведено не было.

Сословному строю, сословным принципам организации государства соответствовала и сословность гражданского, уголовного, процессуального права. Гражданская правоспособность подданного Российской Империи зависела от его сословной принадлежности. Дворянство и в этой сфере имело свои привилегии. Так, например, в 1754 г. был учрежден государственный Дворянский банк, в котором помещики могли получать кредиты из расчета 6% годовых, в то время как частный кредит тогда стоил 20%. Крестьяне же в эту эпоху теряют последние остатки гражданской правоспособности. Если говорить о той же сфере кредитных правоотношений, например, то следует отметить, что крестьяне были лишены права получать ссуды под обязательства, оформляемые векселями.

От сословной принадлежности зависела и судьба человека, если он становился субъектом преступления и даже заключенным. Жалованная грамота дворянству 1785 г. предоставила дворянам некоторые привилегии уголовно-правового характера. Даже в местах лишения свободы дворяне иногда имели особый режим заключения, вплоть до того, что им разрешалось держать при себе крепостных слуг.

Сословная организация судов, особые процессуальные льготы для дворянства характеризовали процессуальное право ХVIII в. В ХVIII в. сохранилось древнее право феодала судить своих крестьян. В век «просвещенного абсолютизма» и екатерининской легисломании и здесь были определенные новшества. Не ограничиваясь общеимперским уголовным и процессуальным правом, некоторые крупные помещики создавали свои собственные кодексы. Так, граф Румянцев в довольно обширном документе предусмотрел целую серию преступлений против личности и имущественных прав с широкой гаммой наказаний, вплоть до заковывания в железо и посажения на цепь.